Инна Сударева - Двойная честь

Теперь был раздосадован Корт: он прорычал что-то невразумительное и повернулся, чтоб уйти. Майя опять ухватила его за руку, слишком пылко (так показалось Авроре):

– Постой! Шип не доверяет Шипу? Корт! Не потому ли нас так мало, что мы одиночки?

– Что ж еще? Ты предупредила меня – и спасибо.

– Я хочу и дальше тебе помогать.

– Как?

Майя пожала плечами:

– Да мало ли чего нужно будет сделать? Позволь мне лишь быть рядом…

– Чтоб вы опять душили друг друга? – хмыкнул убийца.

– Теперь, когда я многое знаю, этого не будет, – улыбнулась ему рыжая, а надувшейся Авроре ну очень не понравилась ее улыбка.

* * *

Они двигались быстро, производя ровно столько шума, сколько позволяет себе легкий порыв ветра, не больше: чуть качнулись нежные ветви молодой рябины, чуть задрожали круглые листья осины. Впереди шел Корт, неуловимо избегая еловых и сосновых лап, нависавших над чуть приметной тропой. Следом рысил кошак Или с притихшей Авророй и с дорожными сумками на спине. Замыкала движение рыжая Майя. И она не просто шла – она несла тлеющие пучки травы изнич. Их чуть слышный дым должен был глушить запахи, которые оставлял небольшой и довольно необычный отряд.

Они двигались на восток. За Ольховые холмы, в Мирму.

– В Мирме нам будет спокойно, – так сказал Корт Авроре, когда они, на ночь глядя, покидали Ламдол.

Про Мирму Аврора читала.

Огромная хмурая пуща, в которой водились древние ужасы: змееголовые собаки, черные тигры, гигантские бескрылые птицы, бегающие быстрее лошадей, и прочие страсти. Туда не всякий опытный охотник или воин решался заворачивать. Когда-то в Мирме без следа пропал большой отряд мечников и лучников императора Исидора.

– В Мирме?! Спокойно?! – возопила Аврора, услыхав, в какое зловещее место они отправляются.

– Уж поспокойней, чем во владениях твоего батюшки, – с ехидцей заметила Майя, помогавшая Корту собирать провизию в мешки.

Убийца нахмурил брови на рыжую, и она смолкла. Затем молодой человек посмотрел на Аврору. Взглядом, в котором неожиданно скользнуло что-то, очень похожее на сострадание, и шепнул девушке:

– Повторюсь: только слово – и ты будешь дома.

– О нет! – выдохнула та. – Опя-аать?!

– Как знаешь, лапа. Но ты решилась идти со мной, а я иду в Мирму, – тряхнул головой убийца.

– Мы. Мы идем в Мирму, – поправила его Майя.

Аврора скрипнула зубами и сказала, зло посмотрев на рыжую:

– Замечательно! Будет весело!

– Очень весело, – с улыбкой, похожей на звериный оскал, пообещала Майя.

И вот они пустились на восток. В те земли, про которые отец Авроры до сих пор, после семи лет бесконечных войн за территории, не мог сказать «мои владения». Восток был дик и дремуч, темен и яростен. Туда бежали все те, кто не желал признавать власти лорда Исидора. Но бежали не за свободой и спасением – восток не обещал им спокойной и мирной жизни. Желавшие свободы бежали в хмурые пущи и ненасытные болота Мирмы, чтоб погибнуть свободными. Уж это злой восток мог им дать от щедрот своих.

И Аврора стала догадываться, кто такие Шипы.

Один из народов, не покорившихся ее отцу. Она читала в книгах о племени Лираев, которое отказалось принять у себя герольдов Исидора и было сожжено его дружиною на собственных пшеничных полях. Читала и про народ Елай, что жил на берегах Серебряных озер, совсем недалеко от того места, где теперь высился императорский Синий дворец. Елай тоже не сразу покорились – воевали за свои воды и отмели с Западным Топором (так они называли Исидора и его войско). Но силы были неравны. Да и не славились никогда длинноволосые Елай боевым искусством. Многие из них погибли, а те, что остались, ушли на восток, а перед уходом сожгли все свои лодки, плоты и причалы. Надолго пропали с Серебряных озер рыбацкие плоскодонки.

Но про Шипов Аврора не читала. И не слыхала. Однако, надеялась услышать. Она чувствовала, что все сильней и сильней лепится к Корту, и правильно предполагала, что с ним происходит что-то похожее. Этому были доказательства. Например – набор новеньких блестящих мальков в новенькой же перевязи. Его Корт, как и обещал, принес от кузнеца и вручил наследнице престола. И посоветовал чаще тренироваться.

– Чтоб мне за тебя лишний раз не волноваться, лапа, – так сказал, улыбаясь.

И Аврора, радостно прилаживая перевязь на плечо, вдруг поймала себя на том, что ни один подарок в своей жизни она не привечала с таким восторгом, как эти десять ножей-мальков от убийцы Корта…

* * *

На привал Шипы и наследница престола остановились у огромного черного камня, на который снизу наползали пятна бурого мха. Было далеко за полдень, парило, пахло грозой.

Или фыркнул и вскинул крупом, призывая Аврору оставить его спину. Как только девушка спрыгнула в траву, обеспокоив двух изумрудных ящериц, гревшихся на небольшом валуне у подножия камня-великана, кошак зевнул, потянулся и совершил потрясающий прыжок куда-то в соседний молодой ельник.

– Охота, – пояснил Корт, заметив вопрос в глазах девушки. – Любую свободную минуту он использует, чтоб найти что-нибудь для своего живота. Уж таков он, наш Или.

«Наш, – подумала Аврора. – Значит, и мой тоже». Ей все больше и больше нравилась компания наемного убийцы. Даже на Майю она смотрела без прежней злобы.

– Но нам тоже не помешает подкрепиться, – продолжил молодой человек и взялся разбирать сумку с провиантом.

Он успел достать лишь каравай хлеба. Положил его на разосланное полотенце и тут же замер. Застыл, будто его в один миг приморозило. Так же повела себя и Майя: оцепенела с поднесенной к губам фляжкой.

– Слышь? – через минуту спросила рыжая, медленно опуская руку.

Корт не ответил – лишь кивнул и перебросил Авроре сумку. Та поймала, все еще ничего не соображая. Из ельника появилась голова Или. Он что-то обеспокоено фыркнул.

– Майя, бери лапу и уходите, как можно дальше, – приказал он. – Я встречу их. Увидимся на Березовом кресте.

– Крест? Что за крест? – не удержалась от вопроса Аврора (ей так хотелось хоть что-то понять).

– Один наш знакомый перекресток, – пояснил Корт. – Не бойся. Майе вполне можно доверять, – при этих словах он пристально посмотрел на рыжую – та ответила энергичным и утвердительным кивком.

– А кого ты собрался встречать? – продолжала интересоваться юная леди.

– Пафарийцев, – без лишних обиняков ответил убийца. – Ремея, Адея и Мара. Так их вроде зовут, – перечисляя имена императорских ищеек, Корт проверил крепеж своих напульсников и выдернул из перевязи два малька: по одному в каждую руку. – Пожелайте мне удачи, девочки.