Элизабет Бойе - Воин и чародей

Сигурд невольно глянул на отставшую плитку пола, под которой он, никому не сказав ни слова, припрятал шкатулку.

— А мне кажется, что Йотулл хочет только помочь мне занять достойное положение в вашем мире. Ты его ученик, может, потому и мечтаешь, чтобы он и тебя дарил такой же дружбой.

— Нет-нет, упаси меня асы от такого друга! — торопливо воскликнул Микла. — Пожалуй, надо мне идти, покуда он что-то не заподозрил и не пришел сюда искать меня. Вот что я скажу тебе напоследок, Сигурд, — храни эту свою буйную Силу и никому не дозволяй отнять ее у тебя. Поверь мне, это не принесет тебе добра.

Сигурд лишь пожал плечами — ему было неловко от такой серьезности.

— Да ладно, она ведь не так уж мне и досаждает. Проживу и с ней, пускай уж. Слушай, Микла, если у тебя выдался свободный вечерок, ты бы не согласился зайти в большой дом и посмотреть, как Рольф играет в кости?

Прошлой ночью он уже проиграл седло и, если не отыграется, после очередного разъезда вернется с большими волдырями пониже спины.

Рольф непритворно застонал:

— Ох, об этом-то я и забыл! Ну что, Микла, согласен? Это было бы то еще развлечение!

Микла покачал головой:

— Йотулл считает, что у меня свободного времени нет и быть не может.

Увидимся завтра, Сигги. Помни, что я тебе говорил.

И он ушел, напоследок еще раз серьезно оглядев Сигурда.

Даже Рольф притих, точно подавленный излишней серьезностью приятеля.

Сигурд пожал плечами — едва Микла ушел, ему стало легче на душе. Остаток ночи он провел, играя в кости или наблюдая, как Рольф спускает в игре свое имущество. Через несколько часов он уже напрочь забыл предостережения Миклы, и его восхищение Йотуллом осталось непоколебленным.

Он уже привык к распорядку жизни альвов, по которому все вылазки и разъезды совершались по ночам, тогда же велась и оживленная жизнь форта, а днем все спали, поскольку вряд ли можно было ожидать нападения врага, ведущего ночной образ жизни. Так что Сигурд сладко спал, когда вскоре после восхода солнца кто-то изо всех сил забарабанил в двери погреба, и, как они ни старались пропустить мимо ушей это стук, нежеланный гость не унимался.

— Убирайся! — прорычал Рольф. — Ты что, не видишь, день на дворе? Все спят!

— Хальвдан желает немедленно видеть скиплинга! — отвечал хриплый голос.

— А он не любит ждать, так что поторопитесь и вылезайте из этой норы, пока он не потерял терпения.

— Хальвдан! — раздраженно пробормотал Сигурд, с трудом нашаривая свои сапоги. В чем альвы достигли совершенства, так это в беспутствах. Все вольные часы тратились на пьянство и игру, хотя Хальвдан и старался оставлять поменьше свободного времени, отлично зная склонности своих подчиненных.

Когда Рольф и Сигурд появились в большом доме, первым, кого они увидели, был Йотулл, который кивнул им серьезно и дружески. К удивлению Сигурда, Рольф покраснел до ушей и, сердито отвернувшись, бросил:

— Нечего снисходить до меня, Йотулл. Тебе отлично известно, кто рассказал Хальвдану, что ты, вопреки его приказам, выводишь Сигурда за пределы форта. Твоя любезность меня не обманет.

Йотулл с притворным сожалением погладил бороду.

— Я и подумать не мог, что это ты, Рольф. Разве не был я всегда вежлив и с тобой, и с другими обитателями форта — с тех пор, как ты появился тут?

Неужели ты думал, что я могу причинить вред Сигурду?

— Да нет, не совсем, — пробормотал Рольф, — но вот Микла… то есть, мне кажется, ты не должен подавлять врожденную Силу Сигурда. Конечно, редко так бывает, чтобы скиплинг обладал Силой, но будь он альвом, ты поостерегся бы загонять в ловушку его врожденную Силу, разве только если б желал ему зла. Даже скиплинг имеет право на Силу.

Йотулл вздохнул, возведя глаза к потолку.

— Мне кажется, что обозленный молокосос-ученик и неопытный юнец-вояка не могут судить о делах магов, и лучше бы им не совать нос в чужие дела — как бы не обжечь.

— Лишь бы не обморозить, — буркнул Рольф помимо своей воли и сам испугался до смерти собственной болтливости.

Йотулл перебросил посох из руки в руку.

— Что ты хотел сказать этими словами? Ты считаешь, что я — маг доккальвов, хотя стою перед вами при свете солнца и до сих пор жив?

Рольф исподлобья угрюмо глядел на мага.

— Ты отлично знаешь, что доккальвам служат не одни только доккальвы. Я и не думал обвинять тебя в неверности Хальвдану, но Микла… да ну его, Миклу. Он порой бывает полным болваном, да и я не лучше, — добавил он быстро, пока Йотулл постукивал По полу наконечником посоха.

Сигурд Неодобрительно покосился на Рольфа:

— Как ты можешь говорить такое об Йотулле? Во всем Хравнборге о Йотулле плохо отзывается один Микла. Разве не Йотулл вылечил Холти от горячки? А вспомни случай на прошлой неделе, когда Йотулл предсказал разъезду, что лучше не переправляться через брод?

— Довольно, Сигурд, от одного ложного обвинения меня не убудет, — прервал Йотулл, одарив Рольфа оскорбленным взглядом. — Давайте-ка войдем и покаемся нашему предводителю в моих мелких прегрешениях. Вы же понимаете — Хальвдан всегда прав. — Он распахнул дверь и жестом пригласил Сигурда и Рольфа пройти вперед.

— Однако я думал, что у Йотулла больше власти в Хравнборге, — пробормотал Сигурд. — Не говоря уже о том, что он защитил бы меня, если б появились враги…

Хальвдан, Дагрун и прочие воеводы стояли у большого очага, в котором ярко пылал огонь. Хальвдан обернулся ко вновь прибывшим и резко проговорил:

— Что я слышал, Сигурд? Ты покидал пределы форта? Если помнишь, я тебе это запретил.

Сигурд тотчас вспыхнул, но Йотулл положил руку на его плечо, не дав заговорить.

— Я все объясню, — проговорил он, вежливо отводя глаза от изношенной верховой одежды и старых сапог Хальвдана. — Вина здесь целиком моя, но мне не хотелось бы выслушивать укоры в присутствии половины форта. Нельзя ли нам поговорить наедине? — Он вежливо показал глазами на Дагруна и прочих воевод, которые со всем вниманием прислушивались к беседе.

Хальвдан кивнул, развернулся и вошел в дверь, отделявшую его покои от зала. Там он остановился у очага, искоса угрюмо и властно глядя на своих посетителей.

— Отдавая приказ, я не жду, что кто-то станет его отменять, а стало быть, он действует, пока я сам не объявлю иного. Скиплинг ни при каких обстоятельствах не должен покидать пределы форта, разве что если бы на нас напали и пришлось отступать. Вероятно, Йотулл, ты не знал об этом моем велении. Я предпочитаю подозревать тебя в неведении, нежели в сознательном неподчинении. — Хальвдан помолчал и добавил с презрением во взгляде и голосе:

— Думаю, что нет нужды чрезмерно обучать Сигурда магии. Пусть твой ученик покажет ему несколько простейших приемов, и посмотрим, сумеет ли он выучить хотя бы их.