Анастасия Вихарева - Всей нечисти Нечисть...

-- А ты попроси помощи, чай, язык не отвалится, -- посоветовал водяной. -- А мы поможем, мы гордые, но по-своему, по-смешливому...

-- Ну, так помогите! -- добросердечно попросил Его Величество, сообразив, что если люди в землю повалят, им будет несложно узнать о каждом шаге врага. Наверное, это был лучший способ открыть землю и распять ее. -- Я заплачу! -- пообещал он.

Водяной сунул пальцы в рот и свистнул, да так громко, позавидовал бы соловей-разбойник. И почти в ту же секунду на поляну прибежали два коня -- черный, как смоль, и белый, как снег.

Его Величество не удержался и встал, схватившись за сердце. Таких коней он сроду не видел. Каждый конь в чистом золоте стоил столько, сколько бы весил сам. Конские шелковые гривы развивались на легком ветерке, разлетаясь кудрями в разные стороны, хвосты стелились по земле, поджарые, мускулистые, холеные...

-- Откуда?! -- Его Величество почувствовал, как сдавила его тяжесть со всех сторон, и перехватило дыхание. Вот бы ему таких -- он на черном, а Ее Величество на белом... -- и все шейхи с их черным золотом лягут к ногам... -- Откуда?! -- сдавлено прошептал он, осипшим голосом.

Водяной конями не гордился. Смотрел на них недовольно и с разочарованием. Он закусил губу и сразу стал каким-то виноватым.

-- Кони так себе... Были бы кони, а эти... -- он махнул рукой, будто тяготился ими. -- Маня подгадала мне сундук с копеечной ломаной монетой. Половину я озерным проиграл, с вечера сели играть -- а спохватился, другой вечер... Стыдно стало, ведь за подарками приехал... Дык, закрыли ярмарку уже, а до следующей год жди! По остаткам прошел. Стыдно-то, стыдно как! И дочки ругают... -- сдавлено заголосил водяной. -- Я и так, и эдак мерил... Скройся с глаз, мука моя беспросветная! -- крикнул он коням, и те как сквозь землю провалились, в миг оказавшись на опушке поодаль. -- Послали мы к морской сирене записочку, обещала караваном прислать к следующему лету серебряного, с золотою гривою, но заломила цену, как басурмане не запрашивают. Пришлось выложить могильную землицу и гробик с мертвецом...

Его Величество покосился на водяного: врет, не врет -- цену набивает? И сразу понял -- не врет. Кряжистый смотрел на коней не лучше, и тоже повинил водяного, грозно нависнув над ним.

-- Тебя за чем послали, черт плешивый? Умный разве конь, если в стоиле стоял?

-- Да понял я, понял! -- сжался водяной, втянув голову в плечи. -- Где табунькового было взять?! Их пригнали, выпустили, да еще рака поставили, чтоб свистнул...

-- И за прялку спасибо! -- еще грубее зашумел кряжистый. -- Не нитку прядет, а веревки! Вот, на, смотри! -- Кряжистый достал золотой клубок и сунул в руку водяному.

Водяной вытянул нить, не толще волоса, повертел ее и так, и эдак, и тут же изменился в лице.

-- Убббью! -- прорычал он, погрозив кому-то кулаком. -- Подсунули! Ей Богу, подсунули! -- залебезил он перед кряжистым, виновато ссутулившись, глаза его забегали.

-- На кон поставь в следующий раз, -- посоветовал кряжистый, протягивая водяному веретешко, с широкой изрезанной извилинами шишечкой на конце, в которой были пробиты две дырочки. -- Тебе за нее кто хошь, что хошь проиграет...

Водяной поставил веретешко на палец, и веретешко завертелось...

Через минуту оно наполовину заполнилось серебристой пряжей. У Его Величества закружилась голова, и отчего-то по лицу потекли слезы, стало так обидно на жизнь, за коней, за землю эту богатую, в которой вампирам места не нашлось...

Водяной, заметив, что Его Величество плачет, остановил веретешко, пытливо заглянул в глаза.

-- Да, не забирает серединочку и с одного боку... -- разочарованно выдохнул он, отворачиваясь. -- Может, старику ее? -- предложил водяной кряжистому. -- Ему в самый раз...

-- Ну... -- подумал кряжистый. -- Ему, пожалуй, можно... С одного боку попрядет, с другого... На одежу нитка не получится, но на мешковину сойдет...

-- А этих? -- Его величество кивнул в сторону коней. У него совсем отвалилась челюсть когда он потрогал нить клубка, которую водяной положил на стол. В платья из материала с такими нитями в пору лишь царям одеваться. Он решительно не понимал, с чего эти двое решили облагодетельствовать проклятую и старика. Он перевел взгляд на коней. -- Это... охрану бы им приставить. А этих, что же, продавать?

Водяной посмотрел на него, как на чокнутого.

-- Да кто ж их купит? Тоже старику отдам, а то он все пешком, да пешком. Может, оно и не быстрее, но ноги не устают.

-- А мне не продашь? Я золотом... золотом заплачу! Называй цену! -- торопливо предложил Его Величество, почувствовав, как предательски нервно задрожали руки.

-- Да какое золото! -- скривился водяной. -- У меня дна не видно под золотом. Забери даром, если справиться сумеешь! От позора избавишь!

-- А если обоих словлю! -- осмелел Его Величество.

-- Да обоих и забери, -- согласился водяной. -- Могу и подсадить, если не боишься!

-- Без узды? -- засомневался Его Величество.

-- Ванька мог. Без узды как-то раз ускакал коня. И другие богатыри удержались. Но тебе так и быть, дам и уздечку. В сарае висят, возьми любую.

"Проведет, -- подумал Его Величество, засомневавшись. -- Подсунет рваную, а потом скажет, что это я коня не удержал" Но зашел в сарай. Там висели уздечки одна другой не лучше. Такой рванью коня не удержать. Он недовольно поморщился, вспоминая свою конюшню и коней. Если бы такого коня в табун пустить, через пару лет можно по царству в год выкупать...

-- Ты мне крепкую дай! -- он вернулся к водяному и попросил, засмотревшись на коней. -- Вот моя бы была! -- произнес он мечтательно.

-- Пусть будет твоя, -- согласился водяной. -- Есть ли у тебя такая, с отметиной, а то скажешь потом, что не твоя!

-- Есть! -- радостно воскликнул Его Величество, припомнив, что была у него узда коню под стать. Вся золотом изукрашена, камнями самоцветными, кожа крученая, сталь -- самая булатная. -- Но она у меня в сейфе, -- покраснел Его Величество, вспомнив, что именно этой уздой правила Ее Величество им самим, когда накладывали на него обязательство потакать жене и выполнять все ее капризы. Он покраснел, вспоминая. А досталась узда ему от Бабы Яги в подарок на приданое. И с самой их вампирской свадебки не забывали о ней, изредка добывая, чтобы провести обряд очищения.

-- А сейф в синей комнате, с черными бордюрами... -- посмотрел куда-то вдаль водяной. -- Это кто ж такую красоту учинил? Но условие, если коня не удержишь, ты узду мне оставишь. Я бы тоже не отказался царскую узду иметь. Самая, что ни на есть крепкая узда.

-- Согласен! -- ударили по рукам.

-- Изволь! -- Водяной протянул ему узду. -- Эта?

-- Она самая... -- растерялся Его Величество. -- Вы что же, можете...

-- Да не вором ли обозвать меня собрался? -- водяной протянул за уздой руку. -- Я назад ее верну. А про инцидент забудем.