Светлана Дениженко - Потерянные во времени

— Ты поклоняешься каким-то хлебным богам? Зачем прячешь крошки со стола, да и сейчас набила ими карман?

— Нет, не поклоняюсь. Но хлеб — это жизнь и не только для человека. Я просто делюсь им с друзьями. Мне хорошо и им, и хлебу. Дед научил. Когда я буду голодна, они тоже со мной поделятся тем, что имеют. Все просто.

— Да. Просто, — улыбнулся Генри, понимая, что житейская мудрость — проста для тех, кто имеет чистые помыслы. Хотя в глазах многих и может показаться глупостью.

Он осторожно подошел к рыси, стараясь не делать резких движений. Она насторожилась, вся подобралась. Генри наклонился и аккуратно взял Соу на руки, стараясь не потревожить её сон. Кама смотрела на него с любопытством и осторожностью, но не зарычала и разрешила не только близко подойти, но и погладить её. Генри провел по голове рыси ладонью в благодарность, она не возразила, но встала и чуть отошла в сторону.

— Да, ладно, не сердись, — усмехнулся Генри, — больше не буду.

Он поправил плащ, оглядел поляну и не спеша последовал за Лурой, которая уже бодро шагала к пролеску, рысь бесшумно кралась сзади, замыкая шествие.

Глава 6

Пролесок они прошли без приключений, если не считать того, что Лура на одной из кочек, слегка подвернула ногу и теперь немного прихрамывала. Поэтому путники шли чуть медленнее, чем раньше.

За деревьями показались шпили какого-то здания. Крыши высоких домов. До города оставалось рукой подать.

— Послушай, а почему ваш город без названия. Я впервые с таким встречаюсь, — через время, поинтересовался у девчонки Генри.

— А зачем ему название? — спросила Лура, пожимая плечами. — У нас один город. Когда говорят: "Иду в город", — всем понятно, о чем речь. У нас ходят либо в город, либо в таверну, ну, еще иногда в лес, да к озеру. Видел, какое оно у нас? То-то же!

— Кстати, а почему межвременцы путешествуют — пешком, а не, скажем, на лошадях?

— На лошадях — окольная дорога, это долго, а мы напрямки. Через лес по тропинке верхом не проедешь, а спешившись, какой тогда смысл в лошади?

— Тоже верно, — кивнул Генри, осматриваясь. А посмотреть было на что.

Дома плотной вереницей уходили вглубь города. Узкие разноцветные дорожки между ними, словно радуга, сошедшая с неба, пестрели под ногами. Дома не очень высокие, примыкали яркими стенами к тем, что повыше. Пестрый, до ряби в глазах, город населяли слишком необычные жители.

Когда-то, в детстве, Генри с упоением заслушивал до дыр сказки Катарины. Она была в этом мастерица. Кого только не придумывала ее богатая фантазия — и гоблинов, и гномов; фей с прозрачными звенящими крылышками, остроухих эльфов, ведьм и добрых волшебниц. А сейчас перед ним…

Голова у Генри пошла кругом. Словно его взяли из настоящего мира и поместили в сон, или Катарина за что-то прогневалась и засунула его в одну из своих сказок.

Тогда в таверне, он, конечно, удивился зеленому человеку, оказавшимся, по словам Луры, обычным в этих краях гоблином. Но подумал, что это скорее исключение, чем правило. Поскольку вокруг находились люди, такие же, как он и Лура. А тут из людей, пожалуй, были только — он, Лура и крошка Соу.

Над головой то и дело пролетали крохотные…феи? Неказистого вида старички, сгорбленные бабульки, похожие на добрых и злых ведьм — время от времени встречались на их пути. Еще его поразили высокие стройные красавицы, разодетые в яркие красочные платья. Они напомнили фарфоровых кукол, которых он видел в витринах магазина, в той, прежней жизни.

— Эй, ты! Отойди-ка! — кто-то прокричал снизу. Генри посторонился, пропуская маленького человечка в зеленой курточке, коротких зеленых штанишках и забавном головном уборе. Тот побежал вдоль улицы, приплясывая.

Лура обернулась на ошарашенного Генри и, усмехнувшись, взяла его за руку, потащила за собой; они свернули в проулок и оказались на серой улице и серой, более привычной для глаз Генри, мостовой.

Он встряхнул головой, прогоняя наваждение.

— Что это было?

— Где? Ты про улицу сказок?

— Про что?!

— Какой-то ты странный. И откуда же ты только свалился на мою голову? Ничего не знаешь, не помнишь и почти ничего не умеешь, — недовольно дернула плечиками Лура. Потом посмотрела на своего незадачливого спутника и, вздохнув, добавила:

— Извини. Я забыла тебе рассказать о городе.

— Что именно… забыла?

— Межвременье — место, где соприкасаются времена и миры друг с другом. В городе на разных улицах — разные миры. Сейчас мы прошли через улицу сказок. Там живут те, кто случайно сюда залетел из сказки. Потом, некоторые из них возвращаются домой, а кто-то остается здесь — потому что привыкают и им тут нравится.

— Подожди, Лура. Ничего не понимаю. У меня такая путаница в голове. Я сплю?

— Я здесь выросла, поэтому с детства привыкла и к городу и к жителям. Понимаю, что тебе нелегко, но ты привыкнешь. Это только сейчас так…необычно.

— Ладно. Что еще в этом городе есть из того, что ты мне не рассказала, а я должен был бы знать?

— Кажется, все рассказала. Теперь ты знаешь, что здесь может быть все что угодно, — улыбнулась она смущенно, краешками губ, поймав на себе недобрый взгляд Генри. — Ты меня держись и все будет хорошо.

— Надеюсь. Ну и куда мы теперь попали?

— Это улица — Дождя. Здесь живут все унылые. Я знакома с гномом, серым магом и семейством серых кроликов.

— Брр! — передернул плечами Генри. — Как-то здесь тоскливо, веди дальше. Что там еще за улицы?

Рысь теперь бежала впереди, она помогала им избавляться от любопытных жителей, которые в страхе перед хищницей разбегались в стороны. Так миновали улицу Изгнанников — тех, кто вот-вот будет выпровожен из Межвременья за нарушение законов. Оказывается и тут за это наказывали по всей строгости. Что не могло не радовать. Генри любил порядок. Наверное, ему это привил старик — дворецкий. За что тот был в очередной раз благодарен. Жаль только, что старику об этом уже не сказать.

Улицы — Мирная и Зеленая понравились ему больше других. Мирная говорила сама за себя, а на Зеленой, полной цветущих растений и симпатичных фасадов, дышалось легко. Жители, добродушно кивающие им головой в знак приветствия, произвели на Генри самое приятное впечатление.

— Наверное, здесь я и остановлюсь, пока не решу, как вернуть девочку, — подумал он вслух. Лура шла впереди и, казалось, не слышала неосторожно оброненную им фразу.

— Пришли! — обернулась она, указывая рукой на высокую часовню с длинным острым шпилем наверху. Оказывается, это ее они видели у пролеска. Внешний вид белоснежной каменной громады, почему-то заставил сердце Генри пропустить один удар, и будто воздух перехватило в груди на миг.