Богдан Дорошин - Путем неизбежности

— Садись, дружище, — нарочито радостно приветствовал меня Квинсий. — Я тебе место занял. А вот твои денежки…

Он подвинул ко мне часть монет из своей кучи, явно стараясь меня подкупить. Глупая попытка, но если нашего свидетеля прирежут и окажется, что я был рядом и не помог, то меня уж точно ждет эшафот.

— Только недолго, — нехотя согласился я, присев рядом с алхимиком. — Во что играем?

— В три листа. С правилами знаком?

— Смутно.

— Сдается по три карты, каждая карта имеет свой номинал, — стал мне объяснять один из матросов, слегка расстроенный тем, что в игру вмешался новый игрок. Появление Ловца свело на нет их планы выбить дурь из предполагаемого шулера. — Кон ставится до дачи. Получив карты, начинай торговлю или пасуй. Очки считают по числу карт одной масти…

— Ну мы даем, а? — обрадованный Квинсий подтолкнул меня локтем под ребра. — Обыграли этих простаков в два счете! Смотри сколько монет!

Он потряс завязанным мешочком, в котором позвякивало серебро и медь. Хитрый алхимик действительно оказался тем еще мухлевщиком, хоть его ни разу и не поймали. Он давал своим оппонентам выигрывать, а когда те входили в азарт, шел ва-банк, предварительно подсчитав карты, и лишал их месячного жалования. Заметь матросы, что я едва держусь на ногах, то как пить дать проломили бы обоим черепа.

— Ты и меня обыграл, — напомнил я.

— Да ладно тебе, — отмахнулся Квинсий. — Выигрыш пополам, идет?

— С чего это ты такой щедрый?

— Настроение хорошее, под погоду, — улыбнулся алхимик, а потом добавил, поясняя: — Люблю грозу.

В иллюминаторы бились капли дождя, а молнии сверкали все отчетливей, освещая черное небо. Раскаты грома играли на нервах, и судя по всеобщему настроению, не только на моих. Большинство матросов выглядели напряженными. В этих местах на их памяти таких бурь еще не случалось.

Но «Ветер» на удивление шел ровно и быстро, приближаясь к Осдору, крупному городу на северо-западной границе. Мое образование позволяло сказать многое об этом населенном пункте, но в основном мои знания касались лишь технической стороны вопроса: оборонных структур, гарнизона, политического устройства, количества населения. Как выглядит сам город, кто в нем обитает и что в нем есть интересного, я не знал.

— Кстати, — произнес Квинсий, прежде чем мы разошлись в разные стороны по своим каютам. — Выглядишь ты плоховато, но у меня для тебя кое-что есть.

— И что же?

— Одно зелье. Или ты забыл, что я алхимик?

— Мне казалось ты только ученик.

— Это не важно, — буркнул парень. — Подожди здесь, я сейчас вернусь.

Мне не куда было спешить. Я остался в коридоре, который качался все сильнее и сильнее. Масляные лампы экипаж давно потушил — не хватало им еще пожара, но Ловцы натренированы видеть и в темноте. Конечно, не так хорошо как многие хищники и кошки, но чтобы разглядеть перед собой дорогу, остроты зрения нам хватает. При этом как ориентировался в этой непроглядной темноте Квинсий, понять было трудно. Наверняка нахлебался каких-то настоек, которые и помогали ему мухлевать при игре в карты.

Алхимик вернулся довольно скоро и с самодовольной улыбкой вручил мне теплый бутыль. У меня тут же зародилось подозрение, что алхимик туда только что облегчился и решил надо мною подшутить, но приглядевшись, я понял, что жидкость плескавшаяся в бутылке имеет цвет крови и с мочой не имеет ничего общего.

— Пей осторожно, — предупредил Квинсий. — Шесть неполных глотков на ночь и еще девять утром.

— И все?

— Будешь здоров как бык, — пообещал парень. — Правда голова может кружиться, да и со стулом проблемы… могут быть. Не знаю. Все зависит от особенностей организма.

Сказав эти слова, он скрылся в темноте, ни разу не зацепив плечом стену или переборку. Точно кошка, подумалось мне, и побрел в свою каюту. Перед тем как лечь спать, я расправил смятую постель и, откупорив бутылку с зельем, сделал ровно шесть глотков.

Субстанция оказалась тягучей и довольно приятной на вкус. В Цитадели меня не раз отпаивали подобными зельями, поднимавшими тонус и восстанавливающими баланс внутренней энергии. Но получить такой подарок от малознакомого человека было удивительно. Быть может он таким образом отблагодарил меня за сегодняшнюю игру в карты?

Не успел я додумать эту мысль, как дыхательные пути перехватило судорогой. Воздух перестал поступать в легкие. Я схватился за горло, раздирая его до крови, но глотнуть живительного кислорода не смог. Последним усилием, я взглянул внутренним зрением на бутыль с зельем, которое мерцало ярко-желтым цветом. Ни одного темного пятнышка, ничего, что могло вызвать подозрения.

Сделав несколько шагов к двери, мои ноги подкосились, и я свалился на пол, в довершение ударившись головой о косяк. Моя почерневшая рука, неожиданно ожившая, так и не смогла дотянуться к рукояти хайкеля.

Глава IV

— Он мертв, сударыня, — произнес корабельный лекарь. — Пульса нет, дыхания тоже.

В каюте старшего ученика Сирила Сафэра находилось несколько людей, среди которых была и его наставница Кэролайн. Высокая женщина с повязкой на оба глаза стояла неподвижно, в то время как лекарь и старпом увлеченно обследовали место смерти.

— Причина? — сухо произнесла магистр.

— Хаос его знает, — без затей ответил лекарь. — У него такой взгляд, будто бы он задохнулся, но вот здесь, — он указал пальцем на окровавленную голову, — есть небольшая ранка. С виду несерьезная, но мог пострадать мозг.

— Вы хотите сказать: он оступился, ударился головой и умер? — со злой иронией задала вопрос Кэрол. — Слабо верится. Сирил хоть и был чересчур самонадеянным, но до такого бы вряд ли докатился.

— Правду расскажет вскрытие, — пожал плечами старпом, а потом разгладил свои пышные усы. — В Осдоре много хороших специалистов. Можете даже обратится к кому-то из ваших. В городе есть филиал ордена Ловцов. Но если честно… парень выглядел нездорово уже когда поднимался на борт.

— Обязательно, — челюсти Кэролайн свело судорогой. — Но до тех пор, никто не покинет этот корабль. Это ясно, хаос вас задери?

— Боюсь… боюсь ничего не получится, сударыня, — огорченно вздохнул старпом и прежде чем в его сторону польются угрозы, объяснил: — Мы едва обгоняем шторм. Оставаться на борту будет опасно. Во скольких бы передрягах не побывал наш «Ветер», но рисковать экипажем из-за простых подозрений…

Кэролайн промолчала, так как лишние слова не привнесли бы в ситуацию ничего нового. Статуей она стояла у койки с телом, и окружающим казалось, будто бы она даже не дышит. Вскоре все, кто присутствовал, и чья роль была исполнена, стали бочком протискиваться к двери. Последним тесную каюту покинул лекарь, чье заключение гласило, что парень погиб около двенадцати-четырнадцати часов назад.