Татьяна Тихонова - Граница

— А что за заклятие открытой мысли было наложено тогда же? — я слушала, затаив дыхание, неведомый мир открывался мне.

— Когда опасность подстерегала на каждом шагу, действовать надо было молниеносно, тогда, это случилось уже после создания Союза, и было наложено на всех его жителей это заклинание, в этом случае заклинаемые связаны пониманием на уровне мысли. Потом, когда Первая Огненная Война закончилась, заклятие было снято. Оставлено оно было лишь тем, кто по роду деятельности был у власти и драконам, потому что оно исконно их.

Солнце уже давно село. Учитель зажег лампу, которую принес из дома, похожую на нашу керосиновую лампу. Мотыльки кружили вокруг нее, комары — вокруг нас, в лесу ухал филин. А уходить в дом совсем не хотелось.

— А дальше то, что было, дедушка? — спросила я задумавшегося старика.

— Много, что было. И не только на границе. Было большое восстание подземных эльфов, это не мраситы, это отдельный род эльфов, живущих в пещерах. Когда же темные эльфы ушли под землю, они стали притеснять подземных эльфов, и те стали требовать выделить им земли на верху. Ну а здесь-то тоже народ живет уже столетиями, он — против… Но и таких кузнецов и плавильных дел мастеров больше не сыскать, разве что среди горных гномов, а те больше — по рудознанию. Вобщем пришлось расселять их с другой стороны Срединных Гор.

— А почему одни гномы поменьше, а другие побольше? — этот вопрос у меня всегда возникал, когда я видела рядом Миху и Филимона.

— Тот гном, который с тобой был, на драконе-то, это домашний гном. Вы их еще домовыми называете. Они обычно капризные, игручие, могут нашкодить, но, если такой гном полюбит хозяина — из любой беды выручит его.

А еще есть лесные гномы, они большие ведуны по части трав, кореньев, в военном деле — для разведки годятся, очень выносливые и терпеливые. Они побольше росточком. Горные гномы ростом-то с лесных будут, только больно страшные, то ли оттого, что в темноте пещерной растут, то ли мало там пищи полезной, не знаю… Ладно, Ася, пойдем в дом. Хватит комаров кормить, леших радовать. Пора спать.

Старик встал, посмотрел вокруг и пошел в дом, скрипя половицами. Мне неохота было в темноте, в глуши лесной сидеть одной. Пройдя через небольшие сени и свернув налево, я попала в свою комнату и уснула, едва голова коснулась подушки.

3

Клим появился неожиданно.

Прошло две недели. О своих ранах я забыла, а при воспоминании о Феликсе и Филимоне на душе скребли кошки по-прежнему.

Скучать здесь было некогда. Илия разрешил мне бывать в хранилище книг и древних рукописей, где я и просиживала порой целые дни напролет, ожидая, когда он освободится от своих учеников. Вообще надо сказать, удивительный народец эти гномы и эльфы, гоблины и великаны. Кого здесь только не было. И все они, затаив дыхание, слушали, читали, смотрели… Разделены они были по группам на начинающих, знающих, ведающих и всеведающих. Ученик мог поступить в любую группу, в зависимости от необходимости. Преподавались здесь история, магия, природоведание. Эти предметы считались основными. История давала знания о прошлом, магия помогала выжить в этом непростом мире, природоведание рассказывало о силах природы, которые легли в учение о магии. Получалось, если ты знаешь, какие силы природы отвечают за воздух и землю, ты, обратясь к ним, легко перенесешь стакан воды по воздуху. Слушая Илию, я тут же попыталась это проделать… Облив его водой, я узнала, что, оказывается, надо произнести еще и заветное словечко… Тренируясь вечером на крылечке дома деда Илии в разжигании лампы, я и увидела в трех шагах от себя сидящего и смотрящего на вспыхнувший свет волка. Вздрогнув от неожиданности, я тут же замерла, и только что загоревшийся свет потух.

— Привет, — через некоторое время я проговорила негромко.

Клим к этому времени принял свой обычный облик. Неслышно подойдя к крыльцу, он сел рядом со мной.

— Здравствуй, Ася, — устало проговорил эльф.

Сзади послышались шаги. Клим быстро вскочил. Они обнялись с подошедшим Илией, учитель некоторое время смотрел на эльфа не отрываясь, потом похлопал его по плечу и спросил:

— Что тебя привело сюда, Клим?

— Я — только что с Забытого Острова. Василисков там больше нет, ни одного… А было их там больше ста. Следов их нигде пока не обнаружено, драконы, потеряв Феликса, отказываются подчиняться Фее… Если мрасы полезут через границу, без драконов нам их не остановить, теперь еще у них, похоже, и василиски. — Клим говорил, мрачно уставясь в темноту чернеющего леса.

Тишина повисла после его слов. Я вспомнила, как погиб Феликс… Поэтому, когда прозвучали следующие слова, мне показалось, что я что-то недопоняла, и я переспросила:

— Что?

— Я, говорю, — Клим, повернувшись ко мне, повторил, — вся надежда на тебя, Ася!

— Что же я могу сделать для вас? — в недоумении я даже привстала, потом села. — Погоди, ты сказал, драконы не слушаются… И кто там у них сейчас за главного? Крез?

— В том-то и дело, что нет… Маул… Слышала такого? — Клим в ожидании ответа уставился на меня.

— Н-н-нет, хотя… Да, в самом начале, когда в первый раз я обратилась к ним, один из них очень злобно меня принял, но тогда Крез его остановил, — стала вспоминать я.

— Креза в первые дни после гибели Феликса отправили на дальнюю границу, и в это время драконы вдруг выбрали вожаком Маула… — Тут Клим повернулся к Илии. — Все сводится к Гораксу, этот выродок совсем потерял голову в своем замке. Имея столько золота, он купил половину окружения Феи. А по моим сведениям нижний уровень его родового поместья соединен подземными ходами с пещерами Мрасы. Почему у него столько власти, Илия? Кто он такой, в конце концов? По внешности он — так обыкновенный гоблин, по его словам — эльф, с чего бы его замку иметь такое строение, учитель, я хочу просить тебя, поищи сведения о его роде или его происхождении?

Стало совсем темно, и по тому, как было тихо вокруг нас, я поняла, что заклинание секретности опять наложено. Илия вдруг встал.

— Пошли… — тихо сказал он.

Тропинка, ведущая к школе, быстро осталась позади. Дед Илия вытянул руку вперед ладонью вверх, и через секунду над ней повис светящийся шарик, который, когда старик убрал руку, медленно поплыл впереди нас. Я шла за учителем, следом за нами — Клим, в обличье волка. Ночная прохлада сменилась холодом, пополз туман, запахло тиной — река? Тропинка все время шла вниз, иногда приходилось цепляться за ветки деревьев и кусты, между которыми приходилось пробираться. Я, войдя в привычный походный ритм, мельком отмечала повороты… вдруг нога ступила на что-то ровное, мощеная дорожка! Дорога была вымощена гладким речным камнем! Ступеньки! Десять ступенек привели к крепкой деревянной двери. Конечно, она беспрепятственно отворилась. Большая пещера, в миг осветившаяся факелами, была пустынна. Пол был гладкий, мощенный, стены пещеры пестрели мозаикой из цветных камешков, с изображением драконов, эльфов, гномов.