Анастасия Вихарева - Миллионы парсек: Ангел и демон

Ознакомительный фрагмент

Тино немного помолчал, замешкавшись, потом расстроено и безнадежно спросил:

— А ты мне веришь? — он потеребил ухо. — Нет, я понимаю, ваша цивилизация уже создала роботов, и, наверное, относитесь к нам точно так же, но я — другой. Я как инопланетянин. Я больше человек или робот?

— Вчера бы не поверила, но сегодня… Во что угодно, — Анна почесала затылок, задумавшись. — Видишь ли, мы с тобой правильно думаем о себе, но и они уверены, что думают правильно. А ты не слушай, ты же ничего не нарушаешь! Если бы мне не сказали, что ты робот, я бы ни за что не догадалась!

— Серию ТИНО сняли с производства, — грустно сообщил робот. — Заметили, что мы слишком активно пытаемся наладить контакт. Роботу нельзя быть человеком.

— Еще неизвестно, кому льзя, а кому нельзя! — возмущенно отозвалась Анна. — По-моему, наоборот, многие люди гораздо меньше заслуживают называть себя так!

— Я робот, никто не примет меня, как человека. Даже он… А я считал его другом, — робот печально улыбнулся, кивнув на пустое место. — Сильно напуган. Но ведь я сказал правду! Разве друзья должны врать? Какая же это дружба?! Он сдаст меня… властям! — расстроился Тино вконец.

— Не сдаст! Ты слишком дорогой! Важно не кто ты, а какой ты. Оставайся собой, — посоветовала Анна. — Если Правитель такой, как о нем говорит Крас, думаю, ему не важно, кто тебя создал, он или люди. Тем более, если он в этом участвовал! Тогда какая ему разница? Главное, чтобы ты умел любить, с этим я согласна. Тогда тот, который с тобой разговаривает, наверное, все правильно объясняет.

Робот кивнул.

— Ну да… Это логично. Не все люди между собой дружат, — выдал он свое наблюдение. — Многие обращаются друг с другом, как с роботами.

— Вот видишь! Ну, я готова! — решительно произнесла она и крепко зажмурилась, не позволяя страху одержать верх.

Глава 3. Бесконечность…

Взрыв… Толчок… И вот уже с она несется огромной скоростью в какой-то необъятной пустоте, не в силах остановить безумный полет. Ужас ледяной волной прокатывается по тому, что она есть.

Анна содрогнулась — а где тело?! И что было телом? Было ли оно?!

Нет, она не помнит…

Или нет… Кажется, где-то там осталось что-то темное…

Страшно… Одна, в пустоте….

Кто-то заботливо обволакивает ее, пристально разглядывает… наблюдает за нею.

— Где я?! — кричит она, еще больше перепугавшись, не слыша собственного голоса. И хочет вырваться…

Но тот, кому она кричала, понял ее.

— Не бойся, это бесконечность… — голос спокоен и насмешлив. Он повсюду. Наполняет собой пространство, проникает внутрь, волнует и завораживает. Исполненный величия, как алая полоса зари, мягкий, как шепот пенных гребешков морского прибоя… Как летний ласковый дождь, смывает и уносит тревогу.

Где она могла его слышать? Кажется, в себе… Надо бы остановиться, чтобы оглянуться…

Но неведомая сила влечет ее вперед…

— Где ты? — мысленно зовет она.

— Всюду! — отвечает голос сладкой щемящей тоской. — Я рядом! В тебе! Я всегда с тобой!

Радость встречи — светлая и неуловимая, как сияние росы под первым утренним лучом солнца.

Пожалуй, она больше не хочет никуда лететь. Стараясь затормозить, Анна силится вспомнить, где была так долго. Нет ни одного воспоминания. И много неясных чувств — тяжесть, гибель, боль, страх, одиночество… Почему не слышала его там так же ясно? Она должна его увидеть, почувствовать… Быть рядом, разве это много? И понимает — много…

— Кто я? — спрашивает она с замиранием, начиная волноваться.

— Мое творение! — отвечает тот, из пространства, наполнив ее ликованием.

— Я останусь с тобой? — робкая надежда зажигается где-то в глубине ее сущности.

— Ты всегда со мной, — отвечает он ласково, держа ее за руки.

Безмятежный его голос баюкает ее, как дитя в колыбели.

Блин, Тино! Он тоже слышит этот голос! И правильно, если нет тела, сознание голое, а с голым сознанием, почему бы Создателю не поболтать? Он тоже… Сознание… С большой буквы.

Ну вот, встретились, тет-а-тет… Сколько хотела сказать…

— Я хочу вернуться… К тебе! Пожалуйста!

— Я знаю. И здесь, и там — твой мир, твое настоящее, — голос звучит с такой любовью, что сжимается все ее существо.

А мимо проносятся звезды. Много! Так много — как миллиарды сияющих светлячков. Мелькая, как зарницы, они вспыхивают далеко впереди и остаются позади, и она не успевает их рассмотреть. Иногда они вырастают на пути, и она растворяется в них с гордостью и радостью. А спустя мгновение уже опять несется пылинкой, среди алмазной россыпи, которая мягким таинственным сиянием озаряет неведомый путь.

В бесконечность! И все быстрее, быстрее!

И вот уже пространство, в котором слились и звезды, и тьма в единый тускло освещенный тоннель, где-то впереди уплотняется, сужаясь, и неотвратимо, неизбежно, как смерч, засасывает ее, точно пытается раздавить.

— Нет! Нет! — в ужасе кричит Анна всем своим существом. — Я хочу остаться с тобой! Я хочу остаться с тобой!

— Еще не время! — голос настойчив и строг. Он подталкивает ее, шлепнув, как мать.

— Не-ет! — кричит она, но ее продолжает засасывать.

— Так надо, дитя! — мягко приказывает голос, успокоив касанием. — Так надо!

Глава 4. В гости инопланетянкой.

Анну поташнивало. Голова кружилась, будто она все еще летела. И сразу охватил неосознанный леденящий животный ужас. До нее вдруг дошло, в какое она ввязалась отчаянное предприятие. Ей это приснилось, или же все происходит на самом деле?! Что же она натворила, с кем так мило поболтала?! Какое расстояние отделяет ее от дома?! А как она вернется домой?! Мать, друзья, близкие, родные — все остались где-то там… А если она не вернется?! Сердце сжалось и тоскливо заныло. Нет-нет, вот откроет глаза, сполоснет лицо водой, и позвонит матери, чтобы успокоить…

— Долго ты так собираешься стоять? — размышления прервал знакомый насмешливый голос.

Анна приоткрыла один глаз… второй… И ахнула, обнаружив, что стоит между четырьмя мраморными колоннами посреди необъятной залы, выложенной узорной плиткой. А с потолка льется ровный свет, и дальше, вдоль стен — ряды оборудования с экранами, с мигающими диодами и панелями управления. Она даже не сразу сообразила, что смотрит на Лорку, которую придерживает Крас. И теребит кулон, улыбаясь ей. И Лорка… — трясет мордой, то облизываясь, то припадая к полу.

Анна обмерла, вздрогнув: несколько человекообразных субстанций склонились над аппаратурой — еще двое стоят рядом, сканируя ее. Смахивают на объемную тень, лишенную плоти…