Александр Важин - Год Героя

— Завтра вечером меня уже не будет в Анкоме. Мне необходимо поговорить с Крафом.

— Тогда придешь в другой раз, — отрезал толстяк. Алексею уже надоело это препирательство.

— Слушай, ты… мля… если сейчас не позовешь Мастера, я разобью тебе твой лысый бубен.

— Тусе-ен! — сразу же заверещал управляющий.

Из одного из домиков внутри ограды выбежали несколько человек в доспехах с мечами и древковым оружием наподобие алебарды — гибрида топора и копья.

— Вышвырните отсюда этого бродягу, — приказал им управляющий.

Охрана двинулась к Алексею, намереваясь намять бока буйному визитеру.

— Йон! Что там за шум? — раздался хрипловатый голос из окнa самого большого строения во внутреннем дворе поместья за оградой.

— Мастер, тут настойчивый посетитель очень желает видеть тебя. Сейчас охрана его прогонит, — ответил управитель.

— Погодите, я сейчас выйду.

Алексей ожидал увидеть умудренного опытом старика, но навстречу вышел высокий худощавый мужчина лет тридцати пяти с проницательным взглядом задумчивого лица. Одет он был гораздо скромнее, чем управляющий: во всём черном, а спереди на долговязой фигуре висел кожаный фартук в дырах разного диаметра, явно прожженных горячей окалиной. После короткого приветствия Мастер предложил Алексею зайти в кузню и изложить суть дела.

Внутри просторного помещения с высокими потолками гоготал огонь в горнах, шипела вода, отовсюду доносился перестук молотов и молотков. Сделав попутно несколько замечаний и раздав пару подзатыльников подмастерьям, Мастер провел гостя в отдельную каморку, служившую, по всей видимости, кабинетом, и, не предлагая сесть, буркнул:

— Моя работа стоит дорого. Цены у меня высокие. Беру наперед. Могу предложить готовую продукцию. Сейчас есть отличные фолчены,note 4 большие орехонские мечи да острые секиры.

— А изготовить меч, которого ты никогда ранее не делал, сможешь? — задал вопрос Алексей.

Мастер удивленно вскинул вверх кустистые брови и внимательно посмотрел на Алексея.

— Делал я ранее оружие по прихотям заказчиков. Были умники, кто просил изготовить клинок такой, как сам разумеет. Да только умирали они быстро, подводил такой меч в бою. А лучше моих не сыщешь — вот уже несколько поколений наш род мечи кует, все перепробовали, только самые надежные делаем.

— Я верю, что у тебя действительно хорошее оружие. Да только мне нужен особый меч. А надежным он будет или нет — тут уже только от тебя зависит. Я попробую тебе объяснить, как его делать, а ты скажи — сделаешь такой или нет. За ценой не постою.

Разочарованно вздохнув, Мастер покачал головой и язвительно бросил:

— Ну, давай рассказывай. Это обойдется тебе не меньше чем в двадцать фолей.

Он достал кусок выдубленной кожи, уголь и приготовился делать набросок.

— А сколько это будет в стирах олавичей? — спросил Алексей, не знакомый с денежной системой браннов.

— Где-то четыре стиры, — прикинул Краф.

— Берешь оплату в золоте олавичей?

— Можно.

— Хорошо.

Алексей продемонстрировал Мастеру содержимое своего кожаного мешочка с княжескими стирами.

— Значит, так. Мне нужен меч, которым одинаково легко и колоть, и рубить, одной рукой и двумя, пешим и конным. Хотя насчет колоть… он может эффективно наносить колющие удары, но всё же стихия этого меча — разрезающие и секущие удары. Длина — метр, рукоять на три с половиной кулака. — Брови Мастера удивленно поползли вверх, его длинное лицо еще больше вытянулось, и он снова грустно вздохнул. — Ширина лезвия — три сантиметра, толщина спинки — пять миллиметров. Клинок должен иметь незначительную кривизну лезвия, заточен только с одной стороны. — Алексей называл параметры меча в метричной системе, но видел, что браннский мастер воспринимает их в известной ему системе измерений. Краф усердно чертил схему странного меча на пергаменте.

Алексей же продолжал извлекать из глубин памяти всё, что знал об изготовлении самурайского меча. В свое время он много читал об этом и сейчас старался свои теоретические знания пересказать мастеру-практику. Выйдет из этого что-нибудь или нет? Он не знал, но попробовать стоило, даже если пропадут кровно заработанные денежки.

— Сделать его можно так: болванку мягкого железа обложить кусками стали, всё вместе раскалить на углях и сварить воедино. Полученный стержень нужно проковать не менее двадцати раз и таких стержней получить штуки три, Их снова сварить вместе и продолжить проковку. Перед окончательной проковкой (Мастер уже даже не вздыхал, его длинное лицо еще больше вытянулось, он что-то бормотал себе под нос и делал быстрые пометки на шкуре) и приданием лезвию формы внутрь вложить прут из самого мягкого железа. Клинок будешь согревать до тех пор, пока сталь не станет цвета полной луны, и далее закалять в воде летней температуры. Как хорошо отточить и отполировать меч — я думаю, ты знаешь и сам. Гарда — небольшая, круглая, чтобы только руку прикрывала. Рукоять мне обтяни выделанной кожей акулы — видел я, продают их в порту торговцы рыбой. А ножны мне приспособь для ношения за спиной, их изготовь из хорошего дерева, покрытого черным лаком и бронзовыми накладками. Вроде бы всё.

Алексей вопросительно посмотрел на Мастера:

— Так что, сделаешь такой?

Мастер ничего не ответил, а только продолжал что-то себе бормотать под нос и быстро делать пометки на коже. Несколько минут спустя он поднял голову, посмотрев на Алексея рассеянным взглядом:

— Приходи через две недели. Платы пока не нужно. Иди, — и снова склонился над чертежом.

Толстый управляющий проводил клиента на улицу.

Алексей вышел на шумную набережную и стал дожидаться Бойка, снова глазея на суда в порту. В гавань как раз вошли два военных корабля браннов. Немного побольше торговых, с выпуклыми бортами, на корме и на носу платформы расположились помосты с зубчатыми ограждениями, вероятно, для размещения лучников. Красные полотнища парусов гордо надувались ветром, на верхушках мачт реяли королевские стяги браннов со вздыбленным вывером с короной на голове. Алексей задумался, чем обусловлен красный цвет паруса боевых кораблей. Ведь они заметны издали и тяжело внезапно атаковать врага. «Наверное, для понту, чтоб и все боялись», — в конце концов остановился он на таком предположении.

Вскоре его разыскал Бойко. Посыльный выполнил свою миссию, и можно было возвращаться домой.

Хоть уже начинала сгущаться тьма, они покинули Анком.

— Деньги они берут за ночлег. Заночуем в поле, — объяснил Бойко.

На ночь их приютил стог душистого сена. На этот раз костер загорелся почти сразу же. При свете пламени Алексей сменил пропитанную кровью повязку на плече, приложив к заскорузлой ране несколько стебельков травы, которая, по словам Бойко, заживляет раны.