Оксана Панкеева - Поступь Повелителя

Ознакомительный фрагмент

– Вот именно, репутация злейшего врага. А вас не посещала мысль, что вам просто не поверят и сразу пустят на корм вампирам, не вдаваясь в обсуждения?

– Не сглазьте! – испуганно вскинулся Орландо.

– Не беспокойся, я позаботился о защите от сглаза.

– Вероятность есть, – невозмутимо согласился Шеллар, – но минимальная. А в-третьих… – Он хитро усмехнулся. – Скажите мне наконец правду, почтенный мэтр: верно ли, что нынешние короли Лондры – потомки Хаггса?

– Ну, верно, – неохотно признался маг. – Вы думаете, Повелитель на это поведется?

– Думаю, да. Не имея возможности отомстить давно покойному маэстро Хаггсу, он обратит внимание на его потомков. И я уверен, для него будет большим удовольствием наблюдать, как я на него работаю, и представлять себе, как вертится в гробу мой почтенный предок. Это куда изящнее, чем просто убить, а мэтр Скаррон, насколько я могу судить, человек утонченный и не уважающий примитив.

– А теперь подумайте вот о чем, теоретик вы мой. Что будет, если вам действительно не поверят на слово и пожелают проверить: не скажете ли вы чего новенького, если вам, например, сломать пару конечностей, или подпалить спину раскаленным железом, или зажать в тиски кое-что необходимое для производства наследников? А будет, ваше величество, вот что: на третьей минуте вы сдадите меня, всех моих сотрудников и заодно три параллельных мира.

– Разумеется, я об этом подумал, – абсолютно серьезно согласился Шеллар. – И даже придумал, как этого избежать. Перед тем как отправляться на поклон к противнику, я предоставлю свою память в полное ваше распоряжение. Можете сами выбрать лишнее и запереть за прочной дверью, как вы поступили в свое время с Кантором.

Как будто специально, чтобы окончательно добить старого наставника, задумчивый Орландо вдруг просиял, осененный очередной бредовой идеей, и заявил:

– Шеллар, я пойду с тобой! Я же эмпат, я заставлю их поверить!

К счастью, Шеллар воспринял эту идею скептически.

– Орландо, ты не сможешь. Нет, заставить сможешь, но долго ты не продержишься, быстро выдашь себя.

– Давай придумаем что-нибудь, чтобы я не остался там надолго.

– У тебя не будет возможности сбежать. Нет, это не годится. Я пойду один.

– Вы рехнулись! – обреченно выдохнул Рельмо.

– Благодарю вас, нет, – вежливо ответил король Ортана, и маг понял, что переспорить этого упрямого зануду ему не удастся. Проще убить. А еще проще сделать, что он просит, и пусть убьет себя сам, извращенным способом собственного изобретения.

До южных провинций Мистралии новости еще не докатились, но если бы в это субботнее утро кто-то поведал Жаку о побоище под Большим Афедроном, вряд ли сия новость впечатлила бы его сильнее, чем ночной налет разбойников, коему он был свидетелем.

Смутное время всегда было золотым для граждан, промышляющих грабежом, а беженцы на дорогах – легкой добычей. Видимо, от великой радости, подогретой изрядным количеством спиртного, Педро Вислоухий и вообразил себя вторым Кендаром Завоевателем. Рассуждения великого стратега были просты, как все гениальное. Зачем сутками торчать у дороги, вылавливая клиентов по одному, если можно захватить их крупной партией во время ночевки? Атаман сказал – подчиненные исполнили, и в ночь с пятницы на субботу банда Педро Вислоухого взяла штурмом придорожную гостиницу, где ночевали наши путешественники.

К счастью, ничего особо умного из атаманской затеи не получилось. Как сказал бы король, из-за недоработки деталей и огрехов разведки. Вышло так, что как раз в момент нападения хозяйская невестка тихонько кралась через двор в направлении конюшни, где поджидал ее томимый страстью кучер одного из постояльцев. Увидев, как лихо сигают через забор темные тени всадников, она немедленно издала визг, способный посрамить пожарную сирену, и рванула назад, продолжая бестолково вопить на ходу. Разбуженный Шарик со свойственной ему непосредственностью пронесся по кроватям, басовито гавкая и приглашая всех оценить его выдающиеся сторожевые способности. Видимо, при этом он наступил хозяину на что-то такое, что к визгу во дворе и лаю в комнате присоединился вопль Мафея. Пока Жак и Ольга проморгались спросонок, Кантор успел схватить винтовку, выбить окно и слегка проредить ряды налетчиков.

Прочие постояльцы тоже проснулись, и среди них нашлось достаточно боеспособных мужчин, чтобы обнаглевшие орлы Педро Вислоухого уяснили: легкой добычи здесь не будет. Оставив мечты о сундуках постояльцев, разбойники отступили и быстро растворились в ночи, таща с собой все, что успели прихватить.

Как оказалось, успели они достаточно. Пока шла перестрелка, несколько самых шустрых забрались в конюшню и угнали всех лошадей.

На Жака жалко было смотреть. Кантора страшно было слушать. Приближаться к нему было еще страшнее. Во всяком случае, когда он отказался расплачиваться за ночлег, хозяин не посмел настаивать, даже имея за спиной двоих дюжих сыновей.

Часть постояльцев ринулась в ближайшую деревню, и было совершенно ясно, что цены на лошадей там сейчас взлетят до заоблачных высот.

Кантор мрачно пересчитал патроны и наличные, попинал сапогом бесполезные седла, подумал немного и выдал приказ командования:

– Пойдем пешком. Отойдем отсюда подальше, продадим седла и, может, купим осла.

– А до тех пор их на себе тащить?! – ужаснулся Жак.

– Нет, на Шарика погрузим! – зло огрызнулся мистралиец. – Денег у нас не густо, за мою серьгу много не выручишь, а Ольга в дорогу никаких украшений не надела. Если б я хоть гитару с собой взял или десяток метательных ножей, можно было бы что-то заработать, а так…

– Может, вот это толкнем? – с надеждой вопросил несчастный шут и достал из кармана тот самый кубик, купленный в начале осени в лавке достопочтенного Цыня.

– А что это? – заинтересовалась Ольга. – Ты разобрался?

– Почти, – охотно поделился Жак. – Это, собственно, контейнер, а сама штуковина – внутри. Хитро запечатана магией, с тремя фальшивыми слоями, так, чтобы даже маг не разобрался.

– Но ты эту печать все равно хакнул?

– В смысле, сломал? А как же, я бы не сломал! Там внутри – камешек, а вокруг него – прозрачное желе.

– Так может, имеет смысл выковырять камешек и его продать? – предложил практичный Кантор.

– Ой, я бы не советовал. Он начудить может. В него запихана уйма всяких программок, которые активируются по методу случайных чисел…

– А для нормальных людей? – угрожающе нахмурился дон Диего.

– Доступным тебе языком – этот камешек в любой момент может выдать любое случайное заклинание.

– Дубина! – проворчал Мафей. – Что он выдаст теперь, когда все магические предметы не работают?