Наталья Тишь - Лунные дети (СИ)

Кажется, зря он вспомнил о семье. Уже после ужина и душа, когда Кэл сел читать прихваченную с работы книгу по общей и зарубежной истории, нестерпимо захотелось обратно в Берстоль, в уютный белый домик с винтовыми лестницами и высокими красивыми колоннами, поддерживающими широкий балкон. В столице было хорошо. Возможно, многолюдно, порой слишком шумно, а по окраинам лучше не ходить без заклинания-сетки, чтобы в случае чего отбиться от нищих, но все равно Кэл любил город, в котором родился и вырос. В Берстоле были огромные площади и парковые аллеи, каких не встретишь ни в одном другом городе Рохстала, там изобретатели посреди бела дня испытывали свои странные кэбы, которые ездили без лошадей за счет схваченных мелких бесов. А еще очень тепло большую часть года. И… там ведь жила его семья, и дедушка с бабушкой с обеих сторон. Вся родня Эмоннов испокон веков жила в Берстоле, только отдельные личности, непонятно почему, уезжали в другие города, а то и перебирались заграницу, при этом разрывая любые связи с семьей. Кэл этого не понимал, он помыслить не мог, чтобы вот так когда-нибудь навсегда потерять отца с матерью и Риана. Возможно, сейчас он был в Гестоле, но Томас не оставил ему выбора.

Нет, хватит вспоминать. Потому что сейчас у него просто нет возможности съездить в столицу. Лунный маг куда важнее, особенно если он вполне реален.

На следующее утро Кэл позволил себе впервые за месяц проваляться до одиннадцати часов. К двенадцати как раз доберется до Академии. Наливая себе кофе, который привозили из Четты, он связался с Алвой.

— Доброе утро, — поздоровалась она, кося куда-то глазом.

Кэл нахмурился.

— Посетитель? Как ты себя чувствуешь?

— Бумаги, — коротко ответила Алва и зашуршала. — Тайг принес отчет, я его просматриваю и заношу в папку с делом. В тайную папку, — как бы между прочим добавила она. — Следопыты, кстати, ничего нового не сказали. Все то же — ощущения, как от лунного мага, но это может быть искажение от гарма. Все-таки не беса убили.

— Понятно, — Кэл посмотрел в опустевшую чашку. — Как думаешь, в Академии сейчас пары в самом разгаре, верно? И ты так и не ответила на второй вопрос.

— Наверняка, — откликнулась Алва, — вряд ли здесь расписание сильно от нашего отличается. — Ее отражение в шаре чуть нахмурилось. — Мне лучше. Я зашла к нашему местному целителю, и знаешь… Не болей. Он зверь. Я серьезно.

Кэл удивленно хмыкнул.

— Чересчур усердно тебя пользовал?

Алва потерла лоб.

— Не то слово. Он спрашивал обо всем, включая… кое-что очень личное, только я так и не поняла, зачем. Хотя он вроде заполнял мою карту. И едва не подписал приказ, чтобы меня отпустили домой лечить.

— Алва…

— Мне не нужно, — перебила она Кэла, предупреждающе показывая маленький кулачок. — Все в порядке. Температуру я сбила, а горло лечу. Все, отключаюсь.

Кэл только покачал головой. Алва ему была необходима как воздух. Такую помощницу еще поискать, и если бы Алва заболела настолько серьезно, что пришлось бы ее принудительно отправлять домой и приставлять целителя, у Кэла, пожалуй, возникло бы много проблем. Нет, он прекрасно знал, что где лежит, но уж слишком Алва была незаменима в некоторые моменты.

От дома до Академии было минут сорок пешим ходом, и Кэл предпочел снова взять кэб. Поудобней усевшись и назвав вознице место назначения, он принялся размышлять, что скажет декану. Роланн Каллаган. Семьдесят восемь лет, солнечный маг в пятом поколении. Раньше преподавал в берстольской Академии, потом его повысили и отправили в Гестоль. Из столицы на север, но деканом? Это произошло двадцать пять лет назад, и Кэл представил худенького старичка, похожего на Моргана. Семьдесят восемь лет — это немало даже для мага, хоть обычные люди почему-то считают их долгожителями. Отнюдь. Тайг защищал одну из обязательных работ как раз по этой теме, хотя в итоге диплом писал о защитных заклинаниях. Кэл даже не знал, что существует настолько много разновидностей щитов, а Тайг довольно ухмылялся и ни в какую не желал делиться источниками. Так и не поделился ведь, бесенок. Но Кэлу в принципе хватало собственных щитов — пара-тройка специальных, множество базовых — такие слои было сложно пробить, хотя, наверное, в серьезном бою не нашлось бы времени на раздумья, как лучше выстроить защиту.

Академия встретила его привычным шумом: первокурсники высыпали на улицу, видимо, на перемену, ловить теплые осенние дни. Кэл усмехнулся: да, на первых двух курсах хотелось еще вырваться наружу, веселиться, флиртовать, чувствовать себя ребенком, который из последних сил цепляется за свободу и делает все, чтобы впоследствии не забыть это чувство. На входе сидел охранник, и Кэл в первую секунду принял его за голема. По комплекции — идеально подходит. По лицу, опять же, видно, что особым умом охранник не блещет.

Кэл показал знак на запястье — зелено-золотая ящерица с синими глазами, и тот беспрекословно расплел заклинание на двери, впуская сыщика.

— Как я могу пройти к Роланну Каллагану? — вежливо поинтересовался Кэл.

— Прямо на третий этаж по лестнице, потом направо и до упора, последняя дверь в конце коридора, — неласково буркнул охранник, указывая на вход. — Там у студентов спросите.

— Спасибо.

Улыбаться ему не имело смысла, и Кэл вышел на тропу. От входа до Академии шагов семьдесят-семьдесят пять, прикинул он. Если отбой, как и в столице, в десять, то опаздывающие студенты наверняка прячутся за кустами. Кэл невольно улыбнулся: в Академии, конечно, не поощрялось нарушение комендантского часа, но кто-то как будто специально садил высокие пышные кусты и деревья вдоль забора, чтобы можно было легче вернуться и не попасться на глаза охраннику. Впрочем, декан и преподаватели сами были когда-то студентами, это вырастая, они превращались в зануд и ворчащих стариков да старух, требовавших от студентов беспрекословного посещения пар и подчинения. Не все, но большинство.

Был у Кэла, да и сейчас наверняка работает, сорокалетний преподаватель заклинаний-ловушек, Уиллег Коулман. Свой среди студентов, вечно улыбающийся, на парах он всегда устраивал своим подопечным ловушки — вроде бы безобидные, а попробуй, выберись! Когда все попадались, Коулман усаживался на свое место и предоставлял студентам полную свободу действий.

— Только осторожней, — напоминал он, — есть ловушки-отражатели. И если вы в такой используете какой-нибудь Танатос или что у вас там убивает с первого плевка, то меня заставят отмывать или выбрасывать то, что от вас осталось. Но можете рискнуть, мне не жалко, а веником и тряпкой я пользоваться умею.