Елена Лирмант - Огенная Лисица и Чёрный дракон

Первую половину пути прошла довольно скоро, но потом жар снова накатил. Замок Владыки огня, в отличие от домиков замков в городе, был приземистым, но внушительным. Казалось, из него выпустили воздух, и он осел. До лестницы дошла с трудом, а уж по широким ступеням ползла как улитка, останавливаясь на каждой. Идти было тяжело. Ноги подкашивались, дышать было трудно. Только очутившись в саду, перевела дух. Там бил красивый водопад, вода которого зеленела под теплыми лучами осеннего солнца. Села на бортик и принялась жадно пить.

— Здравствуй, матушка, по делу пришла, или любопытство привело?

Около меня стоял маленький человечек, с кучерявой головой и с большими зелеными глазами.

— По делу, милок, по делу, — задыхаясь, проговорила я, — а ты кто будешь?

— Ган! Зовут Филя!

— Не может быть! — вырвалось у меня, — ганы никогда срединным не показываются.

— Так, то обычные ганы. А я избранный, — он поднес ладошку к щеке и прикоснулся к ней, будто там был знак, удостоверяющий его высокое положение. Внимательно рассмотрела щеку. На ней ничего не было. Но, вполне возможно, что я просто не вижу его. — По какому делу?

— Не торопи, дай отдышаться. Видишь, чуть живая. Высоко тут у вас. Пока забралась весь дух вон вышел.

— А ты к кому пришла? К Повелителю?

— А может к тебе? — решила пошутить.

— Нет, не ко мне! Я тебя не знаю, значит, ты ко мне никак не могла придти! Говори, к кому пришла?

— Ну, к Хозяйке …

Договорить я не успела, Филя отшатнулся от меня, закрыл лицо руками, потом отпустил их и закричал:

— Нет, у нас хозяйки, и пусть услышат меня Верховные духи, чтобы ноги ее не было в Дааладе. Она чуть Чёрного дракона не убила…

Час от часу не легче. Чтобы Линелла чуть не убила Дара?

— В каком смысле чуть не убила? — прохрипела я.

— А в таком, обманула его, бросила. Вот увижу ее и скажу: «Ты самая скверная женщина на свете!» Правда, если успею сказать, пока Дар голову мне не свернет. Он не любит когда о ней плохо говорят. Кричать начинает. Но поверь, она самая плохая…

— Да, вроде она ему мать заменила, — растерялась я, — как же она могла желать ему смерти?

— Ты о ком говоришь, — напрягся Филя.

— О Линелле.

— О ком? Откуда ты ее знаешь?

— Знаю, раз говорю, а что тебя удивляет?

— О ней знают Владыка, верховный маг и мы ганы. И все! Откуда ты ее знаешь? Кто тебе сказал про нее? Что тебе от нее надо? Кто ты?

— Не ори, милок, и так голова раскалывается! Знаю, и все тут. Ты лучше проводи меня к ней.

— Никогда! Лучше смерть приму!

— Да, кому ты нужен, бестолковый! Ладно, пойди к ней и скажи, что ее ждет та, которую она за огнем посылала.

— За каким огнем?

— Не скажу! — усмехнулась я, — лучше смерть приму.

— Ну, если обманываешь меня, я все Повелителю скажу.

— Сначала сходи, и скажи, а потом и угрожать будешь.

Филя превратился в тонкую струйку и рассыпался песком на бортик. Я потрогала место, где стоял ган. Ничего. Даже магии не почувствовала.

Жар начинал душить все сильнее, наклонилась и, зачерпнув зеленой воды, умылась. Голова кружилась. Положила голову на руки, державшие клюку, и задумалась. Что странное все-таки твориться в замке.

— Добрый день, матушка, — раздался надо мной голос Дара, — могу ли я тебе чем-то помочь?

Сердце от страха ушло в пятки, боялась поднять на него глаза.

— Нет, милок, ничем не можешь! Иди своей дорогой, куда шёл. Вот посижу, и пойду потихоньку.

— Не могу уйти, — голос был настырный, — я хозяин этого замка. Ты пришла сюда, думаю, не просто так. У тебя дело какое-то?

— Дело, милок, дело! Но ни к тебе. Так, кое-кого из твоих домочадцев хотела увидеть. Да, вот не дождалась! Прости каргу старую, что не приветствовала тебя, здравствовать тебе Владыка огня. И оставь меня, почто время теряешь со старухой.

Дар протянул руку: — И тебе здоровья желаю, матушка. Давай провожу тебя.

— Еще чего?!? — испугалась я, только бы он не дотронулся до меня, тот час узнает, и как назло запаха лука нет. Интересно чувствует он мою магию? Пилас говорил, что плащ сам будет держать накинутый мной облик.

— Не можно Владыке с селянкой возиться. У тебя своих домочадцев хватает! Я как-нибудь сама. А потом, вот клюка-то, надежнее твоей руки будет. Она во время пути, столько раз спасала меня. Ей я как-то больше верю.

Попыталась встать. Жар накатил с новой силой. Сжала зубы, и все еще не глядя на Дара, пошаркала от фонтана в сторону лестницы. Только бы ган не пришёл. Пойду я лучше домой. А там разберемся.

— Ты куда? — раздался голос Фили, — не обманула, матушка! Линелла ждет тебя. Как услышала, твои слова так и просияла вся.

Я боялась посмотреть на Дара. Он, наверняка все понял. Кто еще может знать о Линелле, кроме их тесной компании? Только та, которой она помогла выбраться из Далаада в прошлый раз. И почему он молчит? Захотелось посмотреть на него. Но для этого надо было выпрямить спину. Было страшно. Рискну, решила я и повернулась к гану:

— Ну, веди! Только не беги. Я и так еле иду!

— Может ты, матушка, все-таки обопрешься на мою руку? — настороженный голос Чёрного дракона.

— Владыка, будь человеком, не трогай меня, и так еле на ногах стою, а от твоего внимания меня от страха всю трясет.

— Как скажешь матушка, — серьезно ответил Дар и отошел в сторону. Но не ушёл, сопровождал меня, пока я еле передвигая ноги, брела по длинным коридорам замка, останавливаясь и переводя дыхания. В глазах все начинало плыть, я трясла головой, и в какой-то момент, поняла, что не дойду.

— Линелла, помоги, — голос Дара. Меня подхватила знакомая мне сила и потянула вперед. И вскоре я уже сидела в кресле посреди знакомой мне комнаты.

— Мэриэлла, — удивленный голос Линеллы! — Второй раз вижу тебя, и второй раз ты в таком странном виде. Что с тобой? Тебе плохо?

— Пить, — прошептала я, чувствуя, что еще мгновение и потеряю сознание.

— Дар, сними с нее этот плащ, его завязки душат ее.

Чёрный дракон, встал передо мной на одно колено, и осторожно развязал завязки и снял с меня плащ и облик Абы.

— Ну, ничего себе! — воскликнул Филя.

— Ты с ума сошла, — воскликнула Линелла, протягивая мне плошку с водой, я попыталась ее взять, руки дрожали, — ты почти полтора месяца несла огонь на себе. Он мог сжечь тебя. Говорила же, скажи «с огнем пришла», и ты была бы здесь. Я все время прислушиваюсь к камням.

— Прости, — я выпила все, — дай еще! Я болела. У меня с головой что-то случилось. Я ничего не помнила. Потом вспомнила, но слова, которые ты просила сказать, никак не приходили на ум.