Александр Плахотин - Тролль Ее Величества

— Вот-вот, тоже мне друзья называются, — наматывая полотенце на руку, пробурчала мамуля. — Жили-были, не тужили, а как беда в крышу постучалась, о моем сынульке вспомнили.

— Не совсем так, сударыня, мы в этом городе по поручению. По своим делам, так сказать. А к Лукке чисто с дружеским визитом.

— Ночью?!

— Как приехали… — морщась от боли, подошел Куп.

— А чего через забор полезли? Поубивать же могли!

— Так поздно ведь. Стучаться неудобно — вдруг соседей разбудим, да и Лукка мог быть не один, — продолжал эльф.

— А С КЕМ ЭТО ОН МОГ БЫ БЫТЬ, А?!! — уперла руки в бока троллина, поворачиваясь ко мне. — Это ж с какой-такой-этакой тебя могли застать? Или уже заставали? Имя? Фамилия? Кто родители? Какое положение? Что умеет? Каково приданое? Куда сватов присылать? И ПОЧЕМУ МОЛЧАЛИ И МНЕ НЕ ДОЛОЖИЛИ!!!

Эльф быстро водил глазами по нам с мамулей, явно не понимая или не желая понимать, о чем именно идет речь.

Честное слово, у меня голова закружилась! С одной стороны — мамочка со своими делами, с другой — ребята, не только пришедшие в гости (такой толпой только на разборки ходят!), но и со своими проблемами, а они, то есть проблемы, то… вот… и… ну.. — слова кончились…

Я нашел самый простой, а главное, верный способ разрешить все вопросы.

— ВСЕМ СПАТЬ! ВСЕ ЗАВТРА!!! — Даже у мамули после такого ора не было желания что-то уточнять или переспрашивать.

Вот что значит родня! С полуслова понимаем друг друга!

В первый раз в жизни у меня раскалывалась голова не от похмелья, а от всего того, что на меня свалилось.

Сначала в мой сон ворвалась (кто бы сомневался!) мамуля.

— Доброе утро, сыночек, — приветливо улыбнулась троллина, заботливо стаскивая с меня одеяло. — Надеюсь, ты прекрасно выспался, а главное, отчетливо помнишь, что было вчера? А если так, то, надеюсь, удосужишься сказать мне, кто она такая?

— Она, это кто? — В утреннем забытьи я попытался ухватиться за край уносимого одеяла, одновременно зарываясь под подушку.

— Ой, Лукка, только не надо мне морочить спозаранку голову. Сегодня ночью я отчетливо слышала, что у тебя есть девушка, на которую ты положил глаз с явной мыслью на ней жениться. Так что не надо прямо с утра расстраивать мамочку своими детскими тайнами. Будь любезен, скажи мне прямо: кто она и так далее.

— Ты о чем, ма? — завернулся я в простыню.

— Как о чем?! — Меня развернуло и вывалило пол одним рывком. — О твоем будущем, конечно! И, соответственно, о будущем твоего брата Дуди, который, кстати, очухался только сегодня утром. А еще о чести твоей семьи, ибо от твоего выбора зависит, что о нас скажут соседи и наши родственники вплоть до Сосновых Островов.

— Это у которых мы были в гостях пять лет назад, добираясь до них целых полгода?

— Да!

— Понимаю… — Я сдался и, встав с кровати, правда, с закрытыми глазами, пошел искать на ощупь умывальник.

— Вот и отлично! — встрепенулась мамуля. — Думаю, что шестой день следующей недели подойдет! За это время я успею прикупить все, что надо, для стола и помолвки.

— Какой помолвки? С кем? — окончательно проснулся я, наступив голой пяткой на выставленный хвост устроившегося под кроватью кошака, который вернулся перед рассветом. Мурлыка взвыл дурным голосом и дал деру в вывороченное окно.

— Милый, — елейно пропела мамуля, — я понимаю твою юношескую скромность (когда-то даже я ею обладала), но только не надо обманывать маму. Вчера от твоих друзей я отчетливо слышала, что у тебя есть девушка, которую ты по непонятным для меня причинам скрываешь от своей родни.

— Стоп! Подожди, ма! — Разлепив глаза, я плеснул в них холодной воды. — Здесь какая-то путаница! Вчера никто даже не произнес слова «девушка», и уж точно слова «моя». Кроме тебя самой, разумеется!

— Лукка! — Троллина начала потихоньку дымиться. — Я слышала то, что слышала. И поняла так, как поняла. Остальное — твои несмышленые домыслы и неуклюжие попытки скрыть свою личную жизнь от глаз и ушей семьи. Для меня это все настолько непонятно, что я больше не намерена слушать далее твои россказни и придумки! Через одиннадцать дней изволь предоставить мне мою невестку или можешь убираться на все четыре стороны из этого дома!

— Но… это мой дом… мама…

— Тем более! — Дверь хлопнула за мамулей с такой силой, что вернувшаяся было киса слетела с подоконника обратно во двор.

— Что, дружище, проблемы? — подсел ко мне во дворе эльф.

— А когда их у меня не было? — прогнусавил я в ответ, безуспешно пытаясь заставить кошечку свернуться калачиком на моих коленях.

— Помощь нужна? — Куп игриво ткнул пальцем рыженькой в животик.

— Ну, если ты умудришься за одиннадцать дней найти мне более-менее подходящую для женитьбы дивчину, я буду тебе очень признателен!

— Ты серьезно?.. — недоверчиво протянул старый Друг. — Я в том смысле, что все именно так серьезно?

— Увы, да. — Я, отпустив кошку, лег спиной на забор. — Понимаешь ли, в чем проблема. Не знаю, у кого как, но у нашего племени, пока старший врат не женится, младший даже не смеет думать о создании семьи. А тут моему братцу просто приспичило запрячься в семейный хомут. Вот мамуля с Дуди и пожаловали ко мне, чтобы я дал свой положительный ответ.

— А чего они вдруг так засуетились? Родовой обет женитьбы? Горячая любовь? Или просто элементарно залетели?

— Вряд ли… — протянул я, пытаясь понять кое-что из услышанного. — Летать мой братец не умел сроду, если не считать одного раза, когда под ним обломился сук дуба, куда он полез за диким медом. Представители рода моего ни с кем никогда не обедали так, чтобы в конце попойки дело дошло до женитьбы. Думаю, просто мамуле надоело без повода лазить к женушке нашего соседа — Норума-Страшилы. Вот женщины и нашли способ видеться чаще — поженить своих отпрысков, то есть Дуди с этой… Аггаззой. — Я невольно и от всей души рассмеялся. — Парочка будет еще та — братца моего ты уже видел. Хоть он и мой кровный родственник, но давай смотреть правде в глаза. Он младше меня всего на полгода, а…

— На полгода? — встрепенулся Куп.

— Да. А что здесь такого? В наших краях редко задумываются над сроками продолжения рода. Так вот. Он младше меня всего на полгода и довольно крупнее меня, но… — здесь я зашептал на ухо эльфу то, о чем не стоит говорить вслух, — но он такая бестолочь, что я иногда чувствую себя дедом Архи, чьи седины решили обрести покой в нашей Вечной Долине.

Куп от души расхохотался.

— Тише, — пнул я его ногой, — народ разбудишь. А сама Аггазза… — я снова перешел на шепот. — Bозьми меня. Потом еще одного меня. Сложи. И добавь еще полменя. И мозги Дуди. Как тебе это?

Эльф зашелся беззвучным хохотом, склонившись над своими коленями. Наконец, вдоволь насмеявшись и вытерев слезы, он в свою очередь наклонился ко мне.