Самойлова Елена - Мир для ведьмы

— Похоже, что не все русалки погибли. — потом он прокричал что-то на эльфийском, явно обращаясь к русалкам. Жденичь подсуетился и наш костер запылал с удвоенной силой. Я переглянулась сначала с Алесей, потом с Нимродиэль, а затем мы, не сговариваясь, обнажили мечи (Нимродиэль наложила стрелу на тетиву лука) и встали поближе друг к другу…

Внезапно русалки запели. Их песня поплыла к нам, словно сотканный из звуков саван, обернула нас и сдавила в своих объятиях. Мужчина одновременно опустили оружие и двинулись к воде. К русалкам. Секунду я недоуменно смотрела на них, а потом меня осенило.

— Они же заманивают их в воду!!! — Все, я больше не собиралась церемониться. Первый же пущенный мною огненный пульсар ударил в одну из русалок, которая с каким-то жутким воем опрокинулась в воду. Счет был открыт, и пока 1:0 в нашу пользу. Рядом просвистела стрела Нимродиэль и еще одна русалка сгинула в черной воде. Но они тоже не собирались сдаваться. Их песня зазвенела еще громче и мне пришлось захлестнуть наших магической петлей, чтобы остановить их продвижение к собственной смерти. Снова свистнула стрела, но русалки уже были готовы к нападению. К ним пришла подмога. В темном небе над нами я услышала хлопанье крыльев, и на нас неведомо откуда свалились четыре огромных птицы, с размахом крыльев не меньше 5 локтей. Они как-то странно зависли над нами, потом словно прянули крыльями в воздухе, и на нас посыпался град тяжелых, словно стальных, перьев. Я едва успела отразить их заклинанием, а потом стервятники пошли на второй заход. Я взмахнула рукой, снимая маскировочное заклинание со своих крыльев и, сопровождаемая Финистом, взмыла в воздух, где тут же была атакована одним из стервятников. Выругавшись сквозь зубы, я сделала петлю в воздухе, и уже на излете ударила заклинанием. Результат не заставил себя ждать — цель с диким воем рухнула на землю, вопя и оставляя в воздухе дымный след как подбитый мессершмит. Так, одним врагом меньше. Я заложила в воздухе круг над полем боя, отметив, что стараниями Алеси и Нимродиэль русалок уже не было видно. Ребята уже никуда не рвались и смирно лежали на земле. В это момент мимо меня пронеслась ярко-рыжая молния, дико свистя на все лады, а за ним камнем летел стервятник.

— Стой, зараза!!! — Я сложила крылья и рванула за ними. Догнала, обогнала и, резко развернувшись у самой земли, залепила боевым пульсаром прямо в клюв злобной птице. Клюв улетел вместе с головой, полуобугленная тушка рухнула на землю, а я едва успела отлететь в сторону, дабы отсрочить столкновение своей головы и толстого ствола дерева. Проверку на прочность я бы явно не выдержала…

Тяжело дыша, я приземлилась, и тут же колени у меня подкосились и села на землю. Рядом со мной, тяжело хлопая крыльями, уселся Финист. Сложил крылья, взглянул на меня и начал деловито чистить перья. Оглянувшись, я поняла, что все при деле. Алеся самозабвенно ругала вампиров и эльфов за их безбашенность, которая чуть не стоила нам всем жизни, Нимродиэль возилась со Жденичем, вытаскивая что-то у него из плеча. При ближайшем рассмотрении стало понятно, что это перо одной из тех милых птичек, навестивших нас сегодня. Эльфийка недовольно хмурилась, разглядывая извлеченное из раны перо.

— В чем дело? — спросила я, походя к ней. Она взглянула сперва на мои крылья, потом на меня и тихо сказала:

— В пере находился яд.

— Яд? — переспросила я. Она кивнула.

— Да, причем неизвестный мне. Смотри, перо полое внутри. И еще. — Она осторожно положила его мне на ладонь. Перо было очень похоже на настоящее… И оно было легким!

— Оно стало легче! — удивленно воскликнула я. Нимродиэль кивнула.

— Да, и намного. — Я посмотрела сначала на нее, потом на Жденича.

— И что же с ним будет? — Она пожала плечами.

— Не знаю. Просто не знаю…

…Мы узнали… На следующую ночь… Нас разбудил дикий рык, раздавшийся подозрительно близко. Я проснулась и с ужасом увидела Жденича, терзающего тело одного из вампиров невесть откуда взявшимися клыками и когтями. Я взвизгнула, когда окровавленное лицо Жденича, больше похожее на звериную морду с красными глазами, полными злобы и жажды крови, повернулось ко мне. Он прыгнул на меня со звериной грацией, так что я едва успела откатиться в сторону и зарядить в его морду струей огня. Он завыл, катаясь по земле и пытаясь сбить пламя, когда в него вонзились сначала две стрелы, а потом и подоспел Рин со своим мечом, снесший его голову. Я, тяжело дыша, сидела на земле. Мы потеряли двоих наших… Я с тоской поглядела на истерзанные останки вампира, когда вдруг одежда на нем стала расползаться. Я застыла столбиком, как суслик, учуявший запах лисы. А тем временем на месте мертвого вампира с трудом, на разъезжающихся лапах поднялся вполне живой волк… Гийон облегченно вздохнул и осторожно подошел к волку, успокаивающе говоря ему что-то на каком-то гортанном языке. Несколько минут волк стоял насторожившись, но потом успокоился и позволил Гийону погладить себя. Мы все облегченно вздохнули. Значит, дело можно было исправить.

— Его надо доставить в одну из Долин, где есть Ведьмин круг.

— В какую? — отозвалась я.

— Ближайшая — Арлисс. Но она сейчас покинута. — серьезно проговорил вампир.

— Тогда, может, подойдет Догева? — робко спросила я. — Я думаю, что вместе с Рином мы сможем вас туда телепортировать. Правда, Рин? — Он ненадолго задумался.

— Да, думаю сможем. — ответил он. — Но отправлять вас мы будем вдвоем. Нельзя отправить волка одного. Только с тобой, Гийон. — Вампир помрачнел, но кивнул головой. Рин, не откладывая дело в долгий ящик, стал чертить кинжалом прямо на земле какой-то символ, не похожий на стандартную пентаграмму для перемещения. Гийона с волком он поставил в ее центре, мы же встали напротив дух самых длинных лучей. Насколько я поняла, от меня требовалось только направлять магию, так сказать, сфокусировать свою силу на телепортации… Рин, стоя напротив меня, запел заклинание. К этому времени я уже знала, что эльфы не произносят заклинания. Они их поют. Каждая их песня — заклинание, каждое заклинание — песня… Я сосредоточилась на заклинании, и почувствовала, как сквозь меня теплым ветром проходить сила Рина… На миг этот ветер стал обжигающе горячим и сразу же исчез. Вместе с волком и Гийоном… Я поглядела на Рина поверх опустевшей пентаграммы и прочитала в его глазах мудрость почти четырехсот лет. Сердце у меня екнуло и пропустило удар, а небо на востоке чуть-чуть порозовело… Еще один день начинался…

Н- да, правильно говорят, как день начнется, так и закончится. В нашем случае начался он со скандала. Вернее, мы с Рином в очередной раз выясняли отношения. Поначалу Витала, Алеся и Нимродиэль честно пытались нас разнять, но потом плюнули на это дело и стали заниматься своими делами: Витала чистил оружие, Алеся с Нимродиэль готовили еду в котелке, а мы продолжали самозабвенно переругиваться. А началось все с ерунды. Я предложила вести наблюдение с воздуха, в ответ на что Рин ответил, что есть менее изощренные методы самоубийства. На что я ему сказала, что нет более оригинального метода самоубийства, чем поход сюда в таком малом количестве. В ответ Рин сказал, что в моем возрасте мне вообще лучше не лезть со своими советами… Короче, мирный разговор перешел в ссору. Разозлившись, я без предупреждения перехватила свою сумку за лямку и с размаху стукнула ею Рина по груди, отчего тот как-то странно вздохнул и рухнул на колени. Вот тут-то я и перепугалась. Осторожно отцепив с помощью Нимродиэль сумку, я испугалась еще больше — в плече Рина, чуть повыше сердца, торчала та самая злополучная стрела купидона, подсунутая в мою дорожную сумку кем-то из адептов!! Мама дорогая!!! Нимродиэль, поднатужившись, вытащила маленькую золотую стрелу и недоуменно уставилась на рану, которая на глазах затянулась. Повернулась ко мне. Поглядела в глаза.