Брэнт Йенсен - Вендия 1. Город у священной реки

Комната, в которую вендиец привел Конана и Шеймасаи, принадлежала, по его словам, старшему сыну брамина и его семье. Это было просторное помещение, с очень богатой обстановкой. Чувствовалось, что хозяин ценил комфорт. Но сейчас его душу занимали уже другие материи, а вот тело все еще находилось здесь. Труп лежал неподалеку от балкона, откуда убийца, должно быть, и проник в дом.

— Первая жертва, — объявил Тхан. — Предположительно заметил убийцу и зачем-то двинулся к нему навстречу. Крика не поднимал. Получил мечом по горлу и вскорости скончался.

Конан обошел тело и вышел на балкон.

Комната сына брамина располагалась с задней стороны дома и выходила окнами не на оживленную улицу, а к скоплению двориков менее богатых домов, отделенных от дворца стеной в полтора человеческих роста. Убийца мог спокойно через нее перелезть, затем быстро, чтобы никто не заметил, перебежать через сад и взобраться по стене на балкон. Опор имелось для этого предостаточно, можно было даже обойтись без веревки.

Киммериец поделился своими соображениями с Тханом и Шеймасаи.

— Мы опросили жителей тех домов, — сказал кшатрий, указывая на строения за стеной. — Никто не видел, чтобы кто-либо перелезал через стену, они вообще ничего подозрительного не видели. Но я думаю, что больше вероятность того, что убийца сумел незаметно проскользнуть мимо них, нежели вариант с проникновением через парадный вход.

— Вас не смущает, — спросил Шеймасаи, — что все охранники были во дворце и ни одного в саду?

— Мне тоже это показалось ненормальным, — согласился Конан.

— Такова была традиция этого дома, — ответил Тхан. — Брамин пытался следовать дхарме, всячески привечал слуг, старался сделать их жизнь легче. Говорили, что он собирался раздать часть имущества, оставить свой дом сыновьям и уйти из города, чтобы стать аскетом. Достойный уважения путь. Но вот охрана дхарме следовать не желала. Патрулировать сад они ленились, большую часть времени просто бездельничали.

— Хорошо, с охранниками понятно, — сказал киммериец. — Хотя нельзя исключать, что среди них был сообщник убийцы.

— Мы не исключаем.

— А чем объяснить поведение сына хозяина? Почему он не убежал, заметив забравшегося в комнату человека?

— Если мы ответим на этот вопрос, — сказал Тхан, — то поймем, кто убийца. Не только старший сын брамина, но и все оставшиеся жертвы очень странно реагировали на появление незваного гостя. Никто не закричал, не попытался бежать и не смог дать ему отпор.

— Теперь понятно, почему у вас основной мотив религиозный, — произнес Шеймасаи. — Подобным образом вендийцы могли отреагировать только на человека, чьи одежды указывали бы на принадлежность к какому-либо культу.

— Но убийца мог их использовать, — возразил Конан, — и просто как маскарадный костюм.

— Давайте поторопимся, — предложил Тхан. — Уже смеркается, скоро станет совсем темно, и тогда тела нам придется осматривать при свете факелов.

Возражений не последовало.

Глава 7.

На следующий день после казни. Сады повелителя.

Дневная жара уже практически спала.

А в тени великолепных садов, возведенных по приказу прадеда нынешнего правителя Вендии, так и вообще не чувствовалась.

Сто пятьдесят лет назад в этом месте располагался один из самых неблагополучных районов Айодхьи, где селились исключительно воры, душегубы и прочие темные личности. Здесь же устроили свое логово душители-фансигары. Честные жители неизменно обходили этот район стороной, да и стража старалась тут без резкой надобности лишний раз не показываться.

В какой-то момент правителю опостылел такой порядок вещей, и он обратился к тогдашнему радже Айодхьи с требованием стереть с лица земли этот рассадник злодейства. Приказ был исполнен буквально – слуги раджи все дома разрушили до основания.

И чтобы даже памяти не осталось об этом темном месте, повелитель решил развести там сады, где были бы собраны все травы, цветы, кусты и деревья, произрастающие в Вендии. Долго шло строительство. Сначала самые умелые садовники подготовили почву к высадке растений, затем правитель со своими советниками решал, какому проекту будущих садов отдать предпочтение. После этого в Айодхью начали свозить образчики как диковинных растений, так и самых заурядных. Лишь через десять лет после начала строительства работы были завершены.

С тех пор сады стали излюбленным местом отдыха для представителей всех каст. Разумеется, брамины и кшатрии гуляли в одной части садов, а вайшьи и шудры в другой. Конечно же, осязаемых преград никто не возводил, но существовали невидимые границы, о которых все знали и которые старались не нарушать.

Конан расположился на маленькой деревянной скамеечке под большим деревом с толстыми конусообразными листьями. В десяти шагах от него проходила узенькая земляная дорожка, по которой чинно прогуливались знатные вендийцы. От змей сады защищало специальное заклятье, и можно было без опасений за собственное здоровье растянуться на травке под сенью любого приглянувшегося дерева. Но Конану спать не хотелось. Потому он нашел себе уютное местечко на лавочке и устроился наблюдать за птицами, перелетающими с дерева на дерево, и гуляющими по земляной дорожке вендийцами.

Киммериец сидел здесь уже третий колокол подряд, наслаждаясь прохладой и тишиной. После визита к Телиде он направился прямиком сюда. Конану хотелось немного побыть одному, и сады были для этого идеальным местом. Здесь всегда тишина. Даже дети, имеющие свойство производить шума в три-четыре раза больше, чем взрослые, попав в сады, неизменно успокаивались, проникаясь духом этого места.

Сотник подозревал, что Телида специально выбрала сады местом встречи с Сатти. Вдова желала, чтобы киммериец обрел хотя бы временное умиротворение и мог воспринять слова кшатрия с долей разумного скептицизма. Наверное, следовало бы поблагодарить за это мудрую женщину, но Конана не оставляло чувство, что он был лишь одной из фигур в партии, которую вела жена погибшего посла.

Однако с течением временеми, вопреки магии места, в киммерийце начала возрождаться жажда действия. Он понял, что уже достаточно отдохнул. Как только спустились сумерки, сотник поднялся со скамейки и отправился на поиски Сатти.

Телида посоветовала киммерийцу спросить о нем у других кшатриев. Вернее всего, это означало, что Сатти один из тех стражей, кому сегодня поручено патрулировать хитросплетение садовых дорожек.

— Не поможете мне? — обратился Конан к первому встреченному им стражу. Он неспешно брел по дорожке навстречу киммерийцу. Было неясно, то ли он несет службу, то ли просто гуляет. — Я ищу человека по имени Сатти. Вы не знаете, где он может быть?