Скворцов Николаевич - Не валяй дурака, Америка!

И все земли от него на север теперь попадают под наше влияние. Японцам дорогу он перекрыл. Кроме того, он доказал, что Сахалин — остров, а значит Лаперуз и прочие мореплаватели были неправы. Опять русским морякам слава и почёт, и унижение достоинства всех остальных. А ещё нашёл дорогу от моря в Амур, взял устье, пока только его, под свой контроль и поставил острог, Екатирининск-на-Амуре.

В Охотске заложил новую верфь для строительства кораблей, в этом году собирается обойти ещё раз все земли, а потом вернётся сюда для доклада и получения новых инструкций. Просит помощи и поддержки: солдатами, оружием, провиантом, парусиной, тросами, железом и прочей амуницией.

— Да, ну и молодца мы с тобой, Иван Григорьевич, отправили в дальние края! Как бы он нас до войны не довёл. А нам тут с Европой дел хватает.

— Да не думаю я, что до этого дело дойдёт. Молодец-то наш всё понимает и в зряшные дела не лезет. А помощь просит потому, что слишком далеко находится, ему просто не хватает кораблей. Да и солдатиков маловато, холопов надо, чтобы те земли пахать. Оружие, порох, пушки просит, значит, готовится к защите своих границ. Корабли начал строить, а вот где для них морячков взять?

— Так что, ты его действия одобряешь, Иван Григорьевич?

— Да мы тут с адмиралами пообсуждали новости промеж собой, и все согласились, правильно он поступает. Эти земли открыли русские, значит, они и должны быть нашими. А воевать там пока не с кем. Разве что китайцы полезут, как сто лет назад, вот против них и нужны будут пушки и солдаты. А больше никто ввязываться не будет, всем тут в Европе своих дел хватает.

А вот когда разберутся и начнут в ту сторону смотреть, тогда уже поздно будет, остроги стоят, корабли в море, так что так просто их не возьмёшь. А начинать большую войну на другом конце земли никто не будет. Получается, что место и время для всего содеянного выбрано правильно. Но помочь надо, матушка Екатерина Алексеевна.

— Да где же сил на это взять?

— Если ты разрешишь, по складам поскребём, может что и найдется. Отдадим им старые пушки и оружие, которые в запасе лежат. Против европейских армий они уже устарели, а вот против китайцев и дикарей ещё повоюют. Мы так с адмиралами думаем. Пару не самых лучших кораблей мы найдём, сейчас должны новые сойти с верфей, вот старичков и отправим туда. Моряков возьмём всех проштрафившихся, как и офицеров. Всем желающим отправиться на пять лет в те края, пообещаем полное прощение вины, двойной оклад и внеочередное звание. Добровольцы найдутся.

— Ну что же, если так, то действуй, Иван Григорьевич. Готовь два корабля и матросиков. Если мы земли под свою руку взяли, отдавать их нам невмочь будет. Один позор и умаление нашего достоинства.

Лондон, май 1789 г., премьер-министр Уильям Питт-младший

— Сэр, сведения от наших послов.

— Что там, Генри? — спросил премьер своего секретаря, не отрываясь от читаемой бумаги.

— По донесениям от испанского посла, назревает конфликт между Россией и Испанией.

— Да, и что же они не поделили?

— Земли в Америке, сэр. Я докладывал, что русские отправляют кругосветную экспедицию. Так вот, они дошли до западного побережья Америки и объявили своей территорию, на которой расположена испанская миссия Долорес, построили форт и организовали поселение. А испанцам предложили покинуть эти земли.

— И почему они так поступили?

— Как говорят русские, задолго до прихода сюда испанцев здесь была русская колония, но потом они ушли на север.

— Да, интересно, никто ничего доказать не может, и прав будет тот, у кого больше пушек.

— У русских их больше, сэр. И если придут опять их корабли из этой экспедиции, то им не сможет противостоять никто.

— И что испанцы?

— Они пишут письма и грозят русским всяческими карами. Как стало известно нашему послу, они попросят помощи у французов и у нас.

— Французы им ничем не помогут, у них нет никаких сил, их интересует только Европа. А нам сейчас не до Америки. В связи с тем, что мы хотим организовать новую коалицию против Франции, нам в ней нужны русские. Так что ненароком поставьте их в известность, что если обратятся к нам, то мы Испанию не поддержим и сохраним нейтралитет. А если их поддержит Франция, то мы встанем на сторону русских. Воевать ни с кем мы не будем, но свою позицию обозначим.

— Я всё понял, сэр.

Петропавловск, май 1789 г., капитан Муловский

— Итак, господа, завтра мы выходим в море и расходимся для решения своих задач. Мы их обсуждали неоднократно, но я позволю себе повторить ещё раз. «Смелый» идёт в Охотск, там берёт провиант и оружие, я надеюсь, что караван из Иркутска уже пришёл, а затем идёт вдоль Сахалина в Екатерининск и на остров Императрицы. Затем в течение всего лета курсирует вдоль берегов, перевозя грузы и людей. Зимует «Смелый» в Петропавловске.

«Сокол» отправляется на Кускокуим, высаживает группу Никитского и исследует северные берега Аляски. На зимовку и ремонт уходит на Кадьяк. «Соловки» и «Турухтан», один движется по побережью от Кадьяка на юг, другой продолжает с того места, где закончили в прошлом году, и идёт на север. Вместе они должны завершить обследование берегов. После окончания разведки уходят в Павлодар. В этом году стоит ожидать неприятностей от испанцев. Они должны уже получить новые инструкции из Мадрида и принять окончательное решение.

Я же иду сначала в Охотск, Екатерининск, на остров Императрицы, потом через Сандвичевы острова в Чернышев, Павлодар, и затем ухожу в Санкт-Петербург. Пора представить отчёт об итогах экспедиции императрице и Адмиралтейству и принимать решение о дальнейшей нашей судьбе. В моё отсутствие старшим остается Киреевский Алексей Михайлович. Вопросы?

Вопросов не было, все их мы обсудили за долгую зиму, пока ремонтировали корабли и определяли предстоящие задачи. Но перед отправкой в дорогу я ещё раз побеседовал с Никитским, отправляющимся на Кускокуим.

— Петр Сергеевич, хочу ещё раз вам напомнить две основные задачи — поиски месторождения золота, пригодного для промышленной разработки, и поиски меди. Если про второе можете говорить всё, что угодно, и кому угодно, обсуждать планы и перспективы месторождения, то постарайтесь сохранить в тайне находку золота. Я просто боюсь, что поднимется золотая лихорадка и наши усилия окажутся напрасными. Толпа золотоискателей всё растащит, и наше государство останется у разбитого корыта.

— Я понял и помню, Григорий Иванович. Можно искать всё, что угодно, но про золото буду молчать и не дам говорить на эту тему никому.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});