Илона Эндрюс - Серебристая акула

– Спасибо вам за заботу о маме.

Дорим в ответ кивнул.

– Мы пришли просить о помощи, – начала Тоня.

– Присаживайтесь, пожалуйста.

Клэр проводила гостей к диванчикам и подождала, пока все устроятся. Из кармана рубашки Чарльз достал маленький планшет, на котором появилась фотография светловолосого подростка с типичным для Уллея каменным выражением лица.

– Это Эду, – пояснил Чарльз. – Ему четырнадцать лет.

Изображение сменилось, на мониторе возникла девочка.

– Лада.

Ещё одна фотография – снова подросток.

– Карим.

– Это дети из нашего дома, беженцы, как и мы, – сказала Тоня.

– Они подрались в школе, – продолжил Чарльз, – с местными ребятами. Один из которых заявил, что в драке у него украли кинжал. На следующий день оружие со сломанным лезвием нашли у него на парте. Кинжал оказался фамильной ценностью. Школьное начальство согласно не поднимать шума из-за драки, но семья паренька очень недовольна.

– Полиция изъяла кинжал, – добавила Тоня. – Для экспертизы.

– Детей допросили, – снова вступил Чарльз. – Никто не сознался в воровстве, но они ничего и не отрицали, просто отказались говорить с властями.

Знакомый приём: попал в переделку – молчи, как рыба.

– Понятно.

– Если их ДНК обнаружат на кинжале, ребятам предъявят обвинение в воровстве и порче имущества. Условия испытательного срока будут нарушены. Детей заберут из семей и депортируют, – продолжил Чарльз.

– Они на самом деле украли кинжал? – поинтересовалась Клэр.

– Да, – ответил Дорим. – Эду, мой внук, хотел проучить того мальчика, а Карим и Лада решили помочь.

– Ясно.

– Мы предложили возместить ущерб семье пострадавшего, – пояснил Чарльз, – если они не станут доводить дело до суда. Но те отказались.

– Вы не могли бы… – Тоня замолчала и посмотрела на Чарльза. Они разом опустили глаза, явно чувствуя себя не в своей тарелке.

– Нам нужна ваша помощь, – сказал он. – На кинжале не должны найти их следов.

– Вы предлагаете мне подключиться к бионету и изменить результаты экспертизы?

– Да, – выдохнула Тоня.

Клэр откинулась на спинку дивана. У базы данных правоохранительных органов наверняка многоуровневая защита третьего порядка, а то и выше. Проникнуть внутрь будет совсем непросто.

– То есть, вы просите меня взломать полицейскую базу данных? Её тщательно охраняют, придётся преодолеть несколько степеней защиты. Кроме того, на изменение информации потребуется время – фальсифицировать что-то гораздо сложнее, чем просто уничтожить.

– Мы собрали средства, – произнёс Чарльз. – Семьи охотно заплатят…

Он заметил выражение лица Клэр и умолк.

– Мы оскорбили вас, – сказал Дорим, бросив на неё проницательный взгляд. – Простите.

– Извините, – поклонился Чарльз.

Они решили, что, раз Клэр съехала из их дома, то она не поймёт. Что её кроме денег ничего не интересует. А она понимала. Беженцы сговорились спасти детей. Как обычно, сплотились пред лицом угрозы.

– Продолжайте, пожалуйста, – попросил Чарльз.

– Представьте, что нужные нам сведения охраняет свора собак – защитных программ, – сказала Клэр. – Если свора меня заметит, то набросится с громким лаем. Шум привлечет людей с ружьями – психоров. Чтобы всё получилось, мне понадобится помощь. Кто-то должен отвлечь внимание стаи на себя.

– Некоторые из нас могут подключаться к бионету, – заметил Чарльз. – Не воевать, а просто перемещаться.

– Ремонтники, – пояснила Тоня. – Те, кто искал повреждённые сектора.

Психоры настолько слабенькие, что психозондирование им не страшно. Клэр встречалась с ними в бионете.

Она вздохнула:

– Если нас поймают, то депортируют всех, кто в этом участвовал. Дети, может, и выживут, а вот у взрослых нет шансов, «Мелко» нас убьёт.

– Мы понимаем, – заверил её Чарльз. – Я буду среди тех, кто пойдёт с вами. Пусть мы можем только бегать по сети, но ради детей мы согласны пойти на риск. Сделаем всё, что в наших силах. Конечно, если вы согласитесь помочь.

Она вспомнила, как сидела у кровати умирающей матери, взяв её за руку. По прогнозам врачей маме оставалось меньше суток, и начальство из Разведслужбы разрешило Клэр попрощаться с ней. Картинка была такой яркой, как будто всё случилось вчера. Россыпь чёрных отметин на родном лице. Мамина улыбка. Её волосы, чистые и заплетённые в косу. Любимый голос:

– Я всем довольна, моя милая. Но я устала, пришло моё время. Не плачь. Я не страдала. Они сказали, что моя смерть будет лёгкой.

Подключившись к бионету, Клэр поставит на кон всё: свою работу, свою собственную жизнь и жизни других людей. Но долги надо платить. В случае успеха трое подростков получат ещё один шанс. В случае провала… Нет, у неё должно получиться.

– Когда кинжал изъяли для экспертизы?

– Вчера вечером, – ответил Чарльз.

– А точнее?

– По окончании школьных занятий, – сказала Тоня.

– Воспользуйтесь собранными средствами и снимите просторную комнату в самом большом отеле, который только найдёте, – проинструктировала Клэр. – Если кто-то спросит для чего, скажите, что планируете устроить вечеринку для новоприбывших беженцев. Если не спросят, то и не объясняйте ничего. Выберете тех, кто похож на местных, пусть они купят коммутационный портал класса пятого, не ниже, с жидкостными контактами. Нам также понадобятся модули для подключения к сети. Если поинтересуются зачем, отвечайте, что хотите вместе поиграть во что-нибудь в бионете. Ещё нужен врач и несколько охранников. Не привлекайте никого, кто не умеет держать язык за зубами. Всё должно быть готово сегодня к вечеру, надо успеть до утра понедельника, прежде чем сотрудники лаборатории придут на работу.

Клэр шла по сверкающей плитке, устилавшей коридор на шестнадцатом этаже отеля «Альдебаран». Чарльз выбрал великолепное место – три отельных небоскрёба подходили как для деловых встреч, так и для семейного отдыха. Люди сновали туда-сюда: родители с детьми спешили к бассейнам, туристы отправлялись исследовать город. На Клэр никто не обращал внимания.

Она подошла к номеру 1672, постучала по пласти-стальной двери, и Чарльз открыл. Гостиная в номере оказалась просторной и совсем без мебели. В центре комнаты на металлическом пьедестале, выполненном в форме трёх обнаженных женщин, стоял высокий коммутационный портал. Левой рукой женщины поддерживали сосуд с тёмно-серой соединительной жидкостью, а правой – ласкали самих себя.

Клэр приподняла брови.

– Его продавали со скидкой, – объяснил Чарльз.

Дорим, сидевший в углу в единственном кресле, кивнул ей. Слева от него стоял парень, очень похожий на Карима, одного из мальчиков, ввязавшихся в неприятности.