Павел Мороз - Восхождение пламени

Ознакомительный фрагмент

Я, подписав документ, несколько секунд постоял в нерешительности, но все же вернулся на место, так как на фоне образовавшихся у меня буквально несколько минут назад проблем опасность стать беззаботным идиотом не так уж и ужасает.

– Что ж, теперь, когда все лишние люди покинули помещение, я могу объяснить все более подробно. – Адера махнула рукой, приглашая нас с южанином сесть вместе и поближе к ней. – Сразу скажу, методика наша на данный момент чрезвычайно дорога, так как для заполнения лишь одного камня, – Мив достала из портфеля и положила на стол небольшую матовую пирамидку, – требуется совместная работа мага высокого уровня и высококлассного лингвиста на протяжении трех дней. Поэтому мне позволено загрузить каждому подопытному лишь по три стандартных камня с данными – для чистоты эксперимента. В связи с этим я предлагаю вам выбрать три самых необходимых с вашей точки зрения языка.

Я задумался. И что выбрать? Особых предпочтений у меня нет.

– Вы не могли бы что-нибудь посоветовать? – спросил я.

Южанин (кстати, стоит с ним все же познакомиться) согласно кивнул.

– Хорошо… Учитывая вашу специализацию, я советую взять подгорный язык, так как на нем написано большинство трудов по рунной магии. Далее урук-хай – язык орков, соседи все-таки, – ухмыльнулась колдунья. – И третьим я бы предложила язык древних, так как на нем записывают свои труды маги Арранской империи.

Насколько я знал, древний (или иначе аанский) – это язык существовавшего около двух тысяч лет назад государства, объединявшего все современные человеческие страны и оказавшего огромное влияние на не-человеческие. Язык-то мертвый, да только на его фундаменте созданы все современные людские языки, а особенно к нему близок арранский, насколько это, конечно, возможно спустя две тысячи лет.

– Может, выбрать эльфийский?

– Не стоит, эльтиари слишком сложен, – покачала головой женщина. – Одно и то же слово в этом языке может иметь несколько значений, в зависимости от интонации, места расположения в предложении, личности произносящего… и многих других причин. Нет, если вы хотите, можно взять и эльтиари, но тогда от изучения остальных языков придется отказаться. – Мы с южанином синхронно замотали головами. – Хорошо.

– Скажите, ваша… методика позволяет выучить что-то еще… например, теорию магии или травничество? – спросил я просто ради интереса.

– Конечно, правда, способ обучения несколько другой: при обучении языку используется принцип словаря, то есть слово и соответствующий ему образ соотносятся со словом и образом из другого языка, при обучении же травничеству просто необходимо внедрить в сознание большое количество последовательно расположенных образов.

У меня дыхание захватило от предстоящих перспектив.

– Великолепно! Какие возможности для обучения! Всего за несколько дней любой человек может изучить все, что угодно…

– Не стоит так радоваться. Обучение лишь одному подгорному языку, довольно простому, кстати, стоит почти семь сотен золотых империалов. – Я почувствовал, как мои глаза вылезают на лоб. – Увы, но наш метод пока непригоден для широкого использования. К тому же обучение происходит не настолько быстро, как вы подумали. Конечно, перенести знания из камня в мозг – это дело нескольких минут, – но, как я сказала ранее, знания можно передавать лишь порциями, размер которых у всех разный. Затем следует период адаптации, когда информация усваивается мозгом обучаемого, – для этого мы с вами будем ежедневно встречаться и практиковаться в языках. Только после окончания адаптации возможно внедрение новой порции данных.

Мы с южанином перекинулись ошарашенными взглядами, оказывается, не все так просто, и нам придется немало поработать. А я уже свыкся с мыслью о халяве…

– У вас еще есть ко мне вопросы? – нетерпеливо спросила адера. – Нет? Отлично… Харлаф, дай левую руку.

Из аудитории я вышел спустя десять минут, пошатываясь как пьяный и неся раскалывающуюся на куски голову, словно драгоценную вазу. Следом за мной в точно таком же состоянии вывалился из дверей и мой товарищ по несчастью.

– Я Мирсен Норлот. – Южанин протянул руку. Смотри ты, не побрезговал! – Можно просто Мирс.

– Харлаф из Больших Петухов… Хар. – Я ответил на крепкое рукопожатие. – Ты с юга?

– Да, из Гернола. – Я все-таки не ошибся, Мирс действительно южанин, южнее просто некуда.

– Орков видел?

– Видел, – буркнул недовольно парень, отворачиваясь. – На караваны отца пару раз нападали… Ладно, пойду я… Пока.

– Пока. – Я привалился плечом к стене. Поговорили, называется… Кто же знал, что это у парня больная тема… Все, пойду спать, пока не упал прямо здесь.

Спокойной ночи.

Глава 4

Крепкий и здоровый сон – залог крепкого здоровья, так мне говорила бабушка, когда я был маленький. Что ж я бабушку-то не слушаюсь, а? Только лег – и опять пора вставать… И не отдохнул почти, разве что голова уже не болит. Вяло, в полусне, поднявшись с постели и приведя себя в порядок, я двинул к мастеру Ронгару, раз уж обещал.

Легкая предрассветная прохлада и влажный от росы песок тренировочной площадки… Благодать. Самое время для тренировки. Я закрыл за собой калитку и побрел к сидевшему у стены на коврике наставнику.

– Присаживайся. – Мастер, не открывая глаз, кивнул в сторону второго коврика в полуметре от себя.

Я присел, скопировав положение тела наставника – все та же незабвенная поза пирамиды, что используется и в медитациях магов. Только на коленях Мастера Меча (о его ранге говорила серьга с рубином в мочке левого уха – в Арранской империи это отличительный знак бойца высочайшего класса, дающий право на получение дворянства) лежал длинный меч на полторы руки, с испещренными мелкими рунами крестовиной и узким прямым лезвием. В центре гарды находился янтарный кругляш размером с золотой империал, заточенный в круг из рун. Чудовищно дорогое оружие, а учитывая, что выкован меч из голубой гномьей стали, стоить он должен как целый замок с несколькими деревнями в придачу.

– Расскажи о себе.

Я замялся:

– Что рассказывать-то?

– Все: кто, откуда, кто отец, кто мать…

– Зовут Харлаф, родом из вольной деревни Большие Петухи, мать умерла, когда мне было год от роду, а отец, Брамак из Кунга, жив до сих пор и держит постоялый двор в деревне. Есть младшая сестра.

– Где ты научился обращаться с мечом? – наконец проявил хоть какие-то чувства наставник.

– Отец обучил. Он бывший легионер.

– Какой легион?