Алина Багазова - Аманда. Энергия Кольца

Они помогают нам создавать оцепление в другой реальности. Помощники — учатся всему понемножку. Они, как скорая помощь в случае внезапности происшествий.

— А какой смысл во всём этом, когда здесь не присутствуют наши тела, а только лишь сознание? — удивилась я.

— Видишь ли, — совсем не удивилась моему вопросу Алия, видимо я не первая, кто его задаёт, — сознание определяет во многом физическое состояние человека. То, что происходит в его сознании, обязательно через некоторое время отражается на физическом теле, следовательно, обратный вывод: всё, что происходит с человеком на физическом уровне, ранее уже проявилось на тонком плане. Даже случайная тёмная мысль, лелеемая и удерживаемая нами, способна принести в наше тело неизлечимую болезнь, которую, кстати, можно спокойно вылечить, пересмотрев и сменив кардинально образ мышления.

— Я поняла… — тихо проговорила я, — получая и применяя знания здесь, я почувствую перемены и в реальной жизни.

— Ты увидишь и поймёшь сама, — кивнул Мишель, — тогда все вопросы отпадут.

— Я не хочу перегружать тебя информацией, — Алия протянула руку и мягко пожала мою ладонь, — на сегодня окончим разговор, по крайней мере, с нами, Учителями.

Мы уйдём сейчас, а ты останешься и сможешь поболтать с новыми друзьями. Задашь свои вопросы, мне кажется, они более доступным языком тебе всё объяснят, а то я, наверное, тебя ещё больше «загрузила», а?

Она звонко рассмеялась, вставая. Мишель поднялся тоже и громко объявил:

— Сегодня занятий, пожалуй, не будет, общайтесь и вводите Аманду в курс дела. А завтра… Уж я вас погоняю! — усмехнулся он.

— Алия, Мишель, вы ведь совсем ничего не поели! — воскликнула, спохватившись, какая-то девушка с другого конца стола, — даже чай!

— Пока вы планировали Бабушкино совместное с профессором будущее, мы успели выпить по чашечке, — хитро подмигнула Алия, — неужели думаете, что мы бы ушли просто так?

Милена привстала, и что-то шепнула на ухо Мишелю, он в ответ улыбнулся и кивнул.

Мне показалось, что у них друг с другом более близкие отношения, чем с кем-либо ещё.

Когда перед Учителями распахнулась дверь, нас ожидал сюрприз: прямо за порогом стояла Бабушка, улыбаясь своей тёплой домашней улыбкой.

— Милые! Алия, Мишель! — нараспев воскликнула она, — уже убегаете?

— Бабуль! — они по очереди обняли её, — пора-пора! Чай прекрасный, как всегда, спасибо огромное тебе, дорогая!

Промеж ног Бабушки прошмыгнул тот самый огромный кот, которого я видела в окно.

Алия ухитрилась мимоходом потрепать его за ухом.

Кот воровато поозирался, увидел, что Бабушка не смотрит в его сторону, и бросился прямиком к столу. Под общее улюлюканье и смех он всё-таки стянул булочку и уволок куда-то в угол.

— Вот негодник! Ведь не ради того, чтоб съесть, а ради одного только спортивного интереса, — покачала Бабушка головой, закрывая дверь, — только что Карамур его целой плошкой сметаны угостил, брюхо еле доволок до дома!

— Ну и как там Карамур? — хитро прищурилась Шеннон, — как его эксперимент со скрещиванием единорогов?

— Движется, — вздохнула Бабушка, — упрямый он, добьётся когда-нибудь своего.

— А ты, Бабуль, своего, — хихикнула Шен.

— О чём ты, детка? — наивно притворилась старушка, что «ни в жизнь» не знает.

— Да так, ни о чём… — опустила скромно глазки хитрюга.

— Детка! — Бабушка ласково протянула ко мне руки, — добро пожаловать в наш Дом!

Дай же мне обнять тебя!

Я вскочила и прижалась к полной, тёплой Бабушкиной груди. Как хорошо! От неё прямо веяло бесконечно родным, домашним и спокойным уютом.

— Её зовут Аманда, — с набитым ртом произнесла Шеннон.

— Маня, стало быть, — улыбнулась Бабушка, чем окончательно приворожила меня.

Потом мы долго пили чай и болтали ни о чём, о всякой ерунде. Ребята, позволяя мне адаптироваться поскорее и не расспрашивая пока, наперебой рассказывали взамен об обитателях Леса. Давали советы и предостерегали.

— Мавки, такие смешные, но нельзя им поддаваться и идти на поводу, защекочут! — сказал веснушчатый парень.

— Мавки, это что!.. — протянул другой, с внешностью безнадёжного отличника-ботаника, — вот феи — те ещё существа.

— Ага! — захохотала Шеннон, — как тебя Миранда лопухнула позавчера! Мань, Миранда это такая маленькая фея…

— Уже познакомились, — кивнула я, — забавная она.

— Забавная?!! — возмутился «отличник», видимо припомнив, что сделала ему маленькая задира. Потом замолчал и покраснел оттого, что пытался сдержаться и не высказать, что думает о ней на самом деле.

— Невзлюбила она тебя, — констатировала Дафна, — да и кому понравится, когда кто-то, только появившись на чужой территории, сразу начинает всех поучать, самым умным себя выставлять?

— Я ей только пытался объяснить…

— Он ей пытался объяснить!.. Между прочим, это верх невежливости, — оборвала Дафна, — она здесь живёт много веков, а ты явился, так сказать, в чужой монастырь со своим уставом!

— Ребята! — Милена встала и попыталась привлечь всеобщее внимание, — давайте по очереди представимся. Аманда теперь одна из Воинов, надо перезнакомиться.

— Можно я лучше всех представлю? — подняла руку Дафна. Милена, вздохнув, пожала плечами, кивнула и села.

— Итак! Милену и Шеннон я не вижу смысла сейчас представлять, ты с ними лично ещё наобщаешься, вы в одной комнате. Далее: Клара. Она итальянка, горячая, импульсивная, а уж быстрая — как ураган! Извини, что представляю преимущественное по характеристикам боя, так привычнее, но и из этого можно извлечь суть!

Клара оказалась высокой чернявой девушкой с прямыми длинными волосами и низкой чёлкой. Она ослепительно улыбнулась, шутливо раскланявшись.

— Феридэ, — продолжала Дафна, — турчанка. Очень милая, но настолько же и застенчивая, неспешная.

Феридэ — смуглая восточная красавица с двумя длинными косами — привстала с улыбкой, но тут же смущённо потупила глаза и села.

— Карл, — Дафна неожиданно покраснела, представляя строгого, аккуратного и глядящего прямо в глаза, парня, — он швейцарец. Очень пунктуален, чем можно без сомнения гордиться, но не очень открытый… Хотя, в общем, это тоже скорее достоинство. Мужчина и должен быть лаконичен, краток, немногословен… в общем, загадочен.

Карл протянул мне руку и с чувством пожал.

— Витас, — Дафна указала на веснушчатого паренька, — он из Латвии. Не смущайся, что я страну называю, так уж повелось, хотя здесь и нет языкового барьера, но всё-таки интересно. Так вот, Витас — весьма пылкий борец за правду и справедливость. Отстоит непременно, пусть даже ценой собственной жизни, если возникнет необходимость.