Майкл Стэкпол - Крепость Дракона

— Им и продуктов-то не надо. Расстояние пустяковое. Адроганс усмехнулся:

— Согласен, дорогой, наше путешествие трудное, но не надо думать, что другим легче.

Небо начало светлеть, и беженцы из Свойна зашевелились. Мужчины и женщины (детей осталось очень мало) выползли из-под одеял. Все — тощие и ослабленные. Некоторые, спотыкаясь, потянулись к реке попить или помыться. Мылись, правда, очень немногие: большинство привыкло к поселившимся на их теле колониям вшей. Многие сейчас сидели с бессмысленными выражениями лиц, балансируя на грани жизни и смерти.

Выбора у Адроганса не было. Свойн превратился в зловонную выгребную яму и был обречен на гибель, поэтому войска собрали все имевшиеся у них запасы и повели беженцев на север. Город они подожгли, доки — в последнюю очередь, после чего команда поджигателей присоединилась к беженцам, и все они перешли вброд реку.

Беженцы могли найти приют на плато Жуск или на Гуранин-ской возвышенности. Плато было ближе, но жилья и припасов для пяти тысяч больных и истощенных людей там явно не найдется. На возвышенности же имелись настоящие города, и тамошние кланы охотно согласились принять беженцев. Они даже устроили своего рода соревнование: кто сможет лучше о них позаботиться.

Возвышенность находилась в ста милях от Свойна. Войско Адроганса прошло бы это расстояние за неделю, а если бы понадобилось, то и за полнедели. Беженцам же трудно было преодолеть в день и пять миль. Иногда последний человек в колонне еще даже и не начинал двигаться, а те, что шли в первых ее рядах, останавливались на ночлег.

По трупам, остававшимся вдоль дороги, можно было установить их маршрут.

Авроланы не предпринимали серьезных попыток напасть на беженцев. Кавалерия Каро выступала в качестве прикрытия. Они убивали небольшие отряды авроланских разведчиков, а кроме того, присоединяли к колонне фермеров, живших в бассейне Свойна. Солдаты грузили на телеги имевшееся у них зерно и забирали скот, а фермы сжигали, чтобы они не достались авроланам.

К Бил мот Цуво частично вернулось утраченное спокойствие.

— Мы прошли решающий пункт нашего путешествия. Стоит нам подойти к Гуракуво, и напасть на нас уже не смогут. Люди, живущие на возвышенности, готовы помочь беженцам.

— Думаю, вы правы, Бил, — сказал Марк Адроганс, тяжело вздохнув. — Зима будет долгой. Чтобы пережить ее, нам нельзя терять ни одной свободной минуты. Нужно подумать, что мы будем сеять, когда наступит весна.

— То, что посеем, — улыбнулась Бил, — то и пожнем.

— Ваша правда, — торжественно подтвердил Адроганс. — И давайте подумаем, как доставить урожай на рынок Сварской.

Потупив взор, сулланкири Ферксиго опустилась на колени перед своей госпожой. Кайтрин шла по узкому коридору, и бормокины прижимались к стене, словно выбившийся из ее прически локон был карающей плетью. Испуганные глаза следили за скользившей следом за Кайтрин светящейся серебристо-белой фигурой Миралл'мары. Они понимали, что сулланкири в любой момент может убить их по приказу госпожи, после чего найдет способ распорядиться останками.

Кайтрин вошла в маленькую комнату Крепости Дракона. В безликом этом помещении было бы совсем темно, если бы не сияние Миралл'мары да ослепительный свет одетого в золото желтого камня, вставленного в навершие каменного трона. Фрагмент Короны Дракона сиял над головой сидевшей на троне фигуры.

Императрица авроланов приблизилась к трону и взяла человека за подбородок. Повернула его лицо направо, потом налево и отпустила. Голова упала на плечо. Кайтрин повернулась к Ферксиго:

— Это был Дотан Каварр?

— Да, госпожа.

— Он мертв, но на нем нет следов насилия. Отчего он умер? — Кайтрин подняла правую руку, и указательный палец быстро удлинился и превратился в тонкую иглу. — Может, ты поразила внутренние его органы, а я этого не заметила?

— Нет, госпожа. — Ферксиго прижала руку к земле. В это мгновение ей хотелось сквозь нее провалиться. — Вы хотели взять его живым. Когда мы нашли его, он был уже мертв.

Кайтрин задумчиво кивнула. Дракон своим хвостом разбросал фрагменты Короны Дракона. Солдаты и Темные Наемники долго трудились, прежде чем нашли их. Рассмотрев их, Кайтрин поняла, что это — подделка. С ними кто-то поработал: магические заклинания большой силы заставили дракона поверить в то, что они находятся в Башне Короны. Подделки с помощью магии соединены были с оригиналами, подпитываясь от них энергией, так что ее люди могли потом, воспользовавшись этой связью, обнаружить и настоящие камни. После нескольких дней поисков это был первый обнаруженный ими фрагмент.

Кайтрин не удивило, что они так и остались в Крепости Дракона. Барон Дракона секретов драгонели никому не доверил, вот и фрагменты он отпустить от себя тоже не смог. То, что барона нашли рядом с камнем, лишний раз доказало преданность Каварра своему долгу.

Кайтрин на несколько футов удлинила руку и взяла фрагмент. Камень, как она и ожидала, был таким же теплым, как тот, что висел у нее на груди. Кайтрин посмотрела на его обрамление, на вырезанный в нем авроланский шрифт и поняла, что эти два фрагмента не могут быть объединены друг с другом, хотя один из двух других, спрятанных в Крепости Дракона, может стать связующим звеном, и тогда она с их помощью найдет четвертый камень.

Это, однако, дело будущего. Она погладила поверхность желтого камня и сконцентрировала на нем свое внимание. Погрузилась в его глубины и обнаружила там некое отдаленное присутствие. Оно было древним и незнакомым, и казалось, что его немного удивило чужое вторжение. Почувствовав, как удивление это перерастает в гнев, Кайтрин отвела взгляд и принялась рассматривать комнату.

— Уберите останки, — сказала она, указав на тело Каварра. — Привяжите к его черепу вмурованного здесь дракона. Пусть остается здесь, пока череп не расклюют птицы, а кости не рухнут вместе с обломками башни.

Ферксиго подняла глаза на госпожу, а потом снова опустила голову.

— Все будет исполнено.

— Очень хорошо.

Кайтрин обратилась к воркэльфийской сулланкири:

— А ты, моя милая, поставь охрану. Пусть дежурят возле башни. Люди Каварра наверняка выйдут из своих убежищ и попытаются освободить его. Пусть же они за это поплатятся. Они не понимают, что значит стоять обнаженными под свирепым северным ветром. Ты докажешь им, насколько они глупы. Будет впредь наука — им и южным их братьям.

Эрлсток подул на конец запала, пока тот не разгорелся. На другой стороне улицы, едва заметная за кучей мусора, стояла женщина-механоид. Она дважды указала на юг. Эрлсток два раза повторил этот жест, поставил на плечо драконетту и выстрелил.