Али де Сайн - Виват, Сатана!

Демос покачал головой:

— Нет, Стил. Главнее всего душа.

— Почему?

— Ты спрашиваешь, почему главнее душа, не зная, что это такое?

Стил смутился.

— Да, правда, не знаю. Так что же такое душа?

— Душа может иметь двоякое предназначение. В первом случае это вместилище чувств. Страх, любовь, ненависть, злость и еще тысяча самых различных чувств могут находиться в душе. И тогда человек живет, повинуясь велениям этих бесов. Но так только в твоем измерении. И разум там требуется для того, чтобы как-то сдерживать порывы чувств. А во втором случае душа является властителем чувств. Понимаешь, Стил, чувства — это обладающие энергией, причем огромной, живые бесы. Называй их как хочешь, дело не в этом. Так вот, бесы эти витают там, где есть люди. И истинные люди используют свои души не только для обнаружения этих бесов, но и для использования их сумасшедшей энергии. И чем лучше человек умеет управлять чувствами, тем он сильнее. Магия и есть искусство управления энергиями чувств в целях достижения любой цели. Понятно?

— Постой, Демос. А для чего нужен разум?

— Видишь ли, разум — слуга души. А душа управляет чувствами. Именно душа может дать человеку непревзойденную силу.

— Но ведь ты сказал, что в моей душе есть чувства. Что же мне делать?

— Будешь учиться, Стил. Со временем ты сможешь освободиться от чувств.

Подумав, Стил спросил:

— Но для чего тогда жить? Зачем существовать, если не будет чувств?

Раскрыв клыкастую пасть, Демос загоготал.

— Глупец! Человек — это все! Это чистый породы властелин! Движущая сила всего сущего. Бывает, конечно, и так, что какой-нибудь бес, то есть какое-либо чувство, окажется сильнее души и оккупирует ее. И тогда несчастный человек оказывается в лапах этого чувства и пляшет под его дудку. Но когда душа свободна от чувств, она, используя энергию чувств, может творить что угодно. Именно творить, Стил! Благодаря душе человек может перемещаться во времени и пространстве, создавать вещи и предметы, постигать высший разум! Итак, а теперь давай попробуем начать обучаться магии.

И Демос начал учить Стила различным медитациям, упражнениям и диковинным премудростям, связанным с областью бессознательного.

Шли дни. С каждым разом Стил все больше ждал очередного занятия с Демосом. Со времени прихода Стила в цитадель многое в нем изменилось. Стил стал уравновешеннее, спокойнее, рассудительнее. И он действительно начал мало-помалу освобождаться от чувств. Он уже мог передвигать с помощью магии различные предметы. И вот пришло время, когда Демос позволил Стилу спуститься из цитадели на землю. Стил попросил:

— Расскажи мне о людях, об их жизни и обычаях.

— Ну что ж, Стил… Люди это не простые. Каждый человек живет сам по себе или с семьей. За прогресс человечества ответственны маги. Те же, кто не силен в магии, служат для развлечений или каких-либо прихотей магов. Эта планета замечательна присутствием на ней сильнейших колдунов. Они заселяют ее и владеют ею. Главного тут нет. Все равноправны. Правда, больше всех боятся и уважают именно меня. На планете есть огромный дворец, где собираются маги для общения и просто приятного времяпрепровождения. Вот туда-то ты и направишься. Я научу тебя, как, и ты отправишься туда один. Тебя будут провоцировать, но не смей дать волю чувствам, а, напротив, используй чувства для своей защиты.

— Можно вопрос?

— Конечно, Стил. Спрашивай.

— Видишь ли, Демос, ты мне говорил, что у меня полно завистников. Но ведь люди на этой планете управляют чувствами, не так ли?

— Все не так просто. Я сказал тебе о душе лишь в общих чертах. Видно, ты не понял. Зависть в данном случае не мучает людей и не толкает их на необдуманные решения. Но энергию зависти они могут использовать против тебя — своего будущего конкурента. Так что будь осторожен.

Демос научил Стила, как перенестись с помощью магии во дворец, и через мгновение Стил, объятый чувством восхищения, взирал на огромные стальные колонны дворца, уходящие в небо, на чудесные рисунки, украшающие стены, на людей. Он пошел по зеркальной дорожке через колонны к дверям, за которыми находилась главная зала, где и восседали маги.

Отворив высоченные двери, сделанные из какого-то сверкающего драгоценного камня, Стил увидел под стеклянным куполом огромную залу. По стенам ее вились прекрасные разноцветные цветы, поражающие своей яркостью и ароматами. А посередине залы находился самый прекрасный цветок. Это была изумительной красоты женщина, облаченная в мерцающее серебряным блеском платье. Облегающее серебристое одеяние с глубоким декольте и прекрасные черты лица незнакомки повергли Стила в состояние опьянения. Высоко поднятые вверх светлые волосы украшала драгоценная диадема. Женщина улыбнулась. Стил улыбнулся в ответ. Но вдруг послышались голоса, и цветы исчезли из залы, которая начала быстро заполняться магами. Еще раз взглянув на женщину, Стил узнал ее. Он крикнул:

— Виктория!

Маги, присутствующие при этом, устремили на Стила свои взоры. Рядом с Викторией появился внушительного вида маг в красных одеяниях и спросил:

— Дочка, ты знаешь его?

Та очаровательно повела головкой и ответила:

— Нет, папа, я впервые вижу этого человека.

Стил воскликнул:

— Но Виктория! Это я, Стил! Разве ты меня не помнишь?

Красный маг прервал его:

— Все мы видим вас, о наперсник Демоса, впервые. И сразу хочу предупредить тебя, что я не позволяю тебе даже близко приближаться к моей дочери. Тут тебе и Демос не поможет. К тому же, ты ей не интересен. Не так ли, милая?

Виктория утвердительно закивала.

— Именно так, папа. Я его не знаю, знать не хочу, и он мне не нравится.

А в следующее мгновение Виктория с отцом исчезли.

«Чертовы маги — подумал про себя Стил. — Но Виктория должна меня узнать! К тому же, она сама призналась мне в любви».

Чей-то голос отвлек Стила от мыслей о Виктории. Говорил черный невысокий маг.

— Вы, конечно, обаятельны и красивы, но это не дает вам права даже смотреть на нашу всеобщую гордость — Викторию. Это прекрасная волшебница и чудесная женщина. Но она не для тебя, Стил.

Стил ничего не ответил. Среди магов он чувствовал себя крайне неуверенно и постоянно был настороже. Маги расселись на появившихся в зале ложах и начали беседовать. Стил тоже сел на одно из лож и хотел внимательно слушать, о чем говорят маги, но мысли его витали слишком далеко отсюда. Он думал о Виктории. Он думал о том, как же она красива и как мог он раньше не замечать этого. Тем временем его окликнули:

— Стил, а что ты думаешь по этому поводу?

Стил встрепенулся и хотел ответить, но он не знал, о чем шла речь. Тогда он извинился: