Анатолий Нейтак - Попытка говорить 1. Человек дороги

Итак, вперёд, в Эббалк, в трактир Одноглазого. На встречу с гипотетическим и, возможно, недружественным родственником Лады по прозвищу Гонец.

До восточных ворот сего населённого пункта мы добрались быстро. А вот найти трактир Одноглазого оказалось задачей непростой. Похоже, горожане – сплошняком, от солидных матрон до уличных мальчишек – болели тяжёлой формой спеси. Это довольно распространённая во многих столицах хворь, проявления которой сколь разнообразны, столь и неприятны.

К счастью, инкубационный период данного заболевания довольно велик: столичная спесь редко проявляется в открытой форме раньше, чем инфицированный проживёт в неблагоприятных условиях крупного города лет пять…

А если без шуточек, то жители Эббалка с упорством, достойным лучшего применения, не желали отвечать на задаваемые мной вопросы. То ли светло-русые волосы в здешних краях считались признаком врождённого слабоумия, то ли меня из-за потрёпанной и грубо заштопанной походной одежды принимали за жаждущего подаяния нищего, то ли этой необщительности были какие-то иные причины. Но – факт: я не мог выяснить, где располагается трактир Одноглазого, битых полчаса. Приезжие, готовые со мной пообщаться и которых вокруг тоже хватало, о местоположении этого заведения понятия не имели. Третья же категория населения, которой можно было бы задать всё тот же вопрос (я о патрульных городской стражи и других представителях власти) в поле зрения, как назло, отсутствовала.

По истечении получаса твердить одно и то же, как попке-дураку, мне окончательно остое… надоело, короче. Я решительно сцапал за ворот сутулого субъекта, чей нос своим цветом выдавал обширное знание топографии местных трактиров и пивных, после чего, наплевав на его слабые возмущённые трепыхания, спросил, используя гипнотический голос Двойника:

- Где в Эббалке находится трактир Одноглазого?

- Ы-ы… – протянул пьянчужка, пока подчиняющий волю импульс перетряхивал содержимое его головы, наводя хоть какое-то подобие порядка. – Одноглазого… Во! В трактире "Серп и сноп" у хозяина одного глаза нет!

- И где этот самый "Серп и сноп"?

Не меньше минуты жертва моей настойчивости рассказывала, как попасть в искомое заведение. И только потом выяснилось, что "Серп и сноп" находится на другом конце города.

- Не то. Трактир Одноглазого у восточных ворот. Неподалёку отсюда. Знаешь, где?

- Ы-ы-ы… ну-у-у… это, может, вам нужен трактир Весельчака, "Крылатый меч"? Который на площади со стелой Славы? У папаши Весельчака вроде бы глаза не было… только вы бы это, господин хороший… не ходили бы вы туда…

- Это почему ещё?

- Так… э-э… известное же дело-то. В "Крылатом мече"-то, слышь, эти самые собираются. Ну, которые наёмники. К ним лучше не лезть, а то…

- Тихо. Куда мне лезть, я сам решу. Где эта самая площадь, говори!

Минута не слишком внятных объяснений, и мы с Ладой двинулись в указанном направлении. Сквозь никем не охраняемые ворота и дальше.

Эббалк оказался действительно большим городом… достаточно большим и богатым, чтобы оплачивать услуги Видящего, может, даже не одного. А ещё – летучих отрядов, которые пресекали бы беспорядки, следуя указаниям дежурных провидцев. Сочетание куда более эффективное, чем обычная, многочисленная, падкая на земные соблазны городская стража. И более надёжное, чем паллиативы вроде Клятвенного Столба. Летучий отряд профессиональных воинов и не менее профессиональных магов, вроде тех, что служат в Попутном патруле, – это Сила. Достаточная, чтобы внушить почтение почти кому угодно. Если же учесть, что Видящие заранее знают не только место и время, но ещё и характер угрозы…

В общем, я бы устраивать беспорядки в Эббалке не взялся. Даже заочень большие деньги.

"Крылатый меч" встретил нас с хилла полутьмой, сдержанным гомоном десятков лужёных глоток и смесью запахов, вполне естественных для места, где собираются оттянуться в промежутке между наймами суровые мужчины и даже более суровые женщины.

Я и Лада выделялись на общем фоне отсутствием открыто носимого оружия и доспехов. Но это же отличие приближало нас ко второй категории разумных, посещающих этот трактир. И я не удивился, когда от ближайшего ко входу стола обильно татуированный тип, гибкий торс которого был перекрещён перевязями наспинных ножен, поинтересовался:

- Вы не за парой острых сабель сюда пришли, господин маг?

- Нет, уважаемый. Я действительно маг, но со своим предположением вы ошиблись.

- Ну, тогда до встречи. Если понадоблюсь, спросите Сирра Три Кольца.

- Благодарю. Я запомню.

После чего зашагал в дальний конец зала, где за парой столов выпивали и закусывали другие люди и не люди, не обременяющие себя тяжестью лишнего металла.

Ритуалы наёмников и существ, которые по разным причинам должны иметь с ними дело, не страдают излишней тонкостью. Сложности придворных этикетов тут не в ходу. Однако малое число правил, которых придерживаются наёмники и их наниматели, возмещается куда большей жёсткостью. И, разумеется, более высокой платой за несоблюдение верного рисунка действий.

Если бы я сходу начал спрашивать, кто тут заказывал Дарвану Ореху доставку живой хилла, или просто интересоваться, не видали ли тут недавно каких-нибудь бледных безволосых созданий с кожей в мелкий ромб, мне в лучшем случае указали бы на выход. Причём не словами. Но поскольку я вместе с Ладой просто сел на свободное место за столом, где собирались маги, и постучал по столешнице кроной – золотой, не серебряной – нас молча смерили несколькими взглядами от равнодушных до одобрительных… и оставили дожидаться мастера найма.

Который, вернее, которая не заставила себя ждать.

Кажется, вид разумных, к которому она принадлежала, называется храст. Единственное число – храсту. По меркам своего вида – изящная малышка. Но на людей, даже самых крупных и агрессивных, мастер найма должна была производить устрашающее впечатление. Не столько из-за роста (на две головы выше не маленького меня) и веса (бугрящиеся под серым в подпалинах мехом мышцы, кости и сухожилия – никакого намёка на жир!), сколько из-за природной хищной грации. Ну, и шрамов, конечно. Многочисленных, даже при беглом взгляде рождающих внутри холодок.

- Что закажете? – пророкотала храсту.

- Отдельный кабинет свободен?

- Найдётся.

- Тогда проводите нас, анхарру эсрихт.

Мастер найма оскалилась. Я в ответ мягко улыбнулся.

- Ты хоть знаешь, человечек, каково значение сказанного тобой сейчас?

- Не вполне твёрдо. Тот, кто рассказывал мне об обычаях храст, говорил: хочешь подольститься к женщине-храсту, назови её анхарру эсрихт. И добавлял: на языки людей это проще всего перевести словом "красавица".