Александр Зотов - Еще один Фэнтезийный мир

Ерик и Эндал, при виде разговаривающего с пустотой короля, были поражены и даже засомневались в душевном здоровье своего сюзерена, но ничего не делали. Вдруг Мелфар упал на песок без чувств. Они подбежали к своему повелителю.

Мелфар очнулся у себя в палатке уже далеко за полдень. Несмотря на уговоры и увещевания Ерика и Эндала, Мелфар, а следовательно, и все остальные, остался на следующую ночь.

Красное солнце в эту ночь светило. Ерик и Эндал были с Мелфаром. Девушка появилась по расписанию. Мелфар опять спросил, как ей помочь, и она ответила! Она сказала так:

– Я Раксендра – дочь халифа Рафат-Уль-Фунь-Дуля. Ты, наверное, не слышал это имя раньше. Мой отец жил много и много веков назад, когда халифат только-только появился. Меня похитил глава его охраны. Он повез меня через пустыню, но тут, на этом самом месте его настигла погоня. Он не захотел, чтобы я осталась жить и досталось кому-то другому, а не ему. И он убил меня! С тех пор я так и нахожусь здесь.

Мелфар с трудом понимал, что она говорит, ему просто хотелось слушать ее голос. Но все же он спросил:

– Как мне помочь тебе?

– Освободи меня.

– Но как?

– Иди ко мне и…

– Не слушай ее!!!

Этот крик раздался сзади. Мелфар обернулся и увидел призрачную фигуру. Она стояла метрах в двадцати – еще один призрак. Он был невысокий, похож на ребенка. Когда Мелфар пригляделся, он понял, что это ребенок лет девяти, точнее призрак ребенка лет девяти.

– Не слушай ее, она погубит тебя. Ей нужна только твоя жизнь и власть над твоей душой! Да, она дочь халифа и ее похитили и убили, но после этого она стала не просто призраком, а чудовищем. Она уже много сотен лет убивает путников, которые здесь останавливаются. Сопротивляйся!!!

– Ух, все время ты все портишь, не нужно было тебя убивать. Ладно, раз так, раз в твое сердце запало зерно сомнения, то я возьму то, что мне нужно силой.

Мелфар вдруг увидел ее лицо прямо перед собой, но оно менялось на глазах. Нос и глаза впали, белки исчезли и остались только огромные, черные зрачки, кожа посерела и даже кое-где отвалилась, открыв такие же призрачные, как и все остальное, белые кости.

Она вонзила руку в грудь короля, но он не почувствовал боли. Рука не оставив и следа, вошла прямо в его грудную клетку. Вдруг Мелфар почувствовал даже не боль, он почувствовал, что его как бы вытягивают из тела. Он с ужасом увидел, что рука вышла из груди и тянет за собой что-то призрачное, но, как он чувствовал, очень важное. Сзади он услышал крик:

– Не сдавайся, ты можешь ее победить!

С другой стороны он услышал ЕЕ голос, такой же переливчатый и приятный, каким он и был раньше.

– Зачем сопротивляться, тебе будет хорошо со мной. Ты все равно не победишь, а если прекратишь борьбу, твоя участь будет легкой и приятной.

– Ну уж нет! Я не собираюсь умирать!! По крайней мере не СЕГОДНЯ-Я-Я!!!

Уже изрядно вытянутое, что-то прозрачное, (я точно не знаю, что, если хочешь, Шус, спроси и своего учителя) перестало выходить. Мелфар с неимоверным усилием поднял руку и схватил руку Раксендры. Совершенно непонятно как это у него получилось, ведь призраки, полтергейсты, привидения и джины вроде как эфирные существа. Итак, обезображенное лицо исказилось страшной злостью. Мелфар сжал руку сильнее, и пальцы призрака разжались и выпустили то прозрачное, но очень важное, что она вынимала из короля. Сзади закричал призрак мальчика: «Кинжал! Проткни ее кинжалом!!!»

Кинжал был непростой. Он уже в течение нескольких поколений передавался в роду королей Алтара. Все знали, что он обладает какой-то магией, но все уже давным-давно забыли, какой именно.

Король, недолго думая, выхватил кинжал из ножен на поясе и всадил в грудь Раксендры.

Кожа призрака еще больше посерела и стала тлеть. Вдруг весь призрак загорелся каким-то сине-зеленым пламенем и исчез. Все это время у Раксендры, или точнее того, что от нее осталось после всех этих веков, было изумленное и даже обиженное лицо. Кинжал упал на землю невредимый. Он так лежал секунды три, как будто бы прощаясь с хозяином и этим миром, а затем рассыпался в пыль.

Король перевел дух и только тут заметил, что со всех сторон окружен призраками. Они смотрели на него с благодарностью. Заговорил все тот же мальчик.

– Ты освободил нас от ее власти, но мы не можем покинуть этот мир, мы даже не можем покинуть это место. Это последнее, что сделала Раксендра перед уходом. И поэтому мы просим тебя еще об одной услуге.

– Что я могу для вас сделать?

– Я вижу, что ты не купец. Ты король и достаточно силен, чтобы выполнить нашу просьбу, тем более это совпадает с твоими интересами. Построй здесь, на этом самом месте, город. Нам комфортнее среди живых. Когда мы видим чужую жизнь, мы можем хоть на секунду, хоть на мгновение почувствовать себя живыми. В свою очередь мы обязуемся защищать его от любых напастей до конца времен.

Так король и сделал. Он встретился с халифом подписал с ним договор, в котором говорилось о том, что халиф обязуется построить по всей степи, от Алтара до указанного места в пустыне, дорогу. На ней на расстоянии дня пути будут располагаться заставы, в которых будет размещен смешанный гарнизон из войск халифа, солдат Алтара и наемных кочевников. А на обозначенном месте будет построен город. Половину расходов взял на себя Мелфар. После этого король вернулся домой.

– А как все таки переводится название города?

– Город под ярким солнцами, охраняемый девятьсот девяносто девятью призраками, освобожденными королем с запада, который победил в бо…

– Стоять!!!

Глава 11

Это было сказано с довольно сильным акцентом, но даже Шус понял. Произнес это слово стражник у ворот города. Огромный, мускулистый, бородатый, в кольчуге и с копьем.

– С какими намерениями вы въезжаете в Бахтир-Таль-Асу? – продолжил он.

– Я разберусь, Фамбер. Поверь мне, все нормально, – тихо сказал Холдар и обратился к старжнику: – О благородный страж, пусть дождь прольется на твою голову и на головы родственников твоих и друзей твоих. И сто лет минует головы врагов твоих. Я Холдар, улфулдар тайной гвардии халифа, а это – мои друзья Фамбер и Шусандрикс. Едем мы по собственным делам, которые тебя, стражник, не должны интересовать.

Огромный дядя вдруг повалился к ногам лошади Холдара (при этом он все равно был по грудь лошади) и стал биться головой о землю. Фамбер засомневался в здравом ли рассудке этот стражник, а Шус решил, что стражник, может быть, еще и в здравом рассудке, но если продолжит так биться головой, то он скоро его выбьет. У Холдара было совершенно невозмутимое лицо.