Деннис Маккирнан - Глаз Охотника

— Вот что еще я там нашел. Вспомнил о них, когда мы уже легли спать.

Фэрил так и впилась взглядом в пожелтевшие от времени страницы дневников. Наконец, получив подтверждение своих догадок, она оторвалась от записей и, захлебываясь от восторга, воскликнула:

— Вот оно, Гвилли! Дневники первенцев, старый и новый… Новый написан рукой твоего отца… Смотри, тут на обложке ваше генеалогическое древо. Последний в роду — ты, Гвилли Фенн. Твоего отца звали Дарби, деда — Фрэк. А на вершине древа — Томлин, родоначальник семьи… Это же все доказывает, Гвилли!

Она протянула дневник баккану, который явно не знал, что с ним делать: он лишь с любопытством разглядывал его, поворачивая то так, то эдак и хмурясь при этом. Но Фэрил ничего не заметила и, взяв в руки второй дневник, продолжала:

— А вот этот старый — копия с дневника самой Пэталь, которую сделал Малыш Урус. Подумать только, ему уже тысяча лет! Ах, Ориф, если бы вы только прочитали его! Но не подумайте — я вас не виню: вы столько сделали для Гвилли, да и как бы вы смогли разобрать твилл — древний язык варорцев!

Ориф с Нельдой переглянулись, а Гвилли, отложив в сторону бесполезный дневник, объяснил:

— Дело не в языке: мы не умеем читать вообще.

— Не умеете читать?.. — Фэрил даже представить себе такого не могла.

Гвилли пожал плечами:

— Здесь в лесу это не нужно.

Дамна была потрясена до глубины души:

— Но все варорцы из Боскиделла… — Она запнулась на полуслове.

Ориф виновато отвел глаза:

— Мы всегда хотели послать Гвилли в Стоунхилл…

Тут Фэрил прорвало — она слишком долго сдерживалась:

— Это все теперь не имеет значения. У нас впереди целых два года, и я научу Гвилли всему: читать по-твилльски и по-пелларски, писать, считать.

Баккан обиженно возразил:

— Я умею считать. Ведь мне приходится продавать товары с фермы!

Фэрил поспешила исправить свою оплошность и перевела разговор на другую тему:

— Кстати, давай я почитаю всем о твоих храбрых предках. Когда ты узнаешь о пророчестве, ты поймешь, почему я здесь, откуда у меня эти ножи, почему мы с тобой должны разыскать эльфийку Риату в долине Арден и отправиться вместе с ней к Великому Северному Глетчеру, который находится в далеких Гримволлских горах.

Нельда ахнула; в глазах ее отразился неподдельный ужас.

Фэрил уже стала засыпать, когда до ее слуха снова донесся приглушенный шум голосов Орифа и Нельды. В этот раз дамна даже смогла разобрать, о чем они говорят.

— Когда-нибудь он все равно уйдет, Нельда; его тянет к таким же, как он сам. К тому же они с Фэрил просто созданы друг для друга.

— Но, Ориф, она хочет взять его с собой в Гримволл, где полно ночного отродья! Они убьют его, как убили его родителей! И этот барон Стоук… Зачем ему уезжать — зачем им уезжать? С нами им будет лучше. Разве не мы вырастили Гвилли? Неужели он забыл об этом?

— Конечно не забыл. Как бы там ни было — решать Гвилли.

— Но он такой маленький…

— Не такой уж и маленький для варорца.

Фэрил было ужасно жаль Орифа и Нельду. Хоть Гвилли и был им лишь приемным сыном, они любили его всем сердцем. Как всякие истинно любящие родители, они не хотели отпускать его из родного дома навстречу новой взрослой жизни, которая к тому же была полна опасностей.

Но Фэрил ничего не могла поделать. Ни она, ни Гвилли были не в силах изменить судьбу, которая была предначертана последним первенцам. Это почувствовал и сам Гвилли, хотя до сего дня и не знал о выпавшем на его долю испытании.

Фэрил вспомнила, как вечером, закончив читать, спросила, поедет ли Гвилли с ней. Гвилли ничего не ответил; он отошел к окну и крепко стиснул руки.

Так что Фэрил оставалось только гадать, каким будет его окончательное решение.

Черныш почуял добычу. Гвилли приложил палец к губам и осторожно подтолкнул Фэрил вперед. Дамна, стараясь не шуршать, прошла несколько шагов по зарослям папоротника и остановилась. Ее взгляд был прикован к тому месту, куда не отрываясь смотрел пес.

Внезапно кусты затрещали, и из зарослей появился заяц.

— Ату его, ату, Черныш! — закричал Гвилли.

Долго упрашивать Черныша не пришлось: вскоре он уже изо всех сил пытался догнать петлявшего зайца. Гвилли и Фэрил устремились за ним с гиканьем и смехом.

Пока заяц кружил и петлял, собака не могла догнать его; но, как только бедное животное побежало по прямой, расстояние между ним и Чернышом начало резко сокращаться. Казалось, вот-вот собака настигнет свою добычу. Но когда охотника и жертву разделяли всего несколько шагов, заяц вильнул в последний раз и скрылся под покровом темного дубового леса. От неожиданности Черныш резко затормозил и, не сумев устоять на лапах, перекувыркнулся через голову: даже в пылу охоты пес ни за что не нарушил бы покой запретного места.

Собака вскочила, отряхнулась и разочарованно поплелась назад. Гвилли и Фэрил никак не могли отдышаться после погони, но при виде неподдельного огорчения собаки забыли о своей усталости и весело расхохотались.

— Да, Черныш, перехитрил тебя заяц, — еле выговорил Гвилли.

Они направились к текущему в тени ручейку с поросшими мхом берегами. Черныш никак не мог напиться: он жадно лакал воду и прерывался только для того, чтобы отдышаться. Гвилли и Фэрил забрались на нависающий над водой выступ скалы.

— Но почему он не побежал дальше, Гвилли? — недоуменно спросила Фэрил. — Ведь еще совсем чуть-чуть — и сегодня на ужин мы бы лакомились зайчатиной!

Баккан указал на мрачные дубы:

— Это одно из заповедных мест. Черныш знает, что туда лучше не соваться.

Дамна проследила взглядом за рукой баккана и долго не могла произнести ни слова. Наконец она поежилась и сказала:

— По пути сюда я проехала по одному из таких мест. У меня было ощущение, что деревья вокруг с трудом переносят мое присутствие.

Гвилли даже рот раскрыл от изумления:

— Ты проехала… И Чернохвостик не испугался?

Фэрил кивнула:

— Ну да, испугался, конечно. Но мне необходимо было найти тебя, а объезжать это место было долго…

Гвилли сказал очень серьезно:

— В следующий раз, Фэрил, лучше поезжай другой дорогой.

Они долго сидели молча. Прибежал Черныш и с разбегу плюхнулся между ними. Фэрил почесала у него за ухом. Наконец Гвилли не выдержал и спросил:

— Так что же ты там видела?

Фэрил задумалась на мгновение и проговорила:

— Сумерки, темные своды деревьев и тени. Иногда мне казалось, будто за мной кто-то наблюдает из-за деревьев. Краем глаза можно было даже заметить какое-то движение, но стоило мне только обернуться — и ничего. Ничего такого, что можно было бы увидеть. Чернохвостик весь дрожал и был чем-то сильно испуган. Мы оба вздохнули с облегчением, когда выбрались из-под полога этого мрачного леса. А ты что, никогда не бывал в таких местах, Гвилли? — спросила дамна.