Оксана Панкеева - Песня на двоих

Ознакомительный фрагмент

— Тебе бы только посмеяться. А бедный Кантор, наверное, представляет себе кошмарные сцены с ритуальными ножами и повешением на воротах…

— Да, на мой взгляд, ему достаточно того факта, что он с главой департамента «породнился».

— Жаль, что я пообещал молчать, — усмехнулся король. — Флавиус бы тоже посмеялся… Но на всякий случай, уж будь добр, объясни Кантору, что за жизнь и здоровье девушки он беспокоится напрасно. Если дело действительно в этом, а не, как ты полагаешь, в самом факте, такое объяснение должно беднягу утешить… О, а вот и Мафей. Хвала богам, наконец-то наши запропавшие гости явились, и можно отправляться. Ольга, отчего ты такая сердитая? Опять какие-то проблемы с одеждой?

— С вашим кузеном бестолковым проблемы! — огорченно выпалила Ольга, изничтожая бедного эльфа гневным взглядом. — Если уж вы решили подключиться к массовой акции «Вернем Ольгу законному владельцу» и затолкать меня в один телепорт с Диего, неужели нельзя было хотя бы предупредить Мафея, чтобы не приводил его в дом, когда там Артуро? Неужели нельзя было сначала меня забрать, а потом уж Диего?

Его величество, который лично приказал кузену совершить упомянутое безобразие, с самым невинным видом пожал плечами.

— Да какая разница? Неужели маэстро Артуро настолько недалекий и ограниченный человек, что станет ревновать, тем более вслух?

Кантор чуть заметно усмехнулся.

— При мне он ничего неподобающего не произносил.

— А при мне — произносил, — вставил Жак.

— Он что, смеет предъявлять какие-то претензии? — начал заводиться мистралиец. — Ольга, это что, не шутка? Этот убогий обманщик еще имеет наглость высказывать тебе какие-то упреки? При всем том, что ты для него делаешь? Я начинаю жалеть, что пообещал его не трогать.

— Успокойся, — перебил его король. — Если Ольге действительно понадобится твоя помощь в решении каких-либо проблем, она тебе скажет. А пока она вполне справляется самостоятельно. Оставим бесполезную болтовню, господа, и следуйте за мной. Мы и так едва не опоздали.

Они спустились в зал, где уже собралась вся ортанская делегация и все придворные телепортисты, и спустя пять минут Ольга с интересом рассматривала внутреннее убранство Кастель Коронадо. Действительно, мистралийский двор сейчас не блистал той роскошью, что восторженно описывалась в литературе прошлых лет. Не сияли знаменитые гирлянды осветительных шаров, не пестрели яркие ковры и гобелены, не слепило глаза обилие золотых украшений, не переливались в лучах солнца драгоценные камни, которыми когда-то были инкрустированы скульптуры по углам тронного зала. Но, несмотря на скромность отделки, общее впечатление оставалось величественным. Обилие белого мрамора, высокие потолки и огромные окна создавали ощущение легкости, воздушности и прозрачности. Ольге сразу представился белоснежный парусник, летящий между кристально-чистой водой и синим небом с белыми облаками.

Пока она любовалась и воображала себе всякие романтические картины, король отдал несколько кратких распоряжений и куда-то удалился вместе с группой гномов, входивших в делегацию. Официальная часть мероприятия заключалась в том, что все короли некоторое время будут уламывать предводителей бывших мистралийских гномьих кланов, доказывая необходимость и безопасность возвращения на родину. Потом подпишут какие-то международные договоры об огнестрельном оружии. А уж после предполагалось гуляние с развлечениями.

Поскольку самой Ольге было велено никуда не отходить от Киры, она отказалась от мысли попялиться в окна и приготовилась немного поскучать. Судя по тому, с каким целенаправленным интересом рассматривал присутствующую публику Диего, обсуждать с Ольгой всевозможные пороки соперника он не собирался. У него были или какие-то собственные планы, или задачи, которыми его величество всегда успевал нагрузить даже чужих подданных.

Взгляд мистралийца остановился на некоем невероятно интересном объекте, после чего вдруг заметался, наткнулся на Ольгу и в смятении переключился на изучение ближайшей скульптуры. Ольга попробовала поискать, что же в замеченном направлении так смутило Диего, обнаружила группу придворных магов и слегка остолбенела.

Между мэтром Истраном и лондрийской волшебницей, похожей на миссис Аддамс, стояла действующая модель «дон Диего через тридцать лет». Судя по традиционной мантии, а также по компании, в которой находился почтенный мэтр, это был нынешний придворный маг Мистралии. Тот самый вернувшийся из небытия мэтр Максимильяно, наставник принца Орландо, возлюбленный маэстрины Алламы и отец маэстро Эль Драко. То есть, выражаясь словами Жака, «виртуальный свекор». Так что же выходит, они действительно братья? Или все же?.. Как бы то ни было, Диего точно что-то знает! Если бы он видел мэтра впервые и удивился необъяснимому сходству, он бы не смущался так и не метался, как застигнутый с поличным воришка. Тут явно что-то нечисто!

Ольга хотела было дернуть Диего за рукав и нарочно обратить его внимание на придворного мага, чтобы посмотреть на реакцию и послушать хоть какие-нибудь объяснения, но хитрец успел шмыгнуть куда-то в сторону за миг до того, как она протянула руку.

С огорчением проследив, как он приветствует какого-то незнакомого ей, но очень представительного дяденьку, Ольга решила привлечь к полезной деятельности королеву.

— Кира, — тихо шепнула она. — Посмотри во-он туда. На придворных магов. Видишь мистралийца? Он тебе никого не напоминает?

Кира довольно равнодушно скользнула взглядом по указанному господину и коротко кивнула.

— Это придворный маг Мистралии. Я его уже видела. Да, на Кантора похож, все замечают. Спрашивать было неуместно и невежливо, но Орландо говорил, что менее воспитанные и более любопытные пристают к мэтру с вопросами до сих пор.

— И?

— Он только разводит руками и говорит, что все возможно, но младенца ему признавать не приносили, а вспомнить, кому из своих многочисленных любовниц он теоретически мог оставить подобный подарок, мэтр уже не в силах за давностью лет. Если бы Кантор не таился и не скрывался так тщательно, можно было бы расспросить его о матери. Вероятно, это освежило бы память забывчивого старого повесы. Но ведь Кантор не скажет.

— Странно, почему он до сих пор так и не рассекретился? Ведь все давно закончилось, он уже не беглый преступник, никто его не преследует, а даже наоборот. Что он такое скрывает, как ты думаешь? Чего он боится?

— Чего угодно. Начиная с банальной мести за чьих-нибудь убитых родственников и заканчивая не менее банальной задолженностью по алиментам.

Ольга хихикнула, вспомнив печальную участь разоблаченного Плаксы, и поддела ее величество: