Отбор невест для прекрасного принца (СИ) - Ершова Светлана

На кровать меня уронили, причем в прямом смысле этого слова! Прямо плюхнули и, накрыв сверху сильным телом, заткнули поцелуем рвущиеся по этому поводу нехорошие слова в адрес затыкателя! Правда, против этого произвола я уже не возражала! Выгнувшись, с наслаждением зарылась пальцами в черные пряди волос. Заскользившие по телу когти, как и звук распарываемой одежды, заставили удивленно отстраниться.

— Что?! Ты же не думала, что я сохраню этой убогой тряпке жизнь?! Я еще от коричневого не отошел, а ты меня желтым решила порадовать! — не смотря на веселый тон, его брови недовольно сошлись на переносице.

— Так мой гардероб — это твоих рук дело? — уставилась я на него шокировано.

— Черт! Давай об этом потом? Сейчас меня больше волнует то, что ты от меня под этими шмотками скрываешь! — мурлыкнули в мою шею, а я улыбнулась, поняв, что он обо мне заботился. Даже когда еще не любил, и возможно сам этого не понимал — заботился! И только сейчас до меня дошло, как влипла! Приручить сильного и гордого тигра, ох, как не просто, и он всегда будет все решать за меня, а куда деваться, если другой не нужен? Мы этого самовлюбленного хищника лаской возьмем! Ну-у и не только…

Пока парила в мечтах, не заметила, как предмет размышлений обнажил мое тельце до нижнего белья, да и сам уже пребывал с голым торсом. М-м-м, с аппетитным таким торсом! Мои пальчики сами взметнулись вверх, прокладывая по нему поглаживающие дорожки, и уже губы устремились им помогать, но были перехвачены сминающим поцелуем, язык с властным напором проник в рот, мгновенно подавляя мои жалкие потуги быть самостоятельной и оставляя возможность лишь отвечать.

Сильные руки, гуляя по моему телу, стянули последние лоскутки прикрывающей его ткани, и ставшие чувствительными соски попали в жаркий плен рта, что с наслаждением их посасывал, облизывал, прикусывал, вызывая во мне бурю эмоций. Волна желания прошла по телу, наполняя его эйфорией и собралась внизу живота, пульсирующего предвкушением, а губы уже спускались ниже, скользя по подрагивающему животику, сменяясь на зубы и зализывающий место укуса язык, срывая с моих уст всхлипы и стоны.

Когда возлюбленный дошел до лобка и, сев на колени, горящим взглядом посмотрел на то место, где разведенные сейчас ноги соединяются, я напряженно замерла: он же не собирается… Рисковать не стала и быстрым движением стиснула колени. Его взгляд метнулся к моему лицу, и в нем отчетливо блеснула сталь.

— Раздвинь! — приказ. Жесткий, не обсуждающийся. И, черт! Похоже, игра в повелителя моего тела нравится не только ему! Место, которое потребовали для истязаний, опалило огнем, и я со стоном выполнила требование мужчины, открывая доступ к влажным складочкам. С довольной ухмылкой он медленно, не разрывая контакта наших глаз, склонился к ним и прикоснулся самым кончиком языка к напряженному комочку нервов, послав разряд тока по моему телу, оно выгнулось навстречу изысканной ласке, раздвигая ножки шире в беззвучной просьбе продолжить.

Мой понятливый тигр ждать себя не заставил, нежно обхватив губами только что приласканную горошину, втянул в рот, ласково перекатывая языком. Я со всхлипом зарылась пальцами в его волосы, ловя разлившееся по каждой клеточке наслаждение. Выпустив клитор из захвата, он провел языком по узкой щелке входа в горящее нетерпением лоно и проник внутрь, лаская подрагивающие стеночки.

— Ала-ан, — полный мольбы шепот, просящий затушить пожар, разыгравшийся внутри, сорвался сам.

Лицо любимого, нависшего надо мной, появилось практически сразу, и между ног уперся горячий член, устремившийся внутрь, раздвигая шелковистые стеночки, медленно, буквально по миллиметру заполняя пульсирующее пространство и войдя до упора, мужчина замер. В его глазах заклубилась тьма, скрывая белки — красиво! Нет, опасно красиво! Я закусила губу в попытке сдержать крик удовольствия, что дарил заполнивший меня орган.

— Не смей сдерживаться! Я хочу слышать, как ты для меня стонешь! — опять приказ, дернувший растянутые сейчас мышцы и заставивший нежную стеночку, в которую упиралась напряженная головка, задрожать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Да, мой тигр! — выдохнула в ответ, отключив этим его контроль, он с жадностью начал вколачиваться в мое тело, почти выскальзывая и снова заполняя до упора… Обняв его талию ногами, я с упоением и стонами ловила глубокие, сильные толчки, гладя ладонями каменные жгуты, обвившие упирающиеся по бокам от моей головы руки, очерчивая каждый изгиб, проводя по плечам и поднимаясь к шее, зарываясь пальцами в волосы на затылке. Оглушающий по своей мощи оргазм накрыл нас одновременно, и трудно сказать, что прозвучало громче: мой крик, полный наслаждения, или его гортанный рык.

26

АЛАН.

Влажные от пота тела переплелись, я прижал свою мышку к груди и закинул ногу на ее бедро, пряча в своих объятьях, обвив мой торс рукой и уткнувшись носом в ключицу, она льнула ко мне, прогибаясь от поглаживающей ее спину ладони. Так умиротворенно, что даже шевелиться не хочется.

— Шэр, ты не против, если мы заберем твоих родных во дворец уже после отбора? — вспомнил я о не решенной проблеме.

— А ты хочешь переселить их сюда? — она подняла ко мне удивленное лицо.

— Конечно, ты же моя! А значит, и все твои родственники тоже мои! — чмокнул в носик шокированную девушку. — Но пока здесь творится такой дурдом, это делать неразумно.

— Алан, я тебя обожаю! — взвизгнула она, целуя меня в щеку.

— Вообще-то я жду от тебя немного другого! — оценив удивленный взгляд, пояснил. — Где мое признание в любви?!

— Я же уже говорила, — прошептала она смущенно.

— Когда это?! — состроил пораженную до глубины души физиономию.

— Во время концерта!

— Кому?!

— Алане!!! — прозвучало возмущенно.

— Ничего не знаю! Она мне не передавала! — ее рука взметнулась вверх и, нащупав над головой подушку, ею попытались меня припечатать! Со смехом поймав грозное оружие, перевернулся на живот, подмяв под себя мышку.

— Я жду! — напомнил о своем ультиматуме.

— Я люблю тебя, мой тигр! Безумно и до конца своих дней! — прошептали мне в губы, прежде чем прижаться к ним поцелуем.

— Даже если я буду тебя портить? И трогать где не надо? — прищурился подозрительно.

— В этом случае — особенно! — заверила она меня, весело улыбаясь. Тьма внутри шевельнулась и потянулась в сторону гостиной, словно ощутив что-то родное. Поняв, что это мне предвещает, со стоном уткнулся лбом в нежную шейку. — Ты чего?! — на удивленный вопрос, я молча поднял сжатую в кулак руку, отгибая пальцы и беззвучно считая. Раз. Два. Три! В дверь постучались!

— Алан, ты мне срочно нужен!

— Десять минут, отец!

— Жду в своем кабинете!

Обреченно вздохнув, поднялся и, посмотрев на Шэр, подумал, что пора бы ее вводить в курс происходящего, не то меня за этих нагинь на клочки порвут! Да и расставаться с ней не хотелось, даже на одну минуту.

— Собирайся, сладкая, пойдешь со мной на аудиенцию к королю! — она села, ошарашено на меня посмотрев, и неожиданно расхохоталась.

— Дорогой, а ты знаешь, что мы находимся в твоих покоях? И из вещей здесь у меня только нижнее белье? Нет, я, конечно, могу, если ты не против! — оделся, стараясь не скрипеть зубами от ощущений, коими меня накрыло от представленной картины. Подошел к ведьме и, перекинув через плечо, открыл портал в нашу общую спальню, прежде чем поставить на пол, шлепнул по выставленному оголенному заду, прошипев:

— Еще раз такое услышу — отшлепаю по-настоящему!

— За что?! — округлила она невинно глазки, в которых плескался смех. — Ведь ты же сам предложил!!! Все, не рычи, мой тигр! Я мигом! — чмокнула меня в щеку и убежала в гардеробную. Да уж, все-таки ревновать истинную — непередаваемые ощущения! Хотя… Секс того стоил! Если в прошлый раз я думал, что это охрененно, то сейчас у меня даже слов нет, чтобы описать свои чувства. Помимо бурлящих от восторга магий, что примечательно — обеих! Моя щемящая сердце нежность, желание защищать, ее страстный отклик, сносящий крышу к чертовой матери! М-м-м! Хрен с ней, с ревностью — потерпим!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})