Валерий Иващенко - Честь, шпага и немного волшебства

Кухня оказалась тоже вполне сносной. Разумеется, ни о каком сравнении со стряпней Стеллы, а тем более изысками эльфийских поваров, упаси боги, речи идти не могло, но Аллене за свою бытность приходилось едать куда худшее. А посему, сделав на миг страшное лицо в сторону не без интереса поглядывающих в их сторону важных купцов за столом неподалеку, эльфийка отдала должное еде, которая была весьма на уровне. Зажаренная в сметане куропатка вообще привела ее в неописуемое изумление - рецепт был просто-таки варварским, но тем не менее оказалось на удивление вкусно. И эльфийка, следуя примеру Стеллы, уписывала за обе щеки, и, наплевав на все правила этикета и приличия, с удовольствием облизывала стекающий по пальчикам ароматный жир.

Вывалившись наружу, под хмурое зимнее небо, что теперь казалось таким милым и хорошим, чуть ли не мурлыкающая от удовлетворения Аллена поинтересовалась у сыто и довольно отдувающейся Стеллы:

– А мастер не накажет за такое транжирство? - ведь маленькая хоббитянка отвалила за обед целых две серебрушки.

Та посмотрела удивленно, а потом, поняв, радостно захохотала.

– Хозяин скорей накажет, если будем скупиться и создавать о нем мнение как о скряге. Так что привыкай, остроухая - я уж сколько лет всем богам молюсь в благодарность, что именно к такому в услужение попала… Ну, ладно - пошли.

Рынок едва не оглушил Аллену своим неимоверным шумом. Втихомолку подивившись, как это можно что-то толковое приобрести в таком гаме и сутолоке, лучница следовала за хоббитянкой, не забывая зорко поглядывать по сторонам. А Стелла уже приценялась то к поросятам, то к связкам лука и перца, а теперь уже тыкала пальчиком в бок рыбине, что так нахваливала до звона в ушах голосистая торговка. Неприметно поморщившись, эльфийка все же рассудила, что и такие знания могут пригодиться, а посему немедля присоединилась к обсуждению тех или иных достоинств или недостатков, напропалую применяя свое знаменитое и, надо признать - вполне обоснованное обаяние.

Если к вашему товару приценяется, скажем, тощий мужик с небритой харей или сварливая деревенская бабенка, то это одно. А вот если насчет покупки интересуется такая красавица, что дух захватывает, а от одних только звуков чарующего голоса по спине от удовольствия бегут мурашки, то это, братцы, я вам скажу - не торговля, а одна радость!

Аллена и сама не заметила, как вошла во вкус этой новой игры. Зато хоббитянка обнаружила такое дело и, в общем-то, уступила инициативу своей коллеге. Лишь направляла общий ход покупок и замечала, что надо бы приобрести вот то-то и то-то. А эльфийка, едко похихикивая про себя, работала не просто на совесть - с удовольствием. Торговцы становились вежливыми и предупредительными, советовали и помогали. И даже совсем не обижались, если их товар почему-то не подходил. Для всех и каждого находился ласковый взгляд будоражащих душу серо-зеленых глаз или сказанное нежнейшим голоском слово, или даже веселая, чуть солоноватая шутка.

А мальчишки-посыльные сновали от них в гостиницу и обратно, таская кули и свертки, бочонки и ящики на саночках. Стелла смотрела на товарку со все возрастающим уважением и удовольствием, так что, когда в основном покупки были совершены, эльфийка утянула ту в угол рыночной площади под прикрытие прилавка, где развеселый статный бородач торговал горячим взваром из вина, меда и семи, как он утверждал, полезных травок.

– Что ты на меня так посматриваешь? Я сделала что-то не так? - профессиональная разведчица вцепилась в маленькую хоббитянку чуть ли не клещами - с явным намерением учинить подобный недавнему допрос.

– Ой, что ты! - воскликнула та, с восторгом и удивлением разглядывая разрумянившуюся то ли от мороза, то ли от веселого времяпровождения девицу. - Совсем наоборот! У тебя так здорово выходит.

В задумчивости Аллена изящно заломила бровку на свой неповторимый манер.

– А почему тогда так смотришь?

– Я думала, вы, эльфы, злые. А оказывается - совсем даже наоборот.

Немало озадаченная эльфийка отпустила воротник Стеллиной шубы. Некоторое время испытующе смотрела в лицо малышки, для которой промолчать или тем более соврать - непомерное испытание, а затем, отведя глаза, глухо прошептала.

– Я просто была сама собой…

К удивлению Аллены, та все-таки расслышала. Поднявшись на цыпочки и вытянув руку, хоббитянка смахнула с атласной эльфийской щеки слезинку.

– Ну что ты? Не плакай…

Лучница, от руки которой полегла не одна сотня врагов, вдруг обнаружила, что у нее самым постыдным образом щиплет глаза. Неужели возможна такая жизнь? Без каждодневной и ежечасной борьбы, без постоянных напоминаний и утверждений о долге, чести и превосходстве эльфийской расы. Просто милая и спокойная, с массой удовольствий - жизнь?

– Ой, а деньги тово… кончились, - хоббитушка всплеснула руками, обнаружив вдруг, что кошелек показал дно, а они еще даже не начали толком ходить по лавкам, торгующим одеждой, тканями да мехами.

– Придется в банк топать, а это ж через полгорода, - вздохнула она.

Аллена не без тайного вздоха отодвинула от себя ладно скроенный полушубок, что так пришелся им обеим по вкусу. А ведь следовало подумать и о своих подругах, да обзавестись десятками прочих вещей, раз уж ты командир…

Однако купец даже и слушать не пожелал, чтобы "такие красавицы себе в чем-то отказывали". Он сразу же послал с виду шустрого и проворного мальчишку в банк с самым грозным напутствием вослед. И не успели обе покупательницы заскучать, как у дверей лавки лихо остановились крытые сани с запряженной в них парой тяжело дышащих от бешеной скачки лошадей, а из дверцы тотчас же выкатился такой же кругленький, как и Стелла в своей шубе, клерк из банка. Кланяясь и извиняясь за задержку, чуть не падая на колени и только каким-то чудом удерживаясь на ногах, он заявил, что ни в коей мере не желает, дабы об этом инциденте дошло до слуха господина волшебника и мимоходом поинтересовался - какую сумму угодно будет получить "госпоже Стелле и ее воистину прекраснейшей спутнице". Очевидно, Стеллу здесь хорошо знали, равно как и тяжелую руку ее хозяина - одного из богатейших покупателей.

Похохатывая от того, что ее назвали госпожой, хоббитянка продемонстрировала почти совсем пустой кошелек, заметив, что тут было примерно поровну золота и серебра. Нимало не смутившись, клерк высыпал на прилавок две горки монет, отсчитал и пересыпал в доверенный ему мешочек. На взгляд Аллены, теперь там стало даже чуть больше, чем было вначале. Но на робкое заявление Стеллы о расписке или векселе живой и неугомонный толстячок только в ужасе замахал руками.