Кристофер Сташефф - Чародей поневоле

— Бу-бух! — весело вскрикнул Магнус, а как только неандертальцы повалились на пол, довольно проурчал: — Иглаем в веселую иглу!

Род был готов содрогнуться от того, в какую «веселую» игру играл его малютка, но сдержался и обернулся как раз вовремя для того, чтобы увидеть, как Бром хватает неандертальца за лодыжки. Зверочеловек рухнул, словно бык на бойне, а Бром завершил дело метким ударом ножа.

Увы, Бром просчитался. Он уложил не того из двоих дравшихся друг с дружкой неандертальцев, какого надо было бы. Второй взревел и бросился к карлику.

Бром цепко ухватил его за руку и резко рванул на себя. Зверочеловек согнулся пополам и шмякнулся головой о каменный пол.

— Славная работенка,— похвалил соратника Род,— Вот почему я на всякий случай укладывал обоих. Кто тут друг, а кто враг — потом разберемся.

Йорик тем временем связал Мугхорка, превратив его в подобие приготовленного к жарке поросенка, и развернулся, чтобы вступить в бой, но в этот миг Векс покончил с последним зверочеловеком.

— У-у-у! Вечно я к шапочному разбору поспеваю! — обиженно вскричал Йорик.

Род обвел взглядом огромную пещеру и увидел, что на ногах держатся только он сам, Бром, Векс, Йорик и Магнус. Строго говоря, Магнус держался не на ногах. Он парил над поверженным зверочеловеком и ласково интересовался:

— Спа-атиньки?

— Эй, так ведь мы победили! — Йорик обошел безжизненное тело Мугаорка, вытянул перед собой руку и пошел по кругу, все дальше и дальше к выходу из пещеры, ближе к Роду. Род вдруг понял, что Йорик отвлекает его внимание от дальней стены. Он резко обернулся — и как раз вовремя: черный провал двери позади сидевшего на каменном троне чудища ожил, превратился в светящийся прямоугольник размерами семь футов на три. Озаренный сиянием, там стоял невысокий сгорбленный мужчина. Ниже шеи он напоминал карикатурного Ричарда III — изуродованное туловище, горб, скрюченные руки, одна нога короче другой, и весь такой хрупкий, что казалось, того и гляди, развалится.

Но голова!

Человек производил устрашающее, властное впечатление. Глаза цвета голубоватого льда пристально смотрели на Рода из-под кустистых седых бровей. От бровей вверх уходил высокий и широкий лоб, увенчанный белой как снег гривой. Все лицо странного незнакомца складывалось как бы из углов и расселин, а нос был острым, словно лезвие бритвы. Лик хищной птицы, ястреба…

Орлиный лик.

Род как завороженный не в силах был оторвать глаз от незнакомца, а тот начал таять, исчезать. И тогда, когда он стал совсем прозрачным, губы его тронула насмешливая улыбка, а рука взметнулась в прощальном взмахе.

А потом он исчез, и «дверь» снова стала непроницаемо черной.

— Впечатляет, а? — пробормотал за спиной у Рода Йорик.

Род, часто моргая, медленно обернулся.

— Еще как,— еле шевеля губами, отозвался он, на миг задержал взгляд на Йорике и снова обернулся к «двери».

— Машина времени?

— Она самая.

Род оглянулся:

— Кто он такой? Только не говори — «Орел». Все совершенно очевидно.

— В лаборатории, где производят машины времени, мы называем его «Док Ангус»,— ответил Йорик.— Вы о нем, конечно, не слыхали. Мы на этот счет крайне осторожны. Для прикрытия у него имеется куча всяческих второстепенных патентов, но самые главные вещи — под строжайшим секретом. Слишком много бед можно натворить с их помощью.

— К примеру, с помощью машины времени?

Йорик кивнул:

— Он — ее изобретатель.

— Значит…— Род с трудом подбирал слова,— Анархисты… Тоталитаристы…

— Они похитили проект.— Йорик печально покачал головой,— А мы-то думали, что у нас все так отлажено с системой безопасности! И ведь как ловко они все провернули…— Он поймал на себе испытующий взгляд Рода и умолк.— Ладно, как-нибудь в другой раз, может быть. Но одно я вам скажу: Док Ангус просто рассвирепел, так он на них обозлился.

— И решил драться с ними где только можно?

Йорик кивнул:

— За сто тысячелетий до нашей эры, за миллион лет, в миллионном году нашей эры — где угодно.

— Для этого нужна внушительная организация.

— Само собой. Он ее создал и придумал пути самофинансирования.

— Но если он сражается с анархистами и тоталитаристами из будущего,— медленно произнес Род,— то он — на нашей стороне.

Йорик кивнул.

Род изумленно покачал головой.

— Да уж,— восхищенно проговорил он.— Вот это я понимаю — держать камень за пазухой!

— Вернее говоря, заиметь зуб на кое-кого,— хохотнул Йорик,— Так она и называется, наша организация,— ЗУБ. Защитники Униженных Бизнесменов. Тех, у кого украли патенты.

Род сдвинул брови. Он наконец все понял и невесело усмехнулся:

— Но вроде бы ты сказал, что он не запатентовал машину времени.

— Из-за этого он только сильнее взбеленился. Ведь это было его детище, и им следовало бы уважать его права на изобретение. А эти сволочи даже вознаграждения ему не выплатили! Вот он и собрал всех нас, чтобы мы защищали патентное право на всем протяжении времени, особенно его времени. А демократия охраняет права личности лучше любой другой формы правления, включая и патентное право, ну вот и…

— Потому он и поддерживает нас. Но как все это связано с несколькими тысячами экстрасенсов-неандертальцев, заброшенных на нашу планету?

Йорик озадаченно потянул себя за мочку уха.

— Ну, в общем-то… Все должно было не совсем так получиться…

— Да? А как насчет того, чтобы ты сказал мне, а как должно было получиться?

Голос Рода прозвучал угрожающе ласково.

— Ну… Все началось с тоталитаристов…

Род нахмурился:

— То есть?

— Они владеют тектогенетикой.— Йорик через плечо указал большим пальцем на Кобольда.— И, как вы заметили, они в этом деле весьма преуспели. В будущем придуманы кое-какие генно-инженерные пакости.

Род кивнул, но хмуриться не перестал.

— Ладно, допустим. И что же они такое наинженерили?

— Неандертальцев — носителей Ока Зла,— усмехнулся Йорик.— Вырастили штамм мутантов — проективных телепатов и расселили их по всей Терре. Расчет был на то, что они жутко расплодятся и станут доминировать в любом сообществе — то есть бесповоротно захватят власть. Задача вредителей из будущего в большой мере упростилась бы, если бы они сумели удушить демократию еще до ее зарождения.

Род поежился.

— И это могло у них получиться,— Он отчетливо представил себе эволюцию и прогресс человечества на долгом историческом пути при неизменном повиновении сменяющим друг друга тиранам,— Насколько я понимаю, генетически они отличаются от других неандертальцев?