Николай Якубенко - Игра на выживание

— Ты достал, чувак. Лучше шагай быстрее.

— Твой расчет на быстроту ног не оправдан, Макс. Лучше полагаться на удачу.

— Хрен там.

Плато закончилось и снова пришлось переходить в сторону от русла — пробираться сквозь дикий лес. Вновь пошли водопады, уже не так часто, как до этого, зато они стали намного больше. Самый большой — метров тридцать в высоту, пришлось обходить по большой окружности через склон горы.

Если бы дело происходило летом, проблем не возникло. Но сейчас по склону громоздились кучи опавшей сырой листвы и хвои, готовой при любом касании сорваться вниз. Держать равновесие и самое главное — держаться за попадающиеся деревья, корни, кусты, к этому привыкли сразу. Если предстояло пройти открытый участок без «страховки», осматривали склон ниже — что бы можно было в случае чего схватиться на дерево. В крайних случаях страховали друг друга палкой. Это происходило так: один переходит опасный участок, держась за палку, другой, крепко ухватившись за дерево, держал другой конец палки. Если проказница судьба приказала человеку скатиться вниз, его поднимали на палке наверх и все начиналось заново.

Через несколько часов спусков, подъемов и других мучений, путешественники пришли к более-менее пологой местности и дальше пошли без особых затруднений. То есть, несколько дней назад эта местность показалась бы им для прогулок непригодной совершенно. Сейчас же все было вполне культурно — идешь себе вперед, ни крутых спусков тебе, ни подъемов. Что из того, что одежда постепенно приобретает вид ветоши, а про обувь вообще разговор отдельный… хуже всего приходилось Агрису.

Его тонкая ряса и раньше не блиставшая ухоженностью, превратилась в тряпку. В нескольких местах подлатанная скотчем, одолженным у Виталика, перевязанная травой, она была больше похожа на маскировочную сетку снайпера, чем на одежду в которой ходят приличные люди. Чемодан с керогазом, подвязанный ветками дикого винограда, дополнял картину. Шлепанцы Агриса из натуральной кожи разорвались на третий день странствия и держались тоже на скотче. Когда группа проходила склон, Агрис снимал свою обувь — там ты она просто снялась сами и улетела в непонятном направлении. На всех привалах или просто хороших участках Агрис ее тоже снимал — что бы не разрушать хрупкое изделие без причины. И привыкать ходить босиком, естественно…

Макс все-таки умудрился за короткое время разносить свои ботинки и чувствовал себя в них довольно прилично. Никакую траву и листья он уже в них не подкладывал. Вот только тяжелы они были — ботинки. В ночевки ботинки он тоже не снимал — в тонких носках холодно. А это совсем не комфортно — спать в ботинках или любой другой обуви. Лишь в редкие промежутки отдыха он радостно шлепал голыми ступнями по траве, кумушкам и просто земле. Еще в джинсах сильно прели яйца. Во время переходов и каждый вечер Макс мыл нижнее белье и старался обмываться.

Виталик проклинал тот день, когда он решил надеть шорты вместо нормальных брюк. Вся колючая трава, все кусты и ветки проходились по его коленям и ниже, оставляя ноющие царапины. Сейчас его голени представляли из себя сплошное месиво из царапин, ран и синяков. Все это многообразие постоянно чесалось, их приходилось каждый вечер обрабатывать единственным тюбиком Левомиколя. На то, что организм когда то привыкнет к этому, он не рассчитывал. Китайские кроссовки держались молодцом, это было ожидаемо.

Большую часть пути процессия выглядела следующим образом: Макс, как самый бронированный, ледоколом прокладывал путь в буреломе, высокой траве, кустах. За ним шел Виталик, Агрис шел замыкающим. С его дышащей на ладан одеждой на большее рассчитывать не приходилось.

К ночевке подошли уже поздно. Быстро отварив лягушек и ими поужинав, улеглись отдыхать. Спирт весь выпили еще раньше, окружающая растительность надоела за целый день, поэтому просто смотрели на небо.

— Агрис, расскажи о географии местной.

— На игле три континента: Варт, Хердан и Яххин. Яххин — жаркий континент, покрытый песками, джунглями и сухими степями. От других континентов держится обособленно — там своих разборок хватает. Контролируется тремя постоянно враждующими орденами: Ифритовым, Хрустальными и орденом Сухого Тросника. Хердан — самый большой континент, изогнутый вдоль северных льдов и полный королевств, двух империй и враждующих орденов. Их на континенте Хердан целых шесть: Пустошь, Последний орден, орден Солнца, орден Лилии, Копьеносца и Ждущий орден. Континент Хардан велик, в нем есть и бескрайние леса и тундры и равнины, полные жизни. Мы находимся на Варте. Это небольшой, но богатый континент. Плодородные поля, обильные сады, руда, золото, серебро и драгоценные камни в горах — это лакомый кусочек для любого ордена. Располагается Варт недалеко от Хердана и тесно связан с ним торговлей. Было даже несколько воин между орденами разных континентов, правда, ни к чему не приведшим. До недавнего времени на Варте были ордена: Закатный, Истинный и Железный. Сейчас остались только Истинный и Железный орден.

Кроме перечисленных, есть еще два ордена: Орден Девы и Зеленый Орден. Они поделили между собой острова и океаны Иглы. Имея самый мощный флот в мире Иглы, они не могут всерьез бороться с мощными сухопутными странами. Но лучших пиратов, моряков нет во всей Игле.

— И где на континенте был расположен Закатный Орден?

— Как раз между двумя другими орденами. Очень удобно для войны… что сейчас твориться!

— Не парься чувак. Добро всегда побеждает.

— Очень странная мысль. По идее должно быть наоборот.

— С чего вдруг?

— Добро почему называется добром? Оно не может творить гадости и подлости. Зло в средствах не ограниченно. Оно будет поступать так, как нужно для победы безо всяких ограничений и в конечном итоге победит.

— Ты какие-то глупости говоришь, Агрис. По твоему получается, что мы живем в стране зла… то есть жили в стране победившего зла… И все находятся на стороне победившего зла.

— Макс, не будь идеалистом. Историю пишут победители. Про своих бывших оппонентов, пусть даже они ангелы были, победители будут говорить, как о наркоманах, некрофилах и вообще отморозках. И им поверят. Попробовали бы не поверить…

На небольшой полянке воцарилась задумчивая тишина. Какой то звонкий местный соловей воспользовался этим и начал щебетать свои романсы.

— Агрис, я не знаю, как с этим делом здесь, но у нас добро в конечном счете — победит.

— Ветал, ты заинтриговал меня. Интересно — как?

— Войны выигрываются теми, у кого больше сторонников. И Армия, соответственно. Если одна из сторон конфликта режет младенцев и отбирает последний кусок хлеба у нищего — к ней будут присоединяться лишь в крайнем случае. Потому что человек по природе своей стремится к лучшему, хорошему. Я мог привести тебе множество примеров из нашей истории, но лучше просто поверь на слово.