Андрей Кощиенко - Студентус вульгарис

— Госпожа магесса, я был на занятиях на темном факультете.

— Вот как? — судя по голосу, Элеона была неприятно удивлена, — вы предпочли мои занятия, другим? Не соблаговолите ли объяснить причину вашего столь странного выбора?

Слова странного и мои она выделила голосом. В аудитории наступила настороженная тишина. Все молча, глядели на нас, ожидая, чем кончится наш разговор.

— У меня были причины, магесса.

— Неужели? И что же это были за причины, позвольте узнать?

— Аудитория для темных была на втором этаже, а ваша на третьем… Туда было ближе…

Я постарался улыбнуться как можно лучезарнее.

— Острите? — взгляд магессы был как кончик клинка кинжала направленный в лицо, — что ж, приятно, что у нас есть остроумный человек…

Если взгляд у нее был как лезвие, то голос был зловещ как скрип двери склепа.

Не стоило тетю дразнить… Да ну их! Задрали уже! Я собирался изображать студента, а не учиться! Ну, может самую малость, чуть-чуть поучится… Но это уже ни в какие рамки не лезет! Що я вам, студент действительно, что ли?

— Ну что ж, проходите, садитесь — многозначительным тоном сказала Элеона.

— Благодарю вас, — кивнул я и, повернувшись к аудитории, окинул ее взглядом.

Не очень большое помещение с рядами деревянных столов светлого дерева уходящих амфитеатром к потолку. Из-за за них на меня настороженно таращатся десять… двенадцать пар глаз. Два ряда по пять и еще двое. Десять девок, двое парней. Я тринадцатый. Чертова дюжина значит… Мило. Тут на глаза мне попалось знакомое лицо. Красавица, которая хихикала и аистом называла.

Так ты у нас второгодница! — подумал я, направляясь к приглянувшемуся месту, с краешку, — или третегодница… Значок-то у тебя был, когда ты хихикала! А если учесть, что присягали императору всего пять целителей, то выходит, что половина тут — второгодники…

Университет тут хоть и смахивал на Земные, но все — же отличался. Все-таки тут не математиков готовили или врачей, а магов. А магия она штука такая, расписания и сроки у нее свои. Ну, вот должен ты на первом курсе овладеть силой, а у нее на это другие планы. Через год, или через два решит, что пора ей в руки хозяина-мага даться. Да и потом с развитием тоже у всех по-разному может быть. У кого сразу, а кто бьется, бьется — все рано ничего не выходит. А потом — раз! и скачёк. И все у него получается. Короче, магия — это непросто. Новичков сразу всех предупредили, что если что не так — не паникуйте. Терпеливо и трудолюбиво ползем вперед… пусть на бровях, но ползем… А там стрельнет. Обязательно стрельнёт! Побочным результатам такой необязательности магии было отсутствие четкого разделения по возрастам. Запросто можно было встретить на одном курсе людей разного возраста с разбегом между ними эдак от двух до пяти лет. Но что бы у ленивцев не возникало желания списать свою лень на неисповедимые пути магии, в университете существовала экономическая "бодрилка".

Обучение тут — условно бесплатное, с оплатой по завершении обучения. Поступил — император за первый год твоей учебы платит. Год проучился, экзамены сдал — перевели на следующий курс. Не сдал, — сиди по новой, жди озарения. Император опять платит, но к сумме годового обучения плюсуется еще четверть от годовой стоимости. Опять не сдал — император платит, но ты уже должен снова за год плюс плату за полгода, плюс предыдущий долг. И так, пока годовая плата с добавкой за тупость не сравняется. Ну а там, как в университете решат. Или долги все возвращаешь и продолжаешь грызть гранит науки уже за свой счет, либо, коли денег нет, выходишь из стен Альма-матер каким есть — балбесом и дуешь отрабатывать долг в какой-нибудь гарнизон или еще куда-нибудь, руками махать, насколько ты научился это делать за время учебы. Впрочем, если ты умник разумник и нигде больше года не сидел, то ты все равно должен. Император за тебя-то платил! Так что будь готов должок вернуть… Причем весь и сразу. Правда сумма долга будет меньше, чем у балбеса, да и отличникам бонусы по выплатам полагаются. Но все равно — должник. Очень мне этот момент не понравился. Не люблю быть кому-то должным… Однако порядки тут такие…. Ничего не поделаешь…

Под трудолюбивый скрип перьев я рассеяно наблюдал за магессой, вещавшей с кафедры. Я был единственным, кто не записывал ее лекции.

Элеона это сразу заметила.

— Эриадор, почему вы не пишете? — поинтересовалась она, опуская в обращении ко мне все уважительные слова как господин. В университете правило — обращаться на — ты. И еще никаких своих слуг. Только местные. Мол, на ты — это большая дружная семья, а слуги — привыкайте к трудностям походной жизни. Мне это тоже не понравилось. Если в обществе нет цветовой дифференциации штанов, то, что же это будет? На Земле она тоже есть, пусть и несколько сглажено, а тут-то, в средневековье, без разноцветных штанов-то совсем нельзя! И потом… Я собирался тайлиш себе присмотреть. Полученные деньги от продажи найденных в пустыне древностей позволяли соблюсти традиции моего мира. Традиции нужно блюсти…. В данном случае, они то, единственное, что удерживает меня от сползания на одну ступень с низшими….

Так вот: почему вы не пишете? — поинтересовалась она у меня.

— Потому что тетрадь можно потерять, а голова у меня всегда с собой, — вежливо ответил я.

— Да, но вы можете что-то забыть, а вот конспект — нет! Открыли, посмотрели — вспомнили!

— Я и так все прекрасно помню…..

После того, как у меня несколько прибавилось сил в плане магии я, наконец, смог немного позаниматься со своими мозгами. Точнее с мозгами Эри… Короче не важно, чьи это сейчас мозги. Важно то, что память моя оказалась на месте. Весь архив, собранный на Земле — был при мне. И еще. Я снова мог искать в нем. Не вспоминать, морща лоб, чего там и как было, а задавать поиск и находить то, что нужно. То, что ничего не пропало — было весьма приятно. Приятно еще и с той стороны, что вместе с памятью вернулись способности по точному запоминанию информации.

— Неужели? — не поверила магесса, — тогда может быть, ты перечислишь мне основные органы человека и системы, в которые они входят?

— Пожалуйста, — сказал я, — и принялся дословно цитировать материал вчерашнего занятия. Голосу ее я подражать не стал, это было бы уже чересчур, итак она была неприятно поражена.

— Мда, — с некоторым разочарованием подвела итог магесса, после того как я замолчал, — вижу, что с памятью у тебя действительно все в порядке. Но все же, я бы тебе не рекомендовала полагаться целиком только на нее, и, пусть хоть что-то, но записывать.