Сергей Карелин - Последнее пророчество Таурона

– Чего? – не понял Йоних.

– Того, что Маурон тебя использует, а потом бросит! Как хлам. Боги непредсказуемы!

– Богам нужны люди, чтобы править людьми! – возразил некромансер. – И мы с тобой хорошо подходим на эту роль.

– Что же выигрывает сам Маурон? – не унимался Саен. – И где его брат? Он не вмешается?

– Маурон становится повелителем Шандала. Это неограниченная магическая энергия плюс… – некромансер усмехнулся, – по-моему, ему наскучило пребывание в бесплотной форме. Он хочет малость пожить человеческой жизнью! Так, по крайней мере, мне показалось. Ты все еще сомневаешься?

– Без сомнений нельзя! – наставительно изрек Саен. – Я уже сказал, что согласен. Просто надо знать и детали. И хотя бы примерно представлять, по каким правилам идет игра.

– Ты выяснил, что хотел?

– Да. Вроде все! Тем не менее я хотел бы встретиться с этим Мауроном!

– Вряд ли получится. – На лице некромансера появилось разочарование. – Он связывался со мной через посредника. И лишь один раз я видел его самого. В личине дряхлого старика… В принципе он обещал появиться при штурме башни!

– Обещал… – усмехнулся Саен. – Читал я в ваших легендах, что боги часто использовали людей в своих целях…

– Риск, безусловно, есть, – согласился Йоних, – но как же без него! Расслабься! Подобный шанс бывает лишь один раз. Готовься к сражению. Я свяжусь с тобой через пару дней.

Некромансер внимательно посмотрел на своего союзника. Тот слабым кивком выразил согласие. Хмыкнув, Йоних исчез в портале, оставив Саена одного.

Властитель Эльфола нахмурился и, откинувшись в кресле, забарабанил пальцами по столу. Спустя десять минут он принял решение. Прошептав заклинание, сделал еле заметный жест рукой. Перед ним появилась призрачная фигура Гранда. Он вопросительно смотрел на повелителя, в его глазах горело жгучее любопытство. Однако Саен не собирался посвящать советника в свои планы. Пока.

– Позови Трома! Срочно! – приказал он, и призрачная фигура растаяла.

Когда в мою комнату вошла Стэлле, я занимался сортировкой своих карт. Последнее время я не обновлял их и теперь решил заняться этим нудным делом.

– Я не помешала? – В устах феи этот вопрос прозвучал весьма двусмысленно.

– Разве ты можешь помешать? – искренне удивился я, положив карты на стол. – Что-то случилось?

– Да, случилось! – Фея широко улыбалась. – У меня для тебя сюрприз!

– Что за сюрприз?

В ответ она повернулась и махнула кому-то рукой. Из-за ее спины появился… улыбающийся Иван! Мой сын нисколько не изменился за пятнадцать лет. Сердце бешено застучало, и я почувствовал, как на глаза наворачиваются слезы. В следующую минуту я уже сжимал его в объятиях.

Когда бурная радость встречи прошла, мы устроились за небольшим столом в моей комнате, который, благодаря Стэлле, сразу украсили аппетитные блюда. И я завалил сына кучей вопросов. Рассказ его был невероятен и крайне скуп! Уж очень все просто. Но почему-то я сразу поверил ему.

Случайно бросив взгляд на фею, я заметил, что она хмурится. Интересно! За пятнадцать лет я достаточно изучил Верховную фею и сразу понял: ей что-то не нравится в рассказе Ивана.

Но она не высказала свои сомнения вслух. Лишь когда мы, распив два кувшина вина и вдоволь наевшись, отправили Ивана отдыхать (за окном уже была глубокая ночь), Стэлле, внимательно проводив его взглядом, произнесла:

– Почему он врет?

– Что? – переспросил я. – Врет? Как это – врет? Мне не показалось!

– Еще бы, – рассмеялась фея, – в Шандале нет никого, кроме меня, кто бы мог это определить. Ты же знаешь, что феи обладают в совершенстве искусством маскировки. Магия подобного рода использована и в заклинании, наложенном на твоего сына. Я его вижу. Но никто другой, даже Великий маг, его не увидит. Кстати, никто, кроме фей, не владеет такими заклинаниями. Встает вопрос: где же был Иван? Кто наложил на него это заклинание и зачем?

– Ты в этом уверена? – Я был поражен ее словами, но понимал, что скорее всего она права. В том, что касалось магии фей, их повелительница никогда не ошибалась.

– Нам надо все выяснить! – продолжила Стэлле.

– Ты сможешь это сделать? – поинтересовался я.

– Не знаю… – покачала она головой. – По крайней мере попробую. Несмотря на ложь, я уверена, что мальчик не враг.

– Я в этом не сомневаюсь, – буркнул я, не допуская мысли о противоположном.

– Мне пора. – Стэлле поднялась. – Надо подготовиться к завтрашнему дню. Попробую прозондировать твоего сына. И надо связаться с Солаваром. Ты знаешь о Пятиугольнике?

Я кивнул. Солавар уже успел предупредить меня.

– На Пятиугольник, похоже, собирается старая компания, – заметила фея.

– И ты? – осторожно спросил я.

Мой вопрос был неслучаен: Стэлле всегда старалась подчеркивать свой нейтралитет при разборках Великих магов, и войны пятнадцатилетней давности не затронули ее королевство.

– Моим представителем будешь ты, – произнесла она. – Нет смысла мне засвечиваться на подобном собрании. Нейтралитет Страны фей неизменен. По крайней мере – пока!

С этими словами она грациозно удалилась. Я же завалился спать, и разбудило меня солнце, чьи лучи ворвались сквозь окно, на котором кто-то раздвинул шторы.

Я, щурясь, разлепил сонные глаза и крепко выругался. Естественно, нарушителем моего покоя был Гниммер, стоявший недалеко от кровати и глядевший на меня с издевательской усмешкой!

– Нечего ругаться, – рассмеялся он, – тебя ждут!

– Кто? – Со сна я туго соображал.

– Ее величество и твой сын! – Шутливо поклонился гном. – Давай одевайся!

Пробурчав под нос еще несколько ругательств, я вылез из кровати, сполоснул лицо и руки и быстро оделся. Мы отправились в хорошо знакомый зал приемов, где за длинным столом уже сидели Иван и Стэлле. Поздоровавшись с ними, я опустился рядом с феей.

– Что-то наш гость задерживается, – сказала она, повернувшись ко мне.

– Какой гость? – не понял я.

Но ответить она не успела. Воздух рядом с нами замерцал, и из появившегося окна портала вышел Солавар. Он кивнул мне и Стэлле и уставился во все глаза на Ивана, который совершенно спокойно встретил его взгляд.

– А я, признаться, не поверил, – тихо проговорил он.

– То есть предположил, что я тебя обманываю? – усмехнулась Стэлле. – Невысокого же ты мнения обо мне!

– Прошу извинить, – произнес Солавар и опустился на свободный стул. – Я знаю со слов феи твою историю, Иван. Честно говоря, в нее верится с трудом!

– Ничем не могу помочь, – пожал плечами мой сын. – Что было, то было. Могу еще раз рассказать, но это будет то же самое!