Валерий Иващенко - Единственный воин Королевы

– Вот те раз! – крепко сбитый рыбак почесал в затылке пятернёй и тут же потребовал и себе «треску по-королевски». После некоторых прений и словоизысков послали за старым Леопольдом, да за женщинами. Но в конце концов именно это название и закрепили за новым здесь блюдом. Правда, уже к вечеру сокрушённый хозяин заявил, что кьянти этого урожая закончилось – этот сорт популярностью обычно не пользуется. А в город когда ещё с обозом ехать… Двое молодых парней тут же предложили сгонять на своей рыбацкой лодке в порт да затовариться бочками с вином прямо там. Сельский староста, раскрасневшийся и довольный, одобрил. А трактирщик побожился, что молодой лорд Майкл отныне будет есть в его трактире бесплатно. Подумав, тот в качестве ответной любезности сообщил, что через день-два опять зайдёт – есть ещё одна идея.

– О-о! – заинтересовались рыбаки. Молодой лорд описал им рака, по наивности не зная, что тот водится только в пресных водах. Но рыбаки с хохотом ответили, что такого и у них тут навалом, только – разве можно есть такую гадость? Проку никакого, только сети рвут да путают. Обведя всех заговорщическим взглядом и добившись этим заинтригованной тишины, Майкл под большим секретом сообщил – что это на его родине дозволено есть только королю да герцогам.

– Во всяком случае – не ниже графа! Баронам уже нельзя. А я вот раз свёл знакомство с девонькой из кухни… м-м-м… одно после другого… – он восхищённо закатил глаза. – Так что к послезавтрему корзину самых больших – чтобы было! На том и распрощались. Так что домой, в город, Майкл шёл в самом распрекрасном настроении и весело насвистывал какую-то песенку. Даже рано темнеющее хмурое небо и моросящий дождик оказались не в состоянии ничего с этим поделать. Уже на подходе к окраинным домишкам Ривердэйла – а городских стен ввиду отсутствия сухопутного противника тут попросту не было – он стал свидетелем некрасивой, но увы, не столь уж редкой в иных местах сцены. Двое парней самого что ни на есть висельного облика с хохотом утаскивали за ряды виноградных лоз визжащую от ужаса девицу. Судя по чистой одежде и валяющейся на дороге корзине – служанку из богатого дома. Девица верещала так, будто её тащили не для известного и привычного дела, а четвертовать с последующим поджариванием на медленном огне. М-да, можно подумать – у Майкла был выбор. Злодеи, едва завидев его решительную фигуру с обнажённым клинком, сразу дали стрекача со вполне понятной резвостью. А заплаканная девица в слегка растерзанном оборчатом платье оказалась на диво хороша. Настолько хороша, что парень вопреки всему почувствовал, что хочет её – прямо здесь и сейчас. Видимо, что-то такое передалось и девушке, потому что её слёзы вмиг высохли, и она взглянула на своего спасителя с нескрываемым простодушным интересом. И всё же, пожалуй, это было бы уже чересчур… Выяснилось, что зовут её Санни. А на вопрос, откуда она, и куда её проводить, чуть загадочно ответила.

– Я работаю в домике на холме. Уже немного зная здешние романтические и напрямую связанные с седыми легендами обычаи, Майкл вспомнил, что именно так горожане и сельские называют резиденцию здешних графов. Если память не изменяет – сейчас у них вдовствующая графиня. «Наверняка какая-нибудь старая грымза – брюзжащая и жадная» – подумал он, вспомнив кое-какие весьма колоритные фигуры из числа вечно околачивающихся в королевском дворце. Повесив на плечо вовсе не тяжёлую корзину, он уже шагал рядом с симпатичной девчонкой, болтая с ней о том, о сём, и настроение его стремительно поднималось. Много ли надо молодому парню?.. И всё же что-то грызло, точило его, пока он не вспомнил. Как услыхал о том, что преступность на острове – явление настолько редкое и исключительное, что этими случаями занимаются самые высокие особы персонально. Он даже предпринял пару походов по ночному городу и традиционно самому злачному району

– порту. Каково же было его удивление, когда он обнаружил, что ни играющие в полночь на улице дети, но возвращающаяся с любовного свидания раскрасневшаяся девица, что встретилась в тёмном переулке – они его не боялись. То есть – им это даже в голову не приходило. Немало поломав голову над этой загадкой, он попытался расспрашивать, неплохо зная, что человеческие пороки так же неискоренимы, как и сама человеческая порода. Но не преуспев и тут, отложил изыскания до появления новых сведений. Так-так – а это освещает происшествие с девицей совсем в ином свете. Конечно, всё оно возможно – может, по здешним законам, отыметь девицу без её согласия это не преступление, а наоборот – оказать ей честь… Майкл вспомнил приятеля Фреда, Алекса. Имея в будущем самые блестящие перспективы, молодой барон тем не менее занялся не традиционно подобающим дворянину делом – войной или науками. Нет – он заинтересовался теми тайными службами, что невидимо существуют в любом крупном государстве, и из которых обывателю известна только полиция. И судя по некоторым обмолвкам его отца, барона Твидлиха, проявил в этом деле недюжинные способности. Как там говорил Алекс – «чаще всего сыплются на мелочах»? А ведь интересно… и Майкл самым открытым образом принялся осматривать назвавшуюся Санни девицу в поисках этих мелочей. Та приняла его взгляды за чисто мужской интерес, и даже чуть зарделась – а глазки эдак симпатично заблестели. Э-э, чёрт возьми, а Алекс был тысячу раз прав! Нежные, чистые ладошки и пальчики уж явно не знали иной работы, кроме как подносить ко рту ложку или ласкать возлюбленного. Платье служанки смотрелось на ней как на корове седло – а вот более лёгкий и открытый наряд знатной девицы пошёл бы ей как влитой. И разговорчик… Майкл немного привык к здешнему мягкому, напевному и чуть акающему наречию, и уже вполне различал – как говорят простолюдины, а как представители аристократии. Эта еле заметная властность, с рождения въевшаяся привычка повелевать… С некоторых пор, когда юный Майкл начал интересоваться противоположным полом, он во дворце немало наблюдал и сравнивал кокетливых служанок и надменных маркиз, хохотушек-горничных и чопорных герцогинь, в горячечных юношеских мечтах примеривая их на себя. Пока в его жизнь так властно не вошла Фиона, разом затмив их всех… Вспомнив сияющие нежностью зелёные глаза, он чуть не застонал и лишь изрядным усилием вернул себя к действительности. Значит, решили подцепить на древний как мир, но такой безотказный крючочек… А они уже стояли у боковой калитки в каменной ограде стоящего чуть на возвышенности большого дома, и девица, очаровательно покраснев от собственной смелости, нежнейшим голоском пролепетала.

– Увижусь ли я ещё с вами, благородный сэр Майкл? Тот осторожно приподнял её подбородок и лицо к себе, сам не зная, чего ему хочется больше – то ли сорвать поцелуй с этих розовых, чуть раскрывшихся в ожидании уст, то ли влепить пощёчину играющей не в свои игры юной аристократке.