Инна Сударева - Король-странник

Юный Судья (ему было тогда всего шестнадцать лет) вновь пожал плечами.

Знахарку решено было не лишать жизни, а заточить в подвал. Она просила, чтобы ей позволили взять с собой в камеру дочь. 'Она без меня ведь умрет с голоду', - говорила женщина. Но Конрад велел отвезти девочку в соседнюю деревню и определить какому-нибудь богатому крестьянину в нахлебницы.

Через несколько дней, прогуливаясь вдоль крепостной стены Железного замка, Фредерик увидел возле одного из узких темничных окошек, что располагались у самой земли, скрюченного грязного ребенка в лохмотьях. Это была Орни. Она сбежала из дома, в который определил ее Конрад, сама дошла через леса и поле до крепости Северного Судьи и теперь сидела у окошка камеры, где заключили ее маму.

Фредерик решил, что возьмет инициативу в свои руки. Ночью он, под свою ответственность, вывел знахарку из темницы и из замка и вместе с дочкой повез ее к реке, что текла под скалы в Снежное графство. Там устроил их в речной караван торговых лодок, которые готовились отплыть с товарами на север.

- Все, что вам осталось - бежать из Королевства, - так сказал он женщине. - Здесь вы уже будете вне закона. С вашим ремеслом, думаю, не пропадете.

Деньги, одежда, провизия - всем этим он снабдил беглецов, и знахарка со слезами благодарности поцеловала ему руку… А от Конрада потом ему здорово влетело…

- Только благодаря вам, сэр, я до сих пор жива, - так сказала теперь Орни.

- Не преувеличивай.

- Моя мать всегда так говорила: Судья Фредерик - наш спаситель. И тогда, когда вы стояли на берегу реки, провожая нас, я запомнила ваши глаза. Потому и узнала вас теперь сразу же, как увидела. Я бы узнала вас и через сто лет.

- А твоя мать? - Он решил перевести разговор немного в другое русло.

- Умерла год назад. По прибытии в Снежное графство мы много скитались, потом оказались в землях барона Криспина. Сперва мама врачевала его подданных, а уж они и рассказали ему о ее врачебном искусстве, и барон взял нас в свой замок.

- Вам повезло.

- Да, здесь нам неплохо жилось. Мать обучила меня всему, что сама знала, и теперь, когда она умерла, я ее заменила.

- И как? Справляешься?

Орни только кивнула, заметив в тоне Фредерика скуку. Потом сказала:

- Я хочу предупредить, сэр: будьте осторожны - барон с подозрением к вам относится.

- Я заметил.

- И еще… Что я могу для вас сделать?

- Хм, - пожал плечами Фредерик. - Что ты знаешь о ружьях?

- О ружьях? - Такого вопроса Орни явно не ожидала.

Молодой человек сокрушенно махнул рукой. Но девушка исправилась:

- Ружьями пользуются только воины ландграфа и очень редко. Некий таинственный оружейник их делает. И ландграф тщательно скрывает его местонахождение.

- Да? - Теперь Фредерик задумался над тем, почему ж столь драгоценное оружие оказалось у людей Романа. - А где те ружья, которые отобрали у наших преследователей? Их было целых три штуки.

- Этого я не знаю. Скорее всего, они у барона.

- Я бы много дал, чтобы познакомиться ближе с этим устройством, - пробормотал Фредерик.

Орни прикусила губу и вдруг выпалила:

- А если я предоставлю вам такую возможность?

Молодой человек заинтересованно приподнял бровь:

- Ты что-то хочешь от меня.

- Но если я смогу? - настаивала девушка.

- Ну сможешь, и что?

- Вы возьмете меня с собой в Королевство? Я так хочу обратно, на родину, - почти умоляюще проговорила Орни.

- Сожалею, но я не спешу обратно.

- Но когда-нибудь вы же вернетесь.

- Это будет не скоро. Очень не скоро.

Орни с непониманием уставилась на него.

- Да, крошка, да. - И он улегся обратно на подушку. - Тебе лучше продолжать жить у барона Криспина. Разве тебе тут плохо? На родине не очень по-доброму с тобой обошлись. К тому же здесь ты при деле, у тебя вполне очерченное будущее, а там, в Королевстве, надо будет начинать все 'с нуля'. И поверь, там полно уже известных и авторитетных знахарей и врачевателей. Ты вряд ли составишь им конкуренцию… Один королевский лекарь чего стоит. - Тут он даже усмехнулся, словно вспомнил что-то веселое.

Орни вновь закусила губу - уже с отчаянием. Потом спросила:

- А вы-то зачем здесь? Зачем, Судья Фредерик?

- Я? - Этот вопрос, как обычно, сбил его с тол. - Я… - Он нахмурился. - Я путешествую, крошка. Устал от тревог и забот, решил развеяться в странствиях.

- Да? А пули в грудь как же? Или они тоже, чтоб развеяться? - скептически заметила девушка.

- Для своих лет ты слишком язвительна. - С этим замечанием Фредерик закрыл глаза, дав понять, что разговор окончен.

Но Орни не сдавалась:

- Я расскажу барону, кто вы!

- Мда? Это твоя плата за то, что я когда-то спас тебя и твою маму, Орнилла из Корня? - лениво осведомился Фредерик, не открывая глаз.

И в который раз девушка закусила губу.

8

Музыканты дули в сопелки, били в барабаны и терзали струны цимбал, выводя непривычные Фредерику мелодии. Его усадили по правую сторону барона Криспина, что было большой честью (что бы барон ни думал о южанине, приходилось соблюдать все формальности). Роксана в нарядном темно-красном платье сидела напротив, мило улыбаясь молодому человеку.

Следуя советам Дарона, Фредерик облачился в короткую куртку из мягкой темно-зеленой замши с золотой шнуровкой по рукавам и вороту, штаны того же материала, но сапоги взял свои, как слуга ни пытался доказать, что к такому наряду идеально подходят лишь башмаки с носами, закрученными вверх. Вымытый, выбритый, причесанный и нарядный, он, явившись в парадный зал к назначенному времени, сразу привлек внимание дам и девиц. Среди рыцарей дружины барона, которые также собрались на ужин, Фредерик выглядел как изящный тонконогий скакун в табуне мощных тяжеловесных боевых коней. Северяне были высокими ширококостными воинами. Особенно выделялся размерами сэр Скиван, молодой капитан дружины, который напомнил Фредерику его верного рыцаря и помощника сэра Элиаса Круноса. Этот Скиван посматривал на южанина довольно враждебно: Фредерик, как оказалось, сидел там, где обычно было место капитана, потеснив его дальше от барона.

- Я пью за сэра Фредерика, отважного рыцаря с Юга, - таким был первый тост, объявленный бароном; на него Фредерик вежливо встал и поклонился.

Бокалы осушили, и застучали вилки.

Стол был богатым и щедрым, а еда - вкусной и очень сытной. Фредерика удивило малое количество овощей, к которым он привык, и обилие мясных блюд и хлебов. Он довольно быстро наелся и уже сидел, скучая и потягивая из тяжелого серебряного бокала крепкое вино, и от этого голова тяжелела, и мысли сбивались в несуразную кучу.

Барон, то и дело посматривавший на южанина, отметил его ставший рассеянным взгляд и чуть усмехнулся. 'Быстро он захмелел', - подумал Криспин.