Даниил Аксенов - Шаман

После пробуждения Пенске чувствовал себя лучше не только морально, но и физически. Он даже с аппетитом пообедал: Борис, несмотря на спешку, сжалился, и они заехали в продовольственный магазин, откуда вынесли несколько полных пакетов, предназначенных для питания Станисласа. На этот раз там была готовая курица-гриль, излюбленная еда большинства мужчин-холостяков.

Нога по прежнему болела, но молодой человек уже не унывал. Раз с суставом все в порядке, значит, рано или поздно пройдет. Он убрал со стола, и уже собирался включить компьютер, чтобы кое-что почитать, как раздался звонок в дверь.

Поковыляв в коридор, Станислас посмотрел в глазок. На лестничной площадке маячили двое одетых в темно-серую форму полицейских.

- Кто там? - спросил хозяин квартиры, не отпирая. В его голове пронеслись десятки версий, объясняющих этот визит. Самая вероятная была связана со вчерашней дракой.

- Полиция, - последовал ответ, - Нам нужен Пенске Станислас Викторович.

- Это я.

- Откройте.

- Зачем? - с подозрением осведомился Станислас.

- У нас есть предписание на ваше задержание, - голос за дверями был бесстрастен, видно было, что ему приходилось произносить эту фразу уже много раз.

- По какому поводу? - тут же спросил молодой человек.

- У нас нет информации. Приказано вас доставить, а следователь все разъяснит.

Пенске не испытывал пиетета перед правоохранительными органами. Как многие люди его возраста, он им просто не доверял. Газеты были полны душераздирающих историй о повальной коррупции полиции Мактины, его знакомые, так или иначе столкнувшиеся с органами правопорядка, отзывались о них очень плохо. У него был приятель, юрист, который любил обсуждать эту проблему в кругу друзей. Сам того не подозревая, он оказал Станисласу большую услугу.

- Можно посмотреть на удостоверение? - спросил он.

- Сколько угодно, - в голосе собеседника по-прежнему отсутствовали всякие эмоции. Около глазка возник жетон. Станислас не знал точно, как должен выглядеть настоящий полицейский жетон. Он попросил показать его больше для проформы.

- А у вас есть ордер? - затем поинтересовался Пенске.

- Нам не нужен ордер, чтобы задержать вас на сорок восемь часов, - устало ответил один из полицейских, - Это - предварительное задержание, потом вас, скорее всего, отпустят.

'Если ты попал в руки органов, не верь их обещаниям', - любил приговаривать приятель-юрист после двух-трех рюмок водки, - 'Они все равно обманут. Им главное - что-то к делу подшить. Может даже, у них ничего нет на тебя. И не будет, если не дашь показания сам против себя'.

- А ордер на проникновение в жилище у вас есть? - Станислас справедливо рассудил, что даже если полиция имеет право его задержать просто так, то, возможно, у нее нет прав вламываться в квартиру, если он не откроет.

- Вы нас не впустите? - столь же устало поинтересовался полицейский.

- Нет.

- Тогда мы будем вынуждены сломать дверь.

- Ломайте, если у вас есть на это право, - отважно ответил Пенске.

На секунды воцарилась тишина. Он сумел разглядеть, как один из полицейских достает телефон и начинает набирать какой-то номер. Станислас сделал вывод, что тот решил с кем-то проконсультироваться.

Это было то, что нужно. Пенске прыжками понесся к своему телефону. Он передвигался быстрее, прыгая на одной ноге, чем хромая на двоих. Быстро схватив трубку, он набрал номер тех, на кого всегда мог положиться, - родителей. К несчастью, сработал автоответчик. Лучше бы он позвонил Борису или другому приятелю - Игорю. Те почти всегда брали трубку.

- Папа! Я звоню из дома! Меня хотят арестовать! - разочарованный Пенске-младший быстро доложил обстановку, - Они стоят у дверей. Я им не открыл. Угрожают взломать дверь.

Не отключая телефон он направился обратно в коридор.

Там был слышен интересный разговор.

- Я имею право взломать дверь, только если он обвиняется в тяжком преступлении! - говорил один из полицейских.

Затем следовало молчание, видимо, обусловленное ответом невидимого телефонного собеседника.

- В таком случае мне нужен приказ, - полицейский продолжал разговор. И после паузы, - Да. Хорошо. Есть.

Станислас с тревогой прислушивался к происходящему.

- Ты там, парень? За дверью? - поинтересовался один из визитеров, пряча в карман телефон.

- Да.

- Я получил приказ. Буду ломать дверь. Лучше открой по-хорошему, - в голосе стража порядка было что-то такое, что хозяин жилища понял: это действительно так. И еще он понял, что полицейскому ломать дверь просто лень, поэтому он пытался договориться.

- Постойте! - воскликнул Станислас, - А в какой участок вы меня отвезете?

- В двадцать четвертый.

- Они повезут меня в двадцать четвертый участок, папа! - сообщил он в трубку.

- Я открываю! Не ломайте, - крикнул Пенске.

Раздался звук отпираемого замка.

Один из полицейских осторожно распахнул дверь пошире и вошел внутрь, держа руку на раскрытой кобуре. Второй остался стоять на лестничной площадке.

- Огнестрельное оружие в доме есть? - спросил он.

Его плохо выбритое широкое лицо производило не очень приятное впечатление. Глаза смотрели без всякого выражения.

- Нет, - ответил Станислас.

- Клади телефон на место и одевайся. Так, чтобы я видел. Возьми с собой документы.

- А что, обыска не будет? - наивно спросил Пенске.

- Нет, - ухмыльнулся полицейский, - Сам знаешь, что ордера нет. И побыстрее давай, а то так повезем.

Станислас часто видел полицейские машины раньше, но оказался в одной их них впервые. Впрочем, как и в наручниках. Он находился в задней части машины, уныло рассматривая окрестности через зарешеченное окно. Его везли с выключенными 'мигалками'.

Машина, проехав мимо обшарпанного серого здания, остановилась у трехэтажного строения, которое, казалось, недавно ремонтировали. Стены белого цвета, черные рамы окон и широкие ярко-синие полосы, отделяющие этажи друг от друга - таков был дизайн. Не нужно обладать художественным вкусом, чтобы понять, что сочетание цветов ужасно. У Пенске мелькнула мысль, что начальник этого отделения полиции лично утверждал план ремонтных работ.

Машина подъехала прямо ко входу.

- Выходи, - сказал широколицый полицейский, распахивая дверь.

Станислас еле выполз из салона. Наручники и боль в ноге жутко мешали. Его без лишних слов ввели в здание, что-то отметили в журнале у дежурного, сидящего за стеклянной перегородкой, затем провели на второй этаж по скрипучей деревянной лестнице и сдали на руки другому полицейскому, который находился в большой комнате. Эта комната была примечательна тем, что с ней сообщалось множество зарешетченных камер. Фактически полицейский мог видеть совершенно все, что в них происходило. Санузлов там не наблюдалось.