Джулс Бичем - Узор Судьбы (СИ)

   С его лица сбежала улыбка. Мужчина заговорил ясным голосом, пронизывающим настолько глубоко, словно его звук отражался от стен и проникал в каждую клеточку.

   - Жизнь одного из тысяч, существующих, а не живущих, чего она стоит? Сожаление лишь впустую сжигает тебя, туманя разум и позволяя попусту растратить силу, которую я вижу в тебе. Не жалей о том, что сделано. И не позволяй себе строить мечты о несбывшемся.

   Слова падали звонко и ясно, как капли дождя, наполняя вязкую тишину камеры силой, гудящей в воздухе и раздвигающей стены. Словно кроме них двоих была только пустота, тишина и этот голос.

   - Я предлагаю тебе дорогу, на которую ты уже сам ступил. Эта дорога, где торжествует сила и ум. И ты - хозяин своей жизни. Ты, ставший для всех изгоем и отбросом, можешь стать владельцем их пустых жизней и душ. Не этого ли ты хочешь? Ты слишком умён и горд, чтобы быть одним из серой толпы.

   - Кто Вы? - повторил заключенный. Мужчина снова улыбнулся.

   - Просто лицо, заинтересованное помочь тебе.

   Райз молчал, раздумывая над услышанным. Его собеседник тоже молчал, ожидая. Он выглядел так, словно мог вот так, неподвижно ожидать ответа не один час.

   - Тебе кажется, что выхода нет, что всё законченно. Я могу дать тебе этот выход. Загляни в себя и подумай - чего ты хочешь? Оставаться безымянным заключенным, чья жизнь уже почти завершена, или взять судьбу в свои руки?

   Откуда этот незнакомец столько знает? Этот вопрос казался важным, но не настолько, чтобы тратить время на него. В камере воцарились вечерние тени, а за окном сумерки окончательно взяли верх над последними сопротивлениями остатков дневного света.

   - Если я соглашусь, что я буду должен Вам? - Райз поднял на мужчину взгляд.

   - Ничего. Напротив, я даже помогу тебе, осуществлю то, чего ты хочешь. Ты должен только сделать выбор.

   В улыбке мужчины пряталось нечто, говорившее, что он знает, чего хочет Райз. И сейчас, когда тому предлагали шанс, он не собирался играть в прятки:

   - Если так, то я буду делать всё, что вам понадобится.

   - Даже если за это тебе придется заплатить своей жизнью?

   Вся жизнь Райза была сплошной борьбой за выживание. Но, то, что он хотел, стоило гораздо больше, и он не сомневался, что такая вероятная цена не будет слишком высокой.

   - Да.

   Мужчина чуть прикрыл глаза, словно скрепляя сказанное.

   - Ты - мудрый мальчик.

   Затем, словно он находился не в камере, а на прогулке в парке, развернулся и неторопливо пошел к выходу.

   - Подождите! - крикнул Райз, когда мужчина отворил дверь, - Почему я?

   Тот замедлил шаг и полуобернулся, улыбаясь.

   - Твое имя означает восход. А я люблю восходы.

   Всё началось с маленькой искры. Один неисправный провод, подчиняясь этой искре, медленно превращался в бикфордов шнур, передавая её дальше, вверх и вниз. Всего лишь получаса было достаточно, чтобы этажи затянуло едким дымом, а пламя начало кое-где пожирать доступное ему оборудование и всё смелей лизать стены. Здание тонуло в нарастающем хаосе криков людей и шуме пожарной сигнализации, набиравшем силу гудении пламени и грохоте падающих предметов. Каждый рвался спасти свою жизнь, и места для помощи другим почти не оставалось.

   С пригорка, расположенного недалеко от комплекса тюремных зданий, было видно в ночи, как пламя прорывается в окна. Кое-где мельтешили маленькие фигурки людей, пытавшихся сбить огонь или выбраться. Ревела сирена подъезжающих пожарных расчетов. Чернота ночи сплеталась с пламенем, и в опрокинутом небе отражались бурые отблески, старавшиеся дотянуться куда-то вверх.

   Полуденные новости не были интересными, и Джил, приглушив звук телевизора, вернулась к горе вещей, которые было нужно разложить в шкафу. Выходной день казался безумно коротким, и успеть переделать все дела было просто невозможно.

   Складывая свитер, она бесцельно обернулась и уловила что-то изменившееся на экране. Повернувшись одним движением, Джил опустилась на теплый паркет, нащупала пульт и прибавила звук. Картины на экране сменяли одна другую, но её мозг как-то замкнуло на одном кадре, в котором огонь отражался в густой, вязкой темноте ночи. Блок, в котором содержался один из неизвестных толком никому людей, но хорошо знакомый Джил, был почти наполовину уничтожен пожаром. Около пятнадцати заключенных погибли в огне или задохнулись в дыму.

   Этот огонь преследовал её. Он вырывался из струй горячей воды в душе. Он тоненько свистел в песенке чайника. Он лизал её ноги шерстью пушистого пледа. И Джил вскакивала в холодном поту, выпрыгивая из этих языков пламени, чтобы наяву в голове начинала безостановочно звенеть мысль, что она так и не успела приехать к Райзу. Не успела сказать, что не забывает его, несмотря ни на что. Джил просто хотела сдать ещё пару семинаров, ещё немного поработать вечерами и набрать достаточно денег, чтобы поехать к нему, не посвящая в свои планы родителей. Она просто хотела доделать что-то, но не успела сделать самое важное тому, кто теперь стал одной из никому неизвестных могил на тюремном кладбище.

   Раньше Джил верила в справедливость, но теперь поняла, что даже вера не спасает мир. Потому, что всё хорошее в нём обречено на смерть и забвение, а если хочется выжить и не быть смятым несправедливостью, то лучше всего забыть о том, что можно чувствовать, страдать, надеяться или верить. В темноте помогает только ещё большая тьма. Она заставляет других бояться её, а самого себя - больше не страдать.

   Глава 6

   Холодящие снежинки падали на проходивших людей редкими звездами. Обычный рабочий день в середине недели был спокойным, лишенным хлопот и обещал не задерживать не работе долго. На ходу поправляя шапку, грозившую съехать с головы, Джил шагала по улице. Она успела перекусить в перерыв, и тепло горячего кофе разливалось по телу, противостоя небольшому морозцу. Прохожие тесной толпой спешили по своим делам, и требовалось немало сил, чтобы суметь проскользнуть между ними и не затеряться. Мягкая зима никогда не опускалась здесь до сильных морозов, и Джил порой скучала по ясным зимним дням, в которые мороз пробирал до костей и превращал воздух в тонкое стекло.

   Самым сложным участком был перекресток, где люди неожиданно выворачивали из-за угла и порой сталкивались друг другом. Многоязычная толпа местных жителей и туристов, наводнивших улицы, бесконтрольно торопилась по своим делам. Джил оглянулась на светофоры, рассчитывая - успеет ли перейти дорогу, и в тот же момент прямо на неё выскочила парочка шумных студентов. Еле увернувшись от столкновения, она боком прошла мимо них и снова поправила вязанную шапку, окончательно съехавшую на затылок. Загорелся зеленый сигнал светофора, и толпа хлынула на переход, унося с собой Джил.