Василий Кузьмин - Темный маг

Хм… Что-то я задумался. Вокруг, впрочем, все равно пусто — с ходу определяя во мне пособника сил тьмы, меня за два метра обходят даже уже в меру нетрезвые крестьяне. Нет, все же зря я плащ от пыли почистил — серый он как-то больше доверия внушал! Так что одинокому Владыке даже и поговорить-то не с кем… Эх… Впрочем, все же то, что я спас всю их деревню от фактического рабства еще никого и ни к чему не обязывает. Это кстати правильно — хоть я и покончил с Зармоком, никто не гарантирует, что его место через день другой не займет еще один маг уже рангом поменьше, али разбойники посильнее, да посмелее, или просто Армия Света в лице безликого сборщика податей. Кто знает… А вот Данька герой — свой же местный, а не побоялся в разборке магов участвовать, да еще и на самого Зармока руку поднять! Ну, а что, касается приблудного оборотня — Вэй как обычно душа компании, причем ей все равно, с кем общаться — с людьми, с орками или даже с моими костлявыми гвардейцами. Хорошо еще она петь пока не начала, голос-то у нее ничего, а вот репертуар… Орочьи, человеческие, даже одна на древнем языке — видать перестарался я таки с восстановлением личностей у моих мертвяков-гвардейцев — но в каждой песне количество вина и крови на одну строчку превышает размеры среднего озера! И это ведь хорошо, что в охрану крепости абы кого не берут, а то она бы еще такого набралась!.. Где уж там воспитание достойной смены… По себе знаю… Я-то в ее возрасте такие песни пел… Целый взвод орков в краску вогнать умудрился…Впрочем, конечно, что было то прошло и нечего корить меня ошибками бурной молодости… Хотя мне, разумеется, есть что вспомнить! Хотя бы…

— Господине Горислав…

Данька?! Он… только бледный, словно гоблинской стряпни отведал. Впрочем, нет, на ногах еще стоит значит только, словно понюхал. И обращается странно — с чего это он меня господином называть вздумал?

— Случилось что? Или еще дела какие на сегодня есть?

— Нет, нет — все в порядке, благодарствуйте. Я вот спросить хотел…

— Ну, так спрашивай, а не мнись, как рыцарь перед драконьим логовом!

— Это правда… то что Вэй сказала, да? Или она шутит так — ведь правда шутит!?

Стоооп! Что. Она. Ему. Сказала?! Есть только одна догадка — и очень неприятная. Если прав окажусь — быть у меня новому коврику — серому и мягкому! За такими зубищами, да язык не удержать… ну, только попадись мне! Впрочем, и сам хорош — не предупредил же, теперь вот выпутывайся, старый пень!

— Ты о чем, Даниил? Что правда?

— Да нет… Это я так. Шутит ваша помощница не удачно — самим Темным вас величать вздумала… А я чуть не поверил, как маленький. Еще ведь так сказала — поди ее пойми, толи серьезно, толи…

— Серьезно.

— Что серьезно, дядя Горислав… Или… А…

— Ага. Именно это. В смысле — не шутит. Я это, я. Темный, страшный, мягкий и пушистый. Прошу любить и не жаловаться. И не падай ты так, Данька, — я же к тебе как к умному человеку, а ты будто ребенок!

Ну все… понеслось! Итак парня за два дня нагрузил по самое не могу, так теперь ему еще и это переварить надо! Одно дело, с каким-то там магом говорить, пусть и черным как уголь, и совсем другое — Владыка… Страшный… Вообще нелюдь жестокий, к тому же еще и бессмертный! Одно везет — не попадаю я в образ, потому-то он еще в сознание, а не валяется на земле в отключке… Вот на это место я давить и буду:

— Ну, что любуешься, Даниил… Клыки видишь? А когти, а три метра роста, а горящие глаза? Не видишь, я полагаю. А их и нету. Вообще нету. Думаешь Темный — так значит чудо-юдо какое. Ошибочка — я это я, самый обычный маг и даже имя не выдуманное, а самое что ни на есть настоящее. Посильнее, да поумнее других, конечно, на чем Зармок с командой и обломился, но не боле того. Не демон, не полубог, даже не бессмертный долгожитель. Извини уж, если разочаровал.

— А… А как же тогда все что рассказывают, все баллады и…

Ну, ладно — хоть челюсть подобрал: значит уже прогресс наметился. Ничего сейчас он ее обратно уронит…

— Врут они все. Да ты и сам посмотри — здесь про нас с тобой уже завтра такое рассказывать будут… Любой герой обзавидуется. Впрочем, в одном легенды, да предания все же не лгут — в концовках. Ну, когда герой там, или маг какой Темного в куски рвет, да мечом каким волшебным остатки в крошево шинкует.

— А вы тогда, как…

Ну вот уронил, как и было, кстати, обещано…

— Жив как? Молча. Не меня же шинковали, так ведь? Думаешь, я первый и последний? Ха! До меня Темных было… И еще потом не меньше будет! Помнишь, я тебе вчера про Мастера рассказывал? Знаю ведь, что помнишь. Ну, вот он как с первой армией Света расправился, так в себя и ушел — дела забросил, со всеми видеться перестал, сидел себе в Цитадели… А потом посох оставил ученику первому, да и ушел… В земли светлые направился. Десять дней шел — за ним ничего не осталось. Ни города, ни человека — ничего. Только выжженная пустошь… Ну, а потом уж все светлые маги собрались — Белый Совет организовали, единым фронтом ударили… Мастеру-то уже все равно было, он фактически сам напрашивался, да в Белом совете потом все же почти половина стульев еще долго пустовала… Только зря он это сделал — светлые они, ох какие злопамятные. Им только повод дай… Дальше уж… Новую армию собрали — больше прежней. Только вот и мы организовались, да своим войском хоть каким обзавелись. Старший ученик, который посох получил, его и возглавил. Да все же слишком мягкий он был, как и другие тогда, кстати. Слышал наверное легенды о первой войне… Ну, вот — все семь учеников Мастера тогда все и полегли в порядке старшинства. А, когда седьмой погиб, светлые еще и посох разбили в щепу прежде, чем их от тела его оттеснили. Только зря они это, ой зря… Кристалл — тот, что в сердцевине посоха был себе один человек забрал, да новое древко сделал. У него в той первой атаке, еще до начала войны, все погибли — все, кого он знал. Самому повезло, что по делам из города отлучился… Вот он к армии и присоединился, за своих отомстить. И отомстил. Тут уж много знаний не надо… Посох, кого хочешь, магом сделает — был бы талант, пусть и скрытый. А новый его хозяин, к тому же еще и в тактике, да стратегии кумекал — недаром его левым крылом армии командовать к тому времени поставили. Задал он светлым… Все земли обратно отбил, Белый Совет рассеял, на их территорию войну перенес… Тут то первый герой баллад и нарисовался — действительно, говорят, герой был. С небольшим войском в тыл наш прорвался, до Темного владыки — того уже так называть начали, добрался, да в бою с ним и полег. Но достать успел — особым мечом, от которого магия не спасает, ну вот как болт этот арбалетный… А дальше понеслось… Темный, за Темным. Кто-то лучше, кто-то хуже. Всегда на место убитого — новый вставал. Даже обычай появился…