Трон тысячной лжи - Рейчел Хиггинсон

Кровь дракона, как я хотела пойти с ним наедине. Как мне хотелось затеряться в глубине этого великолепного сада и задать ему тысячу вопросов о его жизни за последние несколько месяцев. А потом подарить ему тысячу поцелуев, чтобы компенсировать всё это время разлуки.

Но я также хотела когда-нибудь стать королевой. И соблазнять наследного принца Сораваля, пока мой дядя устраивал обед в королевских садах, казалось не совсем мудрой идеей.

— Тейлон, — прошептала я, вытаращив глаза.

Тёмная тайна в его взгляде заставила моё сердце перевернуться.

Его понимающая улыбка была слишком красива. Это посрамило сады.

— Конечно, ты права. Но, конечно, принцесса тоже хотела бы сопровождать нас и исследовать окрестности, — он повернулся к моей сестре и протянул ей руку. — Что думаете вы, принцесса Катринка? Мы были бы рады, если бы вы присоединились к этой мятежной выходке вместе с нами.

Её фарфоровые щеки вспыхнули прелестным румянцем.

— Ох, я не…

— А как насчет меня? — вмешался мрачный голос из единственного тёмного угла палатки. Каспиан вышел на свет, и я не могла не задаться вопросом, как долго он там пробыл. — Я тоже приглашен?

Тейлон встретил жестокую улыбку Каспиана коротким кивком головы.

— Только принцу из Ворестры удалось бы удивить многих из нас.

Каспиан улыбнулся.

— Ты намекаешь, что я вредный, Тейлон, принц Сораваля?

— Хитрый, — поправил Тейлон. — Вредность — удел детей. Твой начальник шпионажа вряд ли поставил бы себе в заслугу то, что он выдал детей при королевском дворе.

Во взгляде Каспиана плясала драка, которую я не хотела видеть разыгрывающейся в моей красивой садовой палатке. Я встала на ноги и потянулась к руке Катринки.

— Я не знала, что вы знакомы.

— В какой-то момент мы были соперниками за одну и ту же невесту, — объяснил Каспиан, его голос был таким ровным, каким я его когда-либо слышала. — Конечно, мы знаем друг друга.

От его слов у меня перехватило дыхание. Он имел в виду меня? Я не думала, что мой отец всерьёз относился к Каспиану.

Тейлон прочистил горло.

— Невесту, которую ни один из нас, в конце концов, не выиграл.

— Ты так уверен? — Каспиан усмехнулся.

Взгляд Катринки снова стал суровым, и её румянец исчез почти так же быстро, как и появился.

— Я думаю, что я останусь, — произнесла она нараспев. — Я не привыкла к такому климату. Солнечный свет уже отнял у меня много энергии.

Я могла сказать, что она лжет. И не только потому, что она всё ещё была расположена таким образом, чтобы находиться в основном на солнце. Это была сестринская интуиция, нечто, вызванное к жизни нашей близостью.

— Пожалуйста, пойдем, — умоляла я её. Затем на холме, идущем к нам, я увидела свою самую большую надежду. — Ты можешь познакомиться с моим другом Оливером. Он тоже присоединится к нам. И с ним так весело.

Катринка со скучающим видом оглянулась через плечо, а затем быстро перевела взгляд на Оливера, с его лохматой стрижкой взрослого монаха и костюмом в стиле джентри, привлек её внимание.

— Он твой друг?

Мой единственный и неповторимый. Но ей я сказала:

— Да, мы выросли вместе. Он помог мне пройти большое расстояние от Хеприна до этого места.

— Действительно? — спросила она, недооценивая его, как и все остальные. — Он помог тебе выжить на всём пути от Хеприна?

Он споткнулся о ямку в земле и замахал руками, чтобы восстановить равновесие, не подозревая, что мы четверо наблюдаем за ним.

— Да, он замечательный.

— Тогда давайте пойдем уже, — скомандовал Тейлон. — Прежде чем придут старейшины и потребуют нашей компании.

— Ты уверен, что у нас не будет неприятностей? — спросила Катринка, звуча более открыто к этой идее, теперь, когда Оливер был включен в состав, но всё ещё не совсем уверенная.

— Я уверена, — солгала я. — Клеста расскажет всем, куда мы ушли. И мы вернемся до десерта.

Клеста выглядела так, словно с ней вот-вот случится апоплексический удар. Я ободряюще улыбнулась ей. Она повернула веер на себя и одернула свой тугой лиф.

— Все будет хорошо, — заверила я её и всех остальных. — Просто скажи моему дяде, что мы с Катринкой отправились исследовать сады. Но ему не стоит беспокоиться, потому что у нас, — я оглядела довольно большую компанию, — так много способных сопровождающих.

Оливер довольно драматично прихлопнул муху, жужжавшую у него над головой, и снова чуть не споткнулся о свои спутанные ноги.

Клеста прищурилась, глядя на него.

— Да, очень способные.

Я лучезарно улыбнулась ей.

— Мы вернемся прежде, чем ты успеешь по нам соскучиться.

На ее мрачный неодобрительный взгляд я махнула остальным, чтобы они следовали за мной. Мы находились в чём-то вроде внутреннего двора. Большие участки садов были соединены каменными дорожками и окаймлены высокими живыми изгородями из различных растений, демонстрирующих то царство, которое они должны были представлять.

Но я знала, что ухоженные садовые дорожки и листва, в конце концов, уступят место более дикой части дворцовой территории. Когда я впервые получила свободу быть сама по себе, я проводила там большую часть своего времени. Это раздражало дядю, как ничто другое, но я предпочитала дикое уединение садов культурной вежливости дворца.

В конце концов, Тирну надоели мои мятежные побеги в поисках тишины и покоя, и он пригрозил вырубить все деревья, если я продолжу бродить в одиночку. Я подчинилась его воле, чтобы спасти землю. Я не сомневалась, что он выполнит свои суровые обещания. Но я также знала, что он не требовал от меня слишком многого.

В конце концов, я была наследницей трона. Наследницей державы. Я могла бы научиться вести себя прилично. Даже если я думала, что это может убить меня.

Кроме того, я рассудила, что однажды стану королевой. И тогда я могла бы делать всё, что пожелаю.

Увидим, как он попытается остановить меня тогда.

Оливер был рядом со мной, как только мы тронулись в путь. Я даже не была уверена, полностью ли он слышал план, но Оливер был таким. Преданный во всех отношениях.

Дрожь сомнения пробежала по мне при мысли о том, что я могу потерять его из-за Хеприна. Но я стряхнула это с себя. День был слишком прекрасен, чтобы позволить мрачным мыслям заслонить солнечный свет.

Позади нас стояли моя сестра, Тейлон, Каспиан и несколько охранников. Не все мои.

Как только мы отошли от праздничных палаток, я полуобернулась и сказала:

— Оливер, позволь представить тебе мою сестру, Катринку.

Он отвесил неловкий, подвижный поклон, неуклюже повернувшись в сторону, чтобы поприветствовать её.

— Рад познакомиться с вами, принцесса Катринка.

Выражение её лица оставалось непроницаемым,