Анна Гурова - Башня Полной Луны

Ознакомительный фрагмент

Ректор обменялся с младшим коллегой долгим взглядом.

— Принцесса!

— Вовсе нет, — с улыбкой сказал Альва. — Таких «принцесс» в хариме десятки.

Я стиснула зубы. Это было правдой, но совершенно незачем говорить некоторые вещи вслух. 

— Но все же — дочь великого амира! На моей памяти подобный кандидат — первый в истории Академии... И что ваш высокочтимый отец думает о намерении его дочери стать чародейкой?

— Он в восторге! — нахально заявила я. — Его это очень... э... обрадовало! Он даже выразил желание лично присутствовать на экзамене... и если бы не важные государственные дела...

Если не цепляться к словам, так оно и было. Не говорить же им, что папа сначала долго не мог вспомнить, кто я такая — что неудивительно при количестве его детей, — потом долго и обидно хохотал и на закуску заявил: «Хотел бы я посмотреть на это представление, да боюсь, помру со смеху!»

Ректор продолжал на меня поглядывать с возрастающим любопытством. Да так пристально, что даже брови зачесались.

— Мэтр, — негромко сказал Альва, — вы вовсе не обязаны принимать эту девицу только из-за ее происхождения. Незримая Академия со дня основания пользуется правом экстерриториальности. У великого амира здесь не больше власти, чем у того стражника на воротах...

Меня аж затрясло от злости. Вот наглец! Попробовал бы он повторить это при дворе! Все они такие, эти гранды, на словах — преданность, честь и благородство, а на деле как волки — чуть ослабить поводок, сразу руку откусят!

— А я-то думала, что тут, в Академии, до происхождения никому нет дела! — ответила я ему склочным тоном, каким между собой спорят младшие жены. — Что все титулы остаются за воротами, а тут все равны!

— Речь сейчас не о происхождении, милая барышня, а о таланте, — мягко возразил ректор. — Если его нет, никакое происхождение, увы, вам не поможет.

Я переводила взгляд с одного колдуна на другого. Так что, меня не приняли? Можно убираться домой?

Магистр Пласид и магистр Альва стояли, смотрели на меня и будто чего-то ждали. 

«Это же испытание! — озарило меня. — Не сдамся ли, не уйду ли сама!»

Гм... А если нет? Сердить магов — дело опасное...

Как узнать?

Бритое лицо ректора, все в мелких, обманчиво добрых морщинках. Интуитивно понимаю — нет, тут ловить нечего. Перевожу взгляд на бесстрастную физиономию Альвы, с таким знакомым застывшим выражением... Может, попробовать?

Я томно склонила голову, глубоко вздохнула, собирая силу... Словно веером, взмахнула ресницами... Расширила зрачки — совсем несложный навык — и бросила на мага такой проникновенный взгляд, словно хотела вломиться ему прямо в душу. Не надо обманываться показной покорностью харимы. Там тоже цель — власть, только способы другие.

Он не ожидал атаки, и я на миг успела проникнуть за маску... впрочем, не слишком глубоко. Но как в кипяток окунулась, и одновременно окатило волной мороза. Сама не успела понять, что это было. На миг почудилось, что у Альвы совершенно другое лицо — гораздо старше, очень недоброе, и кожа почему-то серая, а в глазах — тьма! И не интересуют его ни я, ни мое поступление...

И тут же, не успев ничего осмыслить, отшатнулась с ощущением, что меня ударили и отшвырнули прочь. По ощущению, чем-то вроде невидимой латной рукавицы.

Альва даже глазом не моргнул — так и стоял, словно ничего особенного и не случилось. Магистр Пласид встрепенулся, казалось, хотел что-то сказать, но промолчал, бросив на коллегу любопытный взгляд.

— Вы не хотите принести извинения? — процедила я, пытаясь прийти в себя после невидимой оплеухи.

— За что? — нагло спросил Альва.

— Ах так?! Все, я желаю уйти отсюда! Счастливо оставаться! 

— Барышня, ну куда же вы так торопитесь! — засуетился ректор. — А у меня к вам есть одна небольшая просьба. Видите этот колодец? Загляните-ка в него.

— И что там? — с отвращением спросила я.

— А это вы нам расскажете сами.

Я пожала плечами, подошла к колодцу и положила руки на парапет. Перегнулась через край. Скорее ощутила, чем услышала, как за спиной бесшумно прошел Альва. На миг представилось, как он меня сейчас скинет внутрь. Так и не поняла, была ли это мысль, вызванная моей неприязнью к нему, или я случайно поймала его желание?

Мэтр Пласид встал слева от меня и закрыл глаза. Альва расположился по ту сторону колодца и уставился мне на лоб.

— Смотрите вниз, — велел он менторским тоном. — Запоминайте все, что увидите.

«Ах вот оно что!» — сообразила я, воспрянув духом.

Так меня не выгнали! Испытания продолжаются!

Смотреть на воду — это мы любим и умеем. Знакомое дело. В хариме часто так гадают. Только смотрят не в колодец, а в серебряную миску при полной луне. Можно увидеть суженого. Или демона. Или, что самое вероятное, — демона в образе суженого.

— Суженый-ряженый, — позвала я мурлыкающим голоском. — Приди ко мне ужинать!

И глупо захихикала, чтобы подразнить Альву. Но тот продолжал молча сверлить мне взглядом межбровье. Ну и бес с ним — я сосредоточилась и заглянула в глубину. Темнота дохнула в лицо промозглым холодом.

Далеко-далеко на черной воде играли красные блики.

Взгляд Альвы становился все тяжелее — словно груз к шее привязали. Вот-вот перевесит, утянет вниз...

Мне уже и камни казались красными, жгли руки морозом. С трудом оторвала взгляд от воды, покосилась на Альву — и у него глаза пылают колючим алым льдом...

Я зажмурилась. 

— Вы не можете отвернуться?

Мэтр Пласид тут же вскинулся:

— Что такое? Помехи?

Я задумалась, пытаясь перевести свои ощущения в слова. Получалось не очень. Гадание — это такое дело, личное... Мало ли что я там увижу? И почему я должна показывать свои видения Альве — особенно после того, как получила от него в глаз невидимой перчаткой?

Но как отказаться? Ясно же, что Альва смотрит по его приказу!

— Ничего я там не вижу, — сообщила я мрачно, выпрямляясь. — Вода.

— Просто вода?

— Да. Самая обычная. Только красная.

— Вот как... Еще посмотреть не хотите?

— Нет. Мне неприятно.

«Потому что мешает Альва, — мысленно добавила я. — Причем мне кажется, что нарочно!»

По крайней мере, вслух я этого не сказала, так что это не повод обвинить меня в дурных манерах.

Я ожидала, что меня в очередной раз обольют презрением, но ректор почему-то не выглядел таким уж огорченным. Скорее, заинтригованным.

— Ну что, коллега, подведем итоги? — произнес он, глядя на Альву. — Тест на распознавание иллюзий провален. Дар ясновидения... не проявлен. Что у нас остается?

— Научная работа, — предложил Альва с явной издевкой.

Конец ознакомительного фрагмента