Рон Криннит - Лунная Тень

Откашлявшись, Карви хотел уже было что-то сказать, но синяя пони его перебила. «Ой, милая, я так за тебя рада! — закричала она, подбегая к единорогу, и быстро прошептала, — Молчи!»

— Куна, это Карви Вуд, его надо расчесать, чтобы на работе не ругали.

— Конечно, заходи, красавчик!

Пройдя в заднюю комнату, он обнажил гриву и сел, повесив голову. Расчесывая его щеткой, Куна весело фыркала и, наконец, рассмеялась.

— Конечно, я рада за Дитзи, что она, наконец, встретила своего жеребца, — тихонько сказала она отсмеявшись. — Но как так получилось, что им оказался именно ты! Ты правда ее любишь?

— Это теперь уже неважно, — грустно ответил Карви. — Я должен жениться на тебе.

— Ничего не должен, Чудинка мне как сестра, я бы ни за что не стала бы отбивать у нее жеребца.

— Но ведь мы с тобой уже... у нас было...

— Не было!

— Что?! — воскликнул единорог.

— Тише! Не было ничего. Я тебя обманула. Ты разве не знал, что кобылки — страшно коварные существа?

— Но тогда... но зачем... ну ты... — он стал от возмущения заикаться.

— Да, мы чуть пообнимались, и ты задрых так, что было не растолкать.

— Фух, — Карви весь обмяк от облегчения. — А как вы с ней подружились?

— Так мы же в одном классе учились!

— Что?! — он опять вскочил от удивления. — Ты была в школе для... э-э-э... особенных жеребят?

— Ну, Дитзи, ну трепло! — возмутилась Куна. — Все разболтала!

— А из-за чего тебя...

— Никогда, слышишь, даже не пытайся выяснить! — в голосе синей пони звучала неподдельная угроза. — И вот еще что, если ты разобьешь ее сердце и заставишь страдать, я лично откушу тебе уши!

— Понял, я правда люблю Дитзи, на счет этого можешь не волноваться.

— И будь понежнее. Вчера ты слишком быстро взял ее в оборот. Я весь вечер бедняжку успокаивала. Вы, кстати, всего на пару минут разминулись, — Куна опять зафыркала от сдерживаемого смеха.

Она закончила наводить на единорога лоск, и он оделся.

— Заглядывай, красавчик, — сказала напоследок Ракуна и куснула его за ушко. При этом она сжала зубки чуть сильнее, чем обычно принято, напоминая о своем обещании.

Выйдя из задней комнаты, Карви улыбался, сияя, как новенькая монетка. На душе опять было легко и спокойно. Дитзи, глянув на него с надеждой, тоже невольно улыбнулась.

— Ты хотел в чем-то признаться, — осторожно напомнила Дитзи, когда они уже шли по улице.

— Нет, то есть да! Это я во всем виноват, прости, что доставляю тебе столько переживаний! — ответил Карви. — В общем, все ерунда, главное, что я тебя очень-очень-невероятно-сильно люблю!

— А я тебя очень люблю! — мордочка пегасочки посветлела и в походке появилась прежняя легкость. — Значит вечером мы...

— Ой, прости, совсем забыл, вечером я обещал встретится с друзьями.

— А мне с вами нельзя?

— К сожалению, у нас будет чисто жеребцовая компания.

— Ты точно на меня больше не сердишься?

— Не-не-не-не-не! — он остановился и обнял подругу. — Мы, вроде бы, договорились на завтра?

— Да, конечно, тогда завтра поедем!

— Где встретимся?

— В девять утра отходит воздушный шар, давай там без десяти?

— Договорились. А ты что, тоже будешь на шаре? — удивился Карви.

— Ну, мне-то зачем? — рассмеялась Дитзи. — Я рядом полечу!

Остатки неловкости растаяли, как снег на весеннем солнце, и пони весело поскакали рысцой в сторону замка.

После работы, пробежавшись до дома, Карви Вуд зашел в свою каморку. Внутри, вертя в копытах резную брошку, его дожидался Понифаций.

— Клевая штука! — одобрил земнопони. — Это ж красное дерево? За писят рыжиков могу толкнуть.

— Нет, это подарок, — мотнул головой Карви.

— Своей фифе? — хмыкнул Фаций. — Вы ж полаялись вроде, а не жирно будет?

— Нет, у нас теперь все хорошо. А на броши уже ее инициалы вырезаны.

— Ну, как знаешь. Снимай понтовые шмотки, бери что попроще. Пикник на природе будет.

— Да, кстати, как ты на этот раз вошел? — спросил Вуд, переодеваясь в старый плащ. — Я же окно закрыл!

— Угу, тока дверь забыл, — закатил глаза рыжий пони. — Деревенщина!

Следом за приятелем Карви побежал вниз по Рыночной улице. За городом каменная брусчатка перешла в укатанную телегами мелкую гальку, а боковые дорожки были засыпаны щебнем. Свернув на одну из таких дорожек, Понифаций повел друга через яблочные сады. Несколько земнопони старательно оббивали деревья, стряхивая плоды, а желтый единорог, ловя на лету яблоки телекинезом, раскладывал их по корзинам. Чуть далее под соломенным навесом пони усердно месили ногами тесто в огромной бадейке. По высоким стопкам глиняных формочек для пирогов можно было представить масштаб намеченных работ. Всю субботу эти пони будут не покладая копыт печь яблочные пироги к предстоящему празднику. За фермой дорожка сузилась и превратилась в утоптанную земляную тропинку. Забирая вверх, она шла мимо поросших низкими молодыми сосенками склонов. Миновав очередной утес, Понифаций свернул с тропинки и запрыгал вверх по склону. Следуя неким таинственным меткам, земнопони забирал чуть в сторону. Через полчаса продирания сквозь заросли он прошел мимо двух ничем не примечательных широколапых сосенок и исчез. Побежав следом, Карви завертел головой в поисках приятеля. «Че застрял», — раздался голос, и единорог раздвинул ветки, закрывающие узкую трещину в скале. Обдирая бока, он протиснулся внутрь. Через несколько метров проход расширился, и земнопони зажег лежащий у стены фонарь. Пройдя по извилистому коридору, пони вышли в широкую пещеру, освещенную гирляндой волшебных огней. С потолка хаотично свисали сталактиты, а пол был искусственно выровнен. У деревянного стола лежало несколько лопат и кирка. В центре пещеры располагался небольшой алтарь из черного мрамора, на котором стояла крылатая статуя. Карви не сразу признал свое творение, в свете волшебных огней фигурка казалась больше и величественнее, чем ранее. Смарт Алик, стоявший у стола, приветственно помахал копытом и начал раскладывать карту города.

— Поздравляю, мистер Вуд, с повышением! — сказал Умник подошедшим пони.

— С каким повышением? — удивился единорог.

— Фаций, ты разве не объяснил?

— Решил погодить, пока сюда не придем, — ответил земнопони и обернулся к приятелю: — В общем, тут — самое тайное место, сюда ходят только самые тертые герильяс. Ты, теперича, совсем свой, в доску, камрад.

Улыбнувшись, Карви еще раз осмотрелся. Штаб-квартира «Лунной тени» особо не впечатляла, хотя с секретностью все было в порядке. Он сомневался даже, что мог бы еще раз отыскать вход.

— Не хоромы, конечно, но мы за роскошью не гонимся, — угадал его мысли Алик. — Зато, если Луне будет угодно, она снизойдет к нам сегодня.