Владимир Брайт - Королева Семи Палачей

«Принц полностью разделяет точку зрения своего слуги и не намерен сотрясать воздух никому не нужными повторениями» – вот что означал этот жест. К чести ворвавшихся в наши покои людей, они правильно его истолковали.

– Так… так значит… Значит… – Командующий отрядом пребывал в явном смущении.

Только что он чуть было не совершил чудовищную ошибку, которая могла стоить ему жизни – не пади он от рук победителей демонов, его бы непременно казнил король. И поэтому растерявшийся воин совершенно не знал, что сказать.

– Значит, молодой человек, – наставительно изрек Компот, – нужно доложить королю о том, что его благородные гости спасли замок от вторжения полчищ кровожадных наемников. Впрочем, – продолжил он с легким оттенком пренебрежения, – что значат несколько сотен глупейших прелтов, сопровождаемых парой десятков демонов? Уважаемый…

– Лаонтис, – едва слышно пробормотал посланник короля, после того как буравящий взгляд старика уперся в него.

– Уважаемый Лаонтис пропустил самое интересное – битву с демонами, но в полной мере насладился уничтожением прелтов.

Так как взгляды всех присутствующих переместились на перепачканного кровью и остатками собственного ужина посланца, то он не нашел ничего лучшего, как потрясенно пробормотать:

– Да… да… Это было ужасно…

– Для простого обывателя – безусловно ужасно. – Старик настолько вошел в роль, что его уже было невозможно остановить. – Но для тех, кто встал на нелегкий и тернистый путь благородных героев, небольшая разминка никогда не помешает. Особенно перед обильным праздничным ужином.

Несмотря на то что Лаонтис пребывал в самом что ни на есть жалком и плачевном состоянии, его мозг лихорадочно работал. Было бы странно, если бы владыка такого калибра, как Фромп, держал у себя на службе посредственность. Нет, нет… Его окружение можно было обвинить в чем угодно (включая и немыслимо дикие пороки), но только не в глупости. Даже сейчас, с трудом справляясь с острой болью в боку (создавалось такое впечатление, как будто ему начисто отбили почку), Лаонтис мучительно размышлял о том, как доложит своему господину о происшествии. Если бы не видел он собственными глазами, как пару часов назад этот щуплый на вид старикашка походя и совершенно не напрягаясь уничтожил стаю ужасных грегсов, то, без всякого сомнения, поднял бы на смех заявление о сотне убитых прелтов. Но в данном случае смеяться было не только неуместно, но, пожалуй, и опасно. Поэтому хитроумный слуга ограничился робким вопросом:

– В отличие от доблестных героев я не воин, поэтому был повержен слишком быстро и не помню подробностей битвы…

«Надо было отбить ему обе почки, – с плохо скрываемой ненавистью подумал я. – А еще лучше – убить. Без всякого сомнения, этот мерзкий прислужник подлого короля еще не раз и даже не два основательно попортит нам кровь».

А чтобы Компот не наговорил чего-нибудь лишнего, я поднял руку, призывая к вниманию, и после некоторой смысловой паузы сообщил:

– Некий злодей проник в комнату, примыкающую к нашим покоям, и вызвал каменного голема. Затем чудовище проломило перегородку, – моя рука указала на огромную дыру в стене, – и сразу же вслед за этим появился портал, из которого посыпались орды прелтов. На помощь к ним через некоторое время подоспели несколько демонов. Когда мы поняли, что не отобьемся одним лишь холодным оружием, то использовали магию. С ее помощью мы отбросили нападавших и закрыли межпространственное окно. Обратите внимание на потолок, – моя «царственная» рука указала в направлении фрагмента стены с несколькими прилипшими частями отрубленных конечностей, – и вы поймете, что произошло.

Если у недалеких охранников могли возникнуть какие-либо вопросы, то Лаонтису стало предельно ясно – здесь действительно была использована чрезвычайно сильная магия.

Непонятно только, каким образом удалось преодолеть антимагическую защиту дворца, но сейчас это было не столь важно.

«В конце концов, всю правду можно узнать у шпионов, – решил про себя королевский гонец, – и после этого идти на доклад к повелителю, а пока…»

– Переведите наших гостей в Розовые покои, – властно распорядился человек, выглядевший словно нищий бродяга, упившийся дешевым вином, – и проследите, чтобы на этот раз их никто не тревожил.

После чего Лаонтис отвесил низкий поклон (в испачканной рвотой одежде это смотрелось несколько странно) и с достоинством удалился.

Четверым охранникам не понадобилось много времени, чтобы препроводить нас в новые апартаменты. И как только дверь за стражей закрылась, а мы наконец-то остались одни, я решил, что все волнения и тревоги остались в прошлом. Теперь можно спокойно отдохнуть, расслабиться и выпить в спокойной обстановке…

Это было одно из самых глубоких заблуждений, какие только можно представить. Прошло не более десяти минут, и я понял, насколько серьезно ошибался. Но было уже слишком поздно. Колесо истории совершило очередной оборот, расплющив и намотав на свой обод троих закоренелых неудачников.

А затем покатилось дальше, оставляя на земле нескончаемый кровавый след.

Великая и блестящая столица объединенных измерений Сарлон бурлила и клокотала, словно потревоженный улей. Вечерний полумрак опустился на улицы, но в такой великий день никто и не помышлял о покое или сне. Наоборот, люди хотели продлить ощущение удивительного чуда, произошедшего на «Арене искупления». Большой пир в королевском дворце предназначался для избранных, а к услугам всех остальных были многочисленные харчевни, постоялые дворы и, в конце концов, просто площади, где можно посидеть за импровизированными столами, выпить чего-нибудь покрепче, поспорить или подраться. В общем, устроить себе небольшой, но яркий праздник из тех, что стали редкостью в жизни вечно озабоченных и куда-то постоянно спешащих обитателей столицы.

В некотором роде это напоминало быструю горную реку, заставляющую крутиться колесо водяной мельницы. Изо дня в день поток воды бежит и торопится, как будто боится не успеть или, еще хуже, безнадежно опоздать в какую-то неведомую даль. Но однажды происходит нечто удивительное – наводнение, ураган или засуха, – и вдруг этот бешеный поток осознает, что если ненадолго остановиться и успокоиться, то ничего страшного не произойдет.

Точно так же думали едва ли не все граждане Сарлона. И несмотря на то что завтра был не выходной день, почти все, кто мог самостоятельно передвигаться, вышли на улицы вечернего города. «В конце-то концов, – думали про себя горожане, – не каждый день наш король лишается половины своего королевства, а трое отважных героев выходят победителями с "Арены искупления"!» События подобного масштаба случаются раз в несколько тысяч лет, поэтому было бы глупо упустить такую прекрасную возможность выпить и повеселиться. Кто знает, может быть, с потерей половины королевства великую процветающую империю захлестнет кровавый вихрь гражданской войны или еще что-нибудь похуже. Поэтому нужно брать от жизни все, пока имеется такая возможность.