Игорь Дравин - Чужак 1

Ознакомительный фрагмент

- Ты не думай, что я маленькая, - насладившись зрелищем моего лица, продолжила она. - Все приходится понимать, что бы клиенты к конкурентам не ушли.

Матвей хоть и ругает смертников, но терять деньги не намерен. Да и не только смертники приезжают в Белгор.

- Вот что, пиранья местного капитализма, - начал я, - сообрази на стол, есть хочу зверски, кстати, почему он свободен?

- Один стол, правда, самый маленький, всегда свободен для хозяев корчмы и приглашенных ими посетителей.

- А я к какой категории отношусь? - спросил я.

- Конечно, к хозяевам, - возмутилась Дуняша. - А насчет еды, это я быстро, после таких подвигов есть надо много, силы-то, небось, совсем на исходе, - заявила эта язва, показав мне язык и, ловко разминувшись своей кормой с моей ладонью, убежала на кухню.

Интересно, в городе есть хоть один человек, который не знает про меня и Арну с девчонками. С правом на личную жизнь, здесь, похоже, большая напряженка.

- Привет, племенной бычок, - напротив меня на лавку плюхнулся Матвей.

И этот туда же. Господи, когда это закончится? Тут что, каждый желает меня поздравить или одобрительно похлопать по плечу? Надоело.

- Матвей, какого хрена? Хоть ты меня не доставай. - буркнул я.

- Как же, не доставай. Сегодня и завтра, и все ближайшее время, жители Белгора только об этом будут и говорить. Такого здесь давно не было. Крепись, пока не произойдет что-то другое, столь же примечательное, ходить тебе в героях.

- Не понимаю, что кроме меня никто ни разу не смог покрыть пятерых шлюх? - взорвался я. - Так возбудителя выпить и вперед. Ни за что не поверю в отсутствие такого у местных умельцев, травников или алхимиков.

Матвей от моей тирады расхохотался так, что перекрыл шум в зале.

- Шшллюх?- от смеха у него появились проблемы с произношением.

- А что? - с подозрением спросил я.

Но Матвей, ни как не мог прийти в себя. Утробный смех прерывался кашлем, а кашель смехом.

- Ну и Темный с тобой, успокоишься, сам объяснишь, - махнул я на него рукой и уставился в зал.

Тем временем гулянка в зале набирала обороты. Все правильно, обмытие своего приезда, интернациональный праздник мужской половины всех рас и происходит он везде одинаково. Вот за соседним столиком уже уткнулись мордами в салат, пардон, в блюда с мясом. Другие стараются побыстрее достичь столь восхитительного состояния. Но не все.

Парочка верзил, подхватив на плечи притворно визжащих служанок, торопливо поднималась, слегка пошатываясь, по лестнице. Ну вот, а Матвей жалуется на отсутствие охальников.

А вот эта компания наверняка местные. Одеты в потертую кожу, обвешаны с ног до головы оружием, пальцы в стальных кольцах. Пьют, но голову не теряют и не скажешь, что много приняли. Привыкли не расслабляться. Но, глядя на меня поднимать кружки - это лишнее. И вас туда же. Молча. Я стеснительный. Отводим глаза, еще не сдержусь и пошлю. Оно мне надо?

А вот эта компания, зачем на меня уставилась? Шестеро надменно-презрительно-благородного вида. Родословная наверняка длиннее, чем хвост у мартышки. Судя по внешнему виду - золотая молодежь. Золота на пальцах и шее хватит на пару-тройку приличных кастетов каждому. Вот еще один к ним добавился, наклонился к уху одного урода и что-то начал увлеченно говорить. Урод встал, одарил меня взглядом Ленина на буржуазию и пошел к выходу. Остальная компашка кинулась за ним. Похоже, что этот хорек тут за главного.

Кстати, я не один испытываю такие нежные чувства к этому мажору. За ближайшим к выходу столиком, находится одетый в плащ примечательный, потому что однорукий, организм. Он дернувшийся было к выходу, но остался на месте и проводил богатую компашку лишь ласковым взором. Если бы я от кого-нибудь перехватил подобный взгляд, то ради собственного душевного спокойствия, уронил бы ему на голову что-то очень тяжелое. Тем более, что у однорукого под плащом нечто топорщится. Узелок на память.

- Влад, извини, общаюсь с тобой и все время забываю, что ты здесь всего третий день, - наконец успокоившись, сказал Матвей.

- А причем здесь это? - раздраженно спросил я.

- Ты ничего необычного не заметил, плотно общаясь с девушками? - хмыкнул он.

- Две руки и две ноги, голова и все остальное на месте, а что?

- Подумай немного.

- Да обычные девчонки, задорные, смешливые, таких полно, хотя нет, вру. Таких мало, уж очень они красивые.

- Вот, понял, наконец, - довольно сказал Матвей.

- И что я понял? - спросил я

- А то. Как часто тебе попадаются такие красивые девушки, в таком количестве и готовые разделить с первым встречным постель?

- Редко, если точнее, то в первый раз.

- Так вот, Влад, они такие же шлюхи, как ты Создатель. Девки на улицах Белгора клиентов не ищут, а сидят внутри заведения, чтобы не мозолить глаза священникам, которых здесь много. Охотницы они, вернее, команда охотниц и никогда шлюхами не были. Они единственные женщины-охотницы, гордость гильдии и Белгора.

Я медленно выпадал в осадок. Охотницы! И я остался жив?

- Город у нас маленький. Население охотники и купцы, оружейники, маги, алхимики, ремесленники, банкиры да шлюхи, которые посмелее, все друг друга знают. Вздох бывает не чаще двух раз в год. Тогда в основном и появляются новые лица, от сборщиков подати до актеров. Небольшими караванами здесь передвигаются только местные, знающие все опасности и умеющие их чувствовать. Тоже знакомые все лица. Скука тут главный враг после погани, вот развлекаются и шутят, кто как может. Главное, что бы шутки эти были более или менее безобидны.

Так вот, Арна с подругами и придумали себе развлечение, как появляются в городе новички, они прикидываются девками и приглашают поразвлечься с любой из них бесплатно. Мужчина клюет на приманку, заходит в комнату, раздевается, ложится и нетерпеливо ждет, когда его избранница придет к нему, приняв ванну. Тут появляется одна из них, только не голенькая и не в тонком халате, а в боевой сбруе охотницы и начинает ласково и нежно его домогаться, поигрывая всевозможными острыми игрушками. А за ней в коридоре с криками: "где он, мы тоже хотим его крови", показываются остальные, также снаряженные охотницы. Представь себе это и реакцию несчастного.

Ошеломленный, я честно постарался представить себе эту картину. Буйное воображение, обрадовавшись, начало подсовывать одну картинку за другой. Мама. Меня проняло. Сильно проняло.

- Какие мерзкие, тупые, садистские, жестокие и подлые шутки. Те, кто в них участвуют и те, кто знают и не предупреждают, заслуживают полного расчленения в течение очень долгого времени.

Матвей снова рассмеялся. Наверно ему очень понравился цвет моего лица.