Вероника Иванова - Осколки (Трилогия)

— Верно. Руала поддержала мое предложение, несмотря на сопротивление Совета.

— Было много возражений?

— А ты как думаешь? Близится время Конклава Торговых гильдий, а мы собираемся закрыть порт! Не представляешь, как визжал по этому поводу Тавари!

— Почему же, представляю. Как поросенок, которого режут.

— Еще хуже! — Каллас брезгливо сморщился, видимо, вспоминая перепалку. — Но Ее Величество заявила, что одобряет суровые меры. Хотя бы до той поры, пока Страж не вернется к исполнению своих обязанностей.

— Ага, давай посчитаем, когда это произойдет: если следовать правилам, сначала мне нужно полностью оправиться от ран, потом спешно начать подыскивать новый «панцирь», потом заниматься его обработкой, потом притираться к нему, поскольку без этого невозможно двигаться дальше… Месяца два уйдет. Если все будет получаться легко и просто. А за это время извизжится не только dan Тавари, но и вся Торговая гильдия скопом. Не говорю уже, сколько потеряешь лично ты… Готов идти на жертвы?

Ясные глаза посмотрели на меня с легким укором:

— Если бы не был готов, не ввязывался бы в драку.

Вот как? Неужели мое благополучие для Калли важнее выручки? Не верю. Просто он очень хорошо умеет считать и понимает: от Стража, в полной мере исполняющего свои обязанности, больше доходы, чем от выгодно проданной партии железной руды из халисских копей. Но если он не прочь принести жертвы, то я намерен действовать иначе.

— Возможно, тебе не придется что-либо терять.

Недоуменно взлетевшие вверх брови.

— Я уже сейчас могу действовать.

— Но…

— Мне необходимо только одно: чтобы никто не путался под ногами. Этого можно добиться?

Ра-Дьен куснул губу.

— Все можно, если действовать осторожно… Я подумаю. А пока… Руала желает видеть тебя. Вечером. На приеме.

— Тащиться во дворец? Бедному раненому человеку? Издевательство!

— Я пришлю за тобой карету.

Возмущенно фыркаю:

— Присылай уж сразу похоронную!

— Такими вещами не шутят, Рэй.

— Королевский прием меня добьет, Калли, чем хочешь, поклянусь!

— Приглашены немногие. Только избранные. К тому же… Там будет твоя супруга.

Наис. Будет. Там. Разве мне нужен другой повод, чтобы прийти? Не нужен, и dan Советник, хорошо изучивший мои слабые стороны, беззастенчиво пользуется своими знаниями.

— Но мне надо еще послать за новым костюмом…

— Я захватил с собой все, что нужно.

— Заранее знал, что соглашусь?

— Ты же умный парень, Рэй, а поступки умных людей можно предсказать.

Разочарованно вздыхаю:

— Поэтому мне всегда хотелось быть дураком.

Каллас покачал головой и попытался подняться на ноги. Не получилось, и я протянул ему руку, предлагая помощь. Которая была принята с некоторым удивлением, но без промедления.

А уходя, Ра-Дьен обернулся и сказал:

— В следующий раз, когда захлестнут чувства, вспомни мои слова, Рэй: тобой никто не сможет владеть. Просто потому, что не поймет, кем владеет.

Да уж, трудно понять! Сокровище непомерное! Бросил бы все, к ххажьей матери, уехал бы в поместье, заперся от мира и…

— О чем говорили?

Любопытство Олдена не знает границ. В отличие от моего терпения.

— Любезный мой приятель, позволь попросить о небольшом одолжении…

Невинный тон заставил рыжего мага подозрительно нахмуриться:

— О каком?

— В следующий раз приложи немного сил и подслушай сам, а не заставляй меня пересказывать одно и то же!

Карие глаза сверкнули радостно, но слегка неуверенно:

— Разрешаешь?

— Разрешаю.

— Правда?

— Правда.

— Не передумаешь?

В этом весь Олли: уточняет детали до той степени подробности, когда от них начинает подташнивать.

— Нет.

— И ругаться не будешь?

— Радость моя веснушчатая, прекрати донимать меня по пустякам! Подслушивай, сколько душе угодно, только…

Скуластая физиономия мигом приобрела унылый вид:

— Только?

— Если входишь в курс моих дел, будь любезен принимать в них живейшее участие.

— Участие? — Больше похоже на всхлип, чем на вопрос.

— Именно! Хватит заниматься всякой бесцельной ерундой: пора начать отрабатывать жалование!

— Э… Но я ведь еще не подслушивал?

— Откуда я знаю?

— Клянусь здоровьем моей мамочки!

— Твоя мамочка давно почила в мире.

— Ну… просто даю слово: не подслушивал!

— И что с того?

Олден довольно потер ладони друг о друга:

— А раз я пока ничего не слушал и не слышал, я не могу участвовать… точнее, могу не участвовать в твоих делах. Правильно? Ну, я пошел!

Я поймал его за шкирку, подтянул к себе и ласково пообещал:

— Не переживай, способ заставить тебя работать найдется. А пока… Позови Кириан.

— Где я ее найду? — Олден высвободил мантию из моих пальцев и встряхнулся, как мокрый пес.

— В парке. Небось, уже все деревья у крыльца пообтерла.

— А если ее там нет?

— Есть! Шевели ногами!

Маг выкатился за дверь, возмущенно бурча в мой адрес очередные обиды и сомневаясь в том, что быстро найдет указанную персону. Глупый… Кири всегда была рядом с Баллигом, значит, и сейчас шатается где-то поблизости, хоть моим телохранителям и нет надобности защищать мою жизнь на территории Приюта. Точнее, не было надобности. До недавнего времени, а теперь уже и не знаю, когда, где и чего должно опасаться.

— Вы желали меня видеть, dan?

Она появилась на пороге кабинета беззвучно: если бы я старался услышать шаги, потерпел бы неудачу. Не знаю, магия это, дар природы или что-то иное, но двигаться быстро и тихо под силу не всем. Я пробовал научиться, но только зря потратил время. А вот Кириан еще в раннем детстве овладела искусством незаметно подкрадываться к жертве. Наверное, потому и стала искусной воровкой. А потом ее саму обокрали, похитив сердце…

Всего за сутки красота смуглянки потускнела, превратившись в тень прежней роскоши: ни глаза не блестят, ни коса, хотя обычно пылающее в светильнике масло только придавало «правой клешне» очарования. Гибель Баллига не прошла мимо, ударила в самое уязвимое место. Заставила треснуть? Разбила? Тут не знаешь, что хуже: разлетевшиеся в стороны осколки еще можно собрать и попытаться склеить, а трещину не зарастишь ничем — она может и много лет оставаться неизменной, а может расколоть сердце в самый неожиданный момент.

— Как ты себя чувствуешь?

Взгляд, такой же черный, как туго заплетенные волосы, вздрогнул.