Вольфганг Хольбайн - Месть нибелунгов

— Неплохая шутка! Насколько я знаю вашу матушку, она уже весь двор поставила на ноги!

К ним подошел Гелен, стирая на ходу следы рвоты с рубашки.

— Надеюсь, в Дании есть хорошие прачки. Из-за спешки я не взял с собой даже одежду.

— Не ной! — прервал его Сигурд. — Разве не этого мы хотели? Нам предстоит настоящее приключение! А в чем прелесть дозволенного отъезда?

Ион кивнул.

— Король наверняка вышвырнет меня из замка, но, видят боги, я очень надеюсь на то, что наше путешествие оправдает себя.

Брызги морской воды падали на ноги Сигурда и высыхали, вызывая зуд. Принц снова погрузился в свои мысли. После ссоры с отцом ему стало ясно, что он сможет покинуть Исландию, лишь своевольно отправившись в поездку. Конечно же, ему не пришлось начинать путешествие в роли гребца. У него было достаточно денег, чтобы купить корабль и команду к нему. Кроме того, он был принцем, и ни один торговец, собирающийся на континент, не отказался бы взять его на борт.

И все же укоры совести портили ему радость от предвкушения наслаждений. Гелен был прав: королева заразит своим волнением весь двор. Может, король пошлет за ним небольшой отряд воинов, поручив им отыскать беглецов в тавернах, расположенных на берегу. Но и это, несомненно, станет частью приключения.

Как бы то ни было, уже сама поездка воспринималась молодыми людьми как настоящее путешествие. Корабль был маленьким, и его команда с гребцами составляла всего человек двадцать. С трудом укрощая сильные волны, которыми их встретило сегодня море, моряки надеялись на парус. Небо предвещало грозу, как будто воды под кормой было недостаточно.

Вспыхнула молния, и за ней тут же последовал гром. Ион неуверенно произнес:

— Может, нам лучше спуститься в трюм, принц?

Сигурд посмотрел на тучи, сгущавшиеся над кораблем, словно вражеское войско.

— В трюм? Ты жаждешь приключений и при первом же испытании хочешь спрятаться?

Ион не обиделся.

— Мой господин, я видел, как за борт во время грозы выбрасывало и более искусных моряков, чем мы. Когда влажное дерево и огромные волны объединят свои усилия, даже самая сильная рука не удержит вас на палубе.

Застонав, Гелен схватился за живот.

— Это нехорошо. Совсем нехорошо.

Ион посмотрел на своего толстенького друга.

— Подумай о свином жарком.

Уже через две секунды Гелен бросился к поручням, а Ион расхохотался.

— Датским дамочкам придется дольше утешать нашего дорогого Гелена, чем меня.

— Спускайтесь в трюм, — спокойно сказал Сигурд. — Я вас догоню.

С неба сорвались первые тяжелые капли. Вскоре за ними последовали и другие. Ион посерьезнел:

— Я не могу оставить вас одного, принц. По крайней мере, это я должен сделать из уважения к королю.

— Убрать парус! — закричал капитан судна с кормы. — И закрепить все, что двигается!

Сигурд повернулся к Иону:

— Ну давай, иди уже. С твоими переломанными костями скорее я должен опекать тебя. Я сейчас спущусь, обещаю.

Жилистый Ион взглянул на небо: гроза стремительно двигалась им навстречу.

— Если бы я был поглупее, то мог бы поклясться, что боги не желают нашей поездки и хотят развернуть корабль обратно, к Исландии.

Моряки быстро и умело убрали парус и закрепили руль, чтобы тот не сломался.

Ион схватил Гелена за руку и потянул друга в трюм корабля, где они будут в относительной безопасности.

Сигурд остался на носу один. Древесина потрескивала под его ногами, а вода, поднимавшаяся выше поручней, была мутной от вырванных с корнем водорослей и мелких рыбешек. Несомненно, буря, приближавшаяся к маленькому кораблю, обладала огромной силой.

Сигурд не испытывал страха. Ему казалось, что силы природы зовут его, что гроза рада встрече с противником, который мог померяться с ней силами. Он не был врагом. Он был тем, кто способен бросить природе вызов.

На небе сверкали молнии. Их становилось все больше и больше. Раскаты грома следовали друг за другом с такой скоростью, что уже нельзя было различить, где заканчивался один и начинался другой. Вокруг стоял сплошной грохот.

— И это все? — в восторге вскричал Сигурд, отбрасывая влажные волосы с лица. — И это должно повергать настоящих мужчин в страх?

Огромная волна с силой ударила о бок судна, и Сигурд едва не вылетел за борт. Он перекатился на живот и пару секунд подождал, пока море даст ему передышку, а затем вскочил на ноги и обеими руками схватился за деревянную голову лошади на носу корабля.

— Ха! Нужно что-то большее, чтобы испугать сына короля Исландии!

Словно в ответ рядом с кораблем в воду ударила молния и, казалось, осветила при этом все море. От грома у Сигурда чуть не лопнули барабанные перепонки.

Но принц лишь смеялся.

Как и вчера, Эльза стояла на крепостной стене и смотрела вдаль. Теперь ею владела не тоска, а заботы. Она видела сполохи на горизонте и знала, что там бушует гроза.

Лиля начала дергать мать за платье, и Эльза, притянув дочь к себе, обняла ее. Она почувствовала, как что-то острое уткнулось ей в живот, и, бросив взгляд вниз, увидела, что у Лили на шее болтается рог дрыка. Один из придворных мастеров сделал в нем отверстие, и девочка повесила рог на светлую кожаную тесемку, чтобы носить его как талисман.

— Где же Сигурд? — поинтересовалась малышка.

Эльза погладила ее по голове.

— Я не знаю. Но он наверняка недалеко.

— Он обещал мне, что мы пойдем дрессировать собак.

К ним подошел Гернот, и по выражению его лица Эльза догадалась, что Сигурда он не нашел. Стараясь взять себя в руки, она спокойно произнесла:

— Может, он поехал на север, чтобы пообщаться с рабочими шахт?

Гернот покачал головой.

— Все лошади на месте. Кроме того, кровати Гелена и Иона тоже не разобраны.

Эльза вздохнула.

— Что ж, это относительно хорошая новость. По крайней мере, их трое.

— Их трое, — прорычал Гернот. — Но где они?

Нельзя сказать, что Эльза и Гернот не догадывались, куда направился Сигурд, но они оба не решались высказать эту мысль вслух. До них снова донеслись раскаты грома, и король направил свой взгляд в сторону материка.

— Нужно было поговорить с ним. И сделать это следовало еще вчера. Мы поступили неправильно, отпустив его рассерженным.

Эльза сжала руку мужа.

— В ссоре легко сказать что-то плохое. Но Сигурд мужчина, и он должен уметь с этим справляться.

— Вопрос только в том, что Сигурд считает правильной мужской реакцией на оскорбление отца, — донесся до них чей-то голос. Сквозь маленькую боковую дверь на крепостную стену вышел Эолинд.