Сергей Ким - Смерть Красной королевы

Уфф…

Выпускаю рукоять меча и поднимаюсь на ноги, утирая тыльной стороной правой руки выступивший на лбу пот…

Движение сзади!

Кувырок вправо. Больно ударяюсь плечом о землю, быстро поднимаюсь на одно колено. Воздух в том месте, где я только что была, вспарывают кривые зазубренные когти ещё одной пантеры-кишина. Ещё одной, но не такой же точно. Доли мгновения мне хватает, чтобы понять – этот демон другой. Почему-то он другой. Меньше, гибче и быстрее, чем его более неудачливый собрат.

Грохот пистолетных выстрелов разрывает пространство. Но кишин совершенно немыслимым образом размазывается в пространстве, и пули лишь выбивают цепочку фонтанчиков земли. В ураганном темпе продолжаю стрелять, ведя ствол "кольта" вслед за уклоняющимся от выстрелов кишином и протягивая руку за вторым пистолетом. Почти уже ощущаю холод металла его рукояти в своей ладони…

Чёрт!

Умудряюсь из жутко неудобного положения стоя на колене отпрыгнуть вверх и назад, в самый последний момент разминувшись с вонзившимися в землю когтями монстра.

Два выстрела сливаются в один, и пара пуль перебивают левую переднюю лапу кишина чуть выше кисти, и на секунд монстр теряется. Вроде как от шока.

Шаг вперёд, второй, поворот. От удара ногой с разворота череп твари дёргается в сторону. Два выстрела прямо в грудь. С наслаждением отметила, как пули "кольта" выбили глубокие кратеры в теле монстра, а его плоть разлетается ошмётками.

Поднырнула под широкий замах правой лапы кишина, со всей силы впечатала плотно сжатый кулак в повреждённое место. Проскользнула вперёд, зашла твари за спину, поворот. Выпущенные веером выстрелы почти рассекли демону спину в районе поясницы, а добавочный удар ногой швырнул его вперёд.

Монстр рухнул на землю и неловко попытался подняться, опираясь на три лапы…

Прыжок вперёд! Левое колено врезается чудовищу в хребет или что там вместо него у кишина. Правая рука клешнёй вцепилась в шею твари и впечатала её череп в землю. Ткнула золотистый ствол пистолета прямо в затылок демону.

– Попробуй увернись.

Выпущенные в одну точку выстрелы пробили кость кишина и разнесли его череп на части, а в следующий момент всё его тело начало рассыпаться светящейся пылью.

Поднялась на ноги и побрела к торчащему из земли пиломечу, на ходу засовывая "кольт" в кобуру. Вытащила клинок, закинула его за спину и тут же сразу же развеяла боевой облик.

Переход оказался слишком резким, поэтому от неожиданности у меня подкосились ноги. Сделала шаг, другой, оступилась и чуть было не полетела на землю, но кто-то успел подхватить меня под локоть.

– Ничего… – тяжело пропыхтел вездесущий лис. – Скоро всё пройдёт, главное ты кишинов прибила. Молодец, Алиса. Всё, а теперь возвращаемся в гостиницу.

– Ага, – слабо откликнулась я, и придерживаемая Песцом поплелась "домой", едва переставляя ноги от неожиданно нахлынувшей усталости.

– Как же мне хреново! – прохныкала я, с головой накрываясь одеялом. – Это что, каждый раз такая дрянь будет?! Ууу!…

– Не ной, Алиса, – сидящий около моей кровати лис сосредоточенно избавлял плитку шоколада от обёртки и фольги. – Не может же всё быть гладко и красиво? Так что первое время придётся помучиться, пока не станешь сильнее. А то ты как хотела? Сначала лихо фехтовать и стрелять с двух рук, а потом спокойно почивать на лаврах? Нет, так не пойдёт… На, кстати! Сьешь шоколадку.

– Ууу… Я сейчас лучше цианистого калия съем… Ууу… Почему всё так болит?!

– Тебя это действительно интересует в данный момент?

– Нет! У меня даже от разговоров голова начинает болеть!

– Тогда из вредности расскажу, – мстительно произнёс Песец. – Если пользоваться терминологией всяких уличных человеческих шарлатанов, то когда твою энергетику временно заменяет энергетическая схема волшебницы, то потом просто неизбежен откат. Выражается это через истощение организма и боли во всём теле… Но когда твой организм достаточно свыкнется с периодическим замещением энергосхем, максимум, что тебя ждёт – лёгкая головная боль.

– Заткнись, а? Пожалуйста! И без тебя тошно…

– Ничего, ничего – это временный дискомфорт… И съешь уже шоколадку!

– Чего ты до меня со своей шоколадкой докопался, как пьяный до забора? Я не хочу сладкого!

– У тебя после превращения должен понизиться уровень глюкозы в крови, – наставительно произнёс оборотень. – Отсюда и упадок сил. Так что ешь! Считай, что это – лекарство.

– Задолбал! Давай сюда.

Высунула руку из-под одеяла, получила плитку, утянула её к себе и начала сосредоточенно грызть, не вылезая на свет божий. Чёрт, молочный!…

– Алиса, тебя не учили, что в кровати есть некультурно?

– Я – девушка, мне завтрак в постель по статусу положено приносить, – промычала я.

– Нет, завтрака в постель не будет… Потому как к вечеру ты уже должна будешь придти в норму.

– До вечера я сдохну!

– Ну, вот откуда эта паника, а? Главное, при виде кишинов даже ни пискнула, а тут…

– Я не мышь, чтобы пищать. Плюс, они были совсем не страшные.

– Ну, если уж они и не страшные… – хмыкнул Песец. – Ты вообще чего-нибудь на свете боишься, Алиса? Мышей? Высоты? Смерти?

– Ничего этого не боюсь, а чего боюсь – я тебе не скажу.

Как же, так сразу и расскажу я тебе такое – держи карман шире…

Зная настоящий страх человека, управлять им легче лёгкого. Так что о таких слабостях нужно молчать до последнего.

Конечно же есть вещи, которых я боюсь больше всего на свете.

Первый большой страх – стать калекой. Не просто боязнь, как у какой-нибудь модели или актрисы потерять свою красоту и привлекательность, а именно какая-нибудь жуткая травма. Лишиться ноги, руки или зрения. Или оказаться до конца жизни прикованной к постели.

А второй большой страх – остаться одной.

Когда ты растёшь в большой и дружной семье, нет ничего страшнее, чем представить себя одной. Не как сейчас, когда я за многие тысячи километров от родных. Я ведь знаю, что они есть и никуда не делись. И в случае чего мы запросто можем собраться вместе и справиться с любой бедой…

Потерять семью для меня – это потерять всё. И себя в том числе. Поэтому, раз уж я вляпалась в какое-то непонятное и опасное дело, близких сюда вплетать нельзя. И даже давать повод к тому, что бы в случае чего на меня оказали давление через них. Пусть уж лучше считают эгоистичной и беспринципной гадкой тварью – это я уж как-нибудь переживу.

Тот же лис… Он действительно прост и честен. И поэтому его оговорки говорят мне столько всего.