Майкл Роэн - Кузница в Лесу

— Значит, она ушла, — удрученно сказал Керморван, передав записку Элофу. — Ушла, как и говорила, причем тайно, опасаясь наших уговоров! Но я не могу ее винить; в этом городе она заслуживала гораздо лучшего приема, чем тот, который был ей оказан. Надеюсь, мы действительно встретимся снова.

Но в ту ночь Элоф, лежавший в своей постели, внезапно пробудился, ощутив близкое присутствие темной фигуры, которая бесшумно пересекла комнату и склонилась над ним.

— Иле? — прошептал он.

В ответ раздался тихий смешок.

— Я дожидалась темноты, когда мне хорошо видно, а вы, люди, становитесь слепцами. Где же было лучше всего ждать, как не здесь? Но я не могла устоять…

Внезапно она наклонилась; ее губы на мгновение плотно прижались к его губам, и их дыхание смешалось.

— Всего тебе доброго! — прошептала Иле и крепко сжала его руку. Ее глаза блеснули в темноте. — Но я не могу…

Она выпрямилась и исчезла так же бесшумно, как и появилась. Элоф сел, совершенно проснувшись, но не смог услышать ничего, даже слабого отзвука шагов на лестнице. Лишь жар ее дыхания как будто еще пульсировал в его легких. Этой ночью ему было трудно снова заснуть.

На следующее утро Элоф колебался, не зная, стоит ли рассказать о случившемся Керморвану. Но когда он спустился к завтраку, решение пришло само собой, так как его друг увлеченно беседовал с кряжистым мужчиной, густо обросшим светлыми волосами и бородой, в котором Элоф узнал шкипера Эрмахала.

— Итак, сир… вернее, сиры, — поправился Эрмахал, уважительно кивнув Элофу, — тому есть несколько причин. Конечно, мы вернули себе право называться честными гражданами, когда спасли тех женщин. Кроме того, мы захватили знатную добычу; некоторые парни вложили свою долю в хорошее дело и обзавелись хозяйством. Но другие… в общем, они растратили свои денежки на игры, юбки и все остальное.

— Вопрос в том, нужны ли мне в отряде такие глупцы, — заметил Керморван.

— Не все они дураки, — возразил Эрмахал, постукивая пальцем по кончику своего длинного носа. — У некоторых просто буйный нрав, и не важно, при деньгах они или нет. Суть в том, что все мы долго были вне закона и не можем измениться за один день и даже за год. Из нас не сделаешь добропорядочных горожан, но искать приключений на море или на суше — это другое дело.

Он побарабанил пальцами по длинному столу и хитро прищурился.

— Слов нет, сир, вы были нашим настоящим предводителем, и я никогда не восставал против этого. Мы следовали за вами раньше, и не наша вина, что нам пришлось расстаться. Но мы будем рады снова присоединиться к вам… и к вам, сир кузнец, — торопливо добавил он, поклонившись Элофу. — Мы видели вашу храбрость.

Элоф улыбнулся.

— Главный здесь лорд Керморван, а не я. Но скажи, сколько человек готовы пойти с тобой?

— Э-э-э… — пробормотал Эрмахал и принялся подсчитывать на пальцах. — Около двадцати, сир, не считая пьяниц и больных.

— Все равно слишком много, — сказал Керморван. — Наш отряд должен быть небольшим и подобранным из опытных людей; к примеру, этот охотник Кассе может оказаться полезным. Кроме того, среди нас должны быть северяне, чтобы показать, что мы можем мирно уживаться друг с другом. Я бросил клич по городу и в северных лагерях, что мы ищем таких людей. Отряд должен быть готов к отправке через две-три недели.

Эрмахал пожал плечами.

— Что ж, сир, выбор за вами. Однако я плавал не только по морям, но и по рекам, так что могу быть полезным для вас. Буду рад, если вы возьмете меня и боцмана Мэйли — вы знаете, что это за крепкий орешек…

Керморван кивнул и улыбнулся, что-то припоминая.

— Да будет так. Начну с вас обоих. — Он поднял руку, прекратив изъявления благодарности от шкипера. — Но запомните: это не отчаянная вылазка, в которой опасность уравновешивается возможностью богатой добычи. Смерть держит весы, и самой большой наградой для нас может оказаться то, что мы выжили.

Эрмахал задумчиво подергал себя за бороду.

— Что ж, я согласен и на это. Мне всегда хотелось хотя бы одним глазком взглянуть на Восточный океан. Может быть, в той части света не хватает корсаров?

Элоф рассмеялся, но улыбка Керморвана была суровой.

— Или же там в избытке виселиц для корсаров, — сказал он. — Ты большой пройдоха, Эрмахал, хотя и храбрец. Оставь свои пиратские замашки здесь, иначе я сам повешу тебя!

— Как я уже говорил, сир, мы не можем измениться за один день, — ответил шкипер, добродушно посмеиваясь. — Но я буду танцевать под вашу дудку до конца путешествия.

— Лучше сделай это, иначе твой танец может оказаться последним. Но ты не останешься без награды, если это будет в моей власти.

После ухода Эрмахала Керморван предложил Элофу немного погреться на солнышке на крыше своего старого дома. Элоф понимал скрытый смысл этого предложения; оттуда они могли видеть весь город, с широкими площадями и высокими зданиями Старого квартала, с извилистыми улицами более новых концентрических кругов, вплоть до наполовину заделанного пролома во внешней стене, и дальше, где темные пятнышки хижин и шалашей северных беженцев усеивали пологую равнину. Солнце наполняло воздух приятным теплом, задувал легкий ветерок, однако там, где небо встречалось с далекими горами, виднелись длинные серые полосы.

— Тучи собираются, — сказал Керморван. — Пока нас не будет, они обязательно подойдут еще ближе. У нас осталось слишком мало времени, чтобы спасти город. Я не говорил синдикам из опасения, что меня поднимут на смех, но на самом деле наша миссия заключается не в том, чтобы призвать жителей Восточных Земель на помощь Западу. Наши раны слишком глубоки и затягиваются слишком медленно. Если в Восточных Землях вообще можно найти убежище, мы будем вынуждены отступить туда.

— Ну да, на восток!

В кузнице было жарко, потому что они занимались отливкой серебра. Тем не менее Рок зябко передернул плечами.

— Через горы и в Лес — бр-р-р! Месяцы блужданий в лесных дебрях, и кто знает, что ждет вас там? Поверни на север — и упрешься в Лед; поверни на юг — и попадешь в пустыню. Замерзнешь или сгоришь… или того хуже!

— Как раз этого мне и не хватало — дружеской поддержки! — ухмыльнулся Элоф. — Тебе-то хорошо, ведь ты остаешься…

Рок со стуком положил на пол литейный ковш.

— А кто, во имя преисподней, может остановить меня?

Элоф уставился на него.

— Ты серьезно? Вижу, ты не шутишь. Рок, но это безумие! Здесь ты отлично устроился: у тебя лучшая кузница в городе, и Катэл будет опекать тебя. Через год-другой ты разбогатеешь.

— Да, но когда я говорил тебе то же самое, это не остановило тебя, верно?

— Верно… но у меня есть цель, Рок.