Елена Асеева - Путь Святозара

— Да, сын мой, Стоян мне тоже сразу понравился, когда я его впервые увидел… Он всегда был славным, послушным и светлым мальчиком, особенно тогда, когда лежал в люльке, — правитель улыбнулся, и, отпустив руку наследника, добавил, — Я прошу тебя сынок, пойти поспать и отдох-нуть, да до пира не подниматься с ложа, потому, как ты правы наставники, очень плохо выгля-дишь. А я Туру скажу, что занятий не будет. И я надеюсь, что с сегодняшнего дня твоей душе хотя бы на немного будет спокойней.

Глава пятьдесят восемь

Святозар проспал не только всю ночь, но и весь следующий день, лишь просыпаясь для того, что-бы поесть принесенное Борщом. Как только солнце двинулось к закату, слуга принес Святозару праздничную одежу белую рубаху, штаны, да золотистый кафтан. Святозар оделся, возложил на голову обруч-венец, как велел отец, и, выйдя из опочивальни, спустился вниз по лестнице, но прежде чем идти в гридницу, зашел в светлую комнату. Сегодня был не только день рождения Бога Коляды, который когда-то принес восурам ведические знания, но и день рождения самой книги Вед, и поэтому Святозар хотел поблагодарить ее за приход в Белый Свет, поклониться ей до земли так, как когда-то делал, будучи Богомудром.

Святозар зашел в комнату, разжег свечи потому, что там было очень темно, и, подойдя к столу, на котором лежала обернутая бурой, потертой от времени кожей книга, остановился. Наследник ласково погладил книгу, да поклонившись до земли, сказал:

— Великая книга Вед благодарю тебя, что ты пришла к нам в мир, вместе с моим братом Богом Колядой и принесла нам великие ведические знания! — Святозар немного помолчал, и добавил, — Надо тебе кожу поменять, погляди, какая землистая волоха стала, я отца попрошу, он закажет тебе обновку, а я ее и надену. — Он опять протянул руку, чтобы ее погладить, но книга внезапно подпрыгнула на месте, и из нее вырвался огромный, золотистый столп света, который ударил в потолок комнаты, и, рассыпавшись, осветил каждый уголок в ней. Книга же вновь подпрыгнула, без всяких заветных слов раскрылась, один из листков книги приподнялся, словно хотел перевернуться, но так и затих, а после он задрожал и начал пухнуть на глазах, мгновение спустя, он дрогнул и расспался на два листа. Святозар наклонился над раскрытыми листьями и посмотрел на то, что ему показала книга.

Когда наследник подходил к гриднице, то у распахнутых дверей увидел входящего в зал прави-теля и Тура. Отец заметил Святозара, на миг остановился, и сказал:

— Почему ты задержался, сын? Я уже послал за тобой Вячко.

— Прости, отец… Отец, мы можем задержаться, мне надо тебе кое-что показать, — взволнованно сказал Святозар.

— Сын, други уже поднялись приветствовать нас, это не может подождать? Это связано с твоим здоровьем? — тревожно спросил отец.

— Нет, отец, не с моим здоровьем. И не тревожься, это хорошое, не плохое… И верно, дружина уже поднялась, — подойдя к правителю и увидев поднявшихся другов, заметил Святозар, — Пойдем, тогда, отец, а как сядем я все расскажу.

Правитель вместе с сыновьями вошел в гридницу и как всегда сел за центральный стол, усадив Святозара по правую руку, а Тура по левую. Теперь на пиру присутствовала не только дружина отца с супругами, но и дружина Святозара. Справа от наследника сидел Стоян и Белослава, следом Искрен, Сем, Горазд, Молчун, Вторак, Часлав, Любим, Годлав, Звенислав и Лель. Когда правитель поднял чашу, и объявил тост за Бога Коляду, началось празднование. Святозар протянул руку и подергал отца за золотистый кафтан, призывая правителя к вниманию, тот повернул голову и спросил:

— Что, мальчик мой беспокойный, с тобой успело случиться, ведь насколько я знаю, ты только, что поднялся с ложа.

— Ах, отец, видел бы ты, что со мной случилось, — начал торопливо говорить Святозар, — Перед тем как прийти в гридницу, я зашел в светлую комнату, чтобы поблагодарить книгу Вед, которая к нам спустилась вместе с Богом Колядой. Но внезапно из книги вырвался столп света, она раскрылась, а потом показала мне лист, который распался надвое, а на этом листе, отец, изображен щит.

— Щит? — удивленно переспросил правитель.

— Щит, щит, отец… Да, какой щит… Это щит волшебный, а там под ним заговор, который надо на него наложить. Отец, отец, закажи мне такой щит, точно, точно такой щит… Я знаю чей это щит… Ах, отец, — восторженно говорил наследник, — Знал бы ты чей это щит, и кто мне его дарит…

— Ты, мне расскажешь, кто? — улыбаясь, спросил правитель.

— Да, я тебе расскажу попозже, и, только если ты выполнишь две мои просьбы, — прерывисто вздохнул наследник и посмотрел прямо в зеленые глаза отца.

— И какие же это просьбы, сынок?

— Первая, после пира, ты пойдешь и посмотришь этот щит и закажешь точную копию, а вторая мне нужна выделанная кожа, хорошо бы белая, так как книге Вед я пообещал надеть новую волоху, — добавил наследник и беспокойно расстегнул застежки на кафтане.

— Застегнись, — негромко заметил правитель, а когда наследник глянул на расстегнутый кафтан и застегнул его, добавил, — А кто поменяет волоху на книге?

— Я, отец, я… Я уже менял…,- Святозар засмеялся и пояснил, — Вед очень любит новые наряды, по-верь мне…

— Хорошо, сынок, я закажу новую кожу для Вед, раз ты так уверен, что она будет довольна, — улы-баясь, заметил правитель, — Ну, а щит, надо будет посмотреть вместе с Храбром, ему можно?

— Конечно, отец, можно.

— Тогда сделаем это завтра потому, как пир будет длиться до утра, а потом надо будет поспать и нестолько мне, сколько тебе… Хорошо, теперь будет возможность, Храбра задобрить, — сказал правитель и засмеялся, — А то он знаешь, сын, даже сегодня не приезжал во дворец. Я послал за ним Вячко, сказав, чтобы он явился ко мне, а он ответил, что болен. Представляешь, сын, Храбр и болен…,- правитель перестал смеяться посмотрел на сына, и, вздохнув, добавил, — Не простительные вчера я на тебя сказал слова, мальчик мой, это даже наставники поняли, а ведь они не знают всего того, что знаю я. Иногда мы гневаемся, говорим грубые слова, а потом переживаем…, что ж верно народ сказывает: " Слово не стрела, а пуще стрелы разит".

— Не тревожься, отец, я ведь понимаю, почему ты так сказал. Давай не будем это вспоминать… Мне знаешь, после вчерашнего разговора с тобой стало… стало как-то легко, словно с меня часть этой ноши сняли. Наверно поэтому книга и показала сегодня этот щит, я смог успокоиться и ДажьБогу это понравилось. Знаешь, отец ДажьБог не любит когда придаются унынию, он очень любит улыбаться, смеяться и шутить…,- улыбнувшись, добавил наследник.

— Как ты мой мальчик, ты ведь тоже любишь шутить, — заметил правитель. — Ну, тогда мы так с тобой и порешим, перед уходом с пира я позову Храбра, а ты предложи ему посмотреть щит, он теперь к тебе благоволит. Ну, а после праздников мы съездием с ним к кузницу Братише и закажем его для тебя, хорошо? — Святозар радостно кивнул головой отцу, — А теперь оставим разговоры и продолжим пир потому, как ты не только не пил, но и не ел. Так, что пока не поешь и невыпьешь чашу медовухи не отвлекай меня на разговоры, — добавил отец и отвернулся от Святозара, так как слева его настойчиво дергал за рукав Тур, явно, что-то выпрашивая.