Елизавета Дворецкая - Дверь в скале

— Но… Сколько лет прошло… — Вирта не могла найти во времени никакой точки опоры. — Герцог… вы сказали, герцог Бардольф?

— Именно так.

— А герцог Уолмар? А его дочь, леди Ирмилинда?

— Леди Ирмилинда была замужем за сэром Алибальдом из Теллаха, я потому знаю, что мой брат у сэра Алибальда при конюшне служил.

— Была?

— Она умерла. Ей за пятьдесят уже было. А померла в прошлом году.

— Значит, прошло лет тридцать, — тихо сказала Вирта, глядя на Багу. — Леди Ирмилинда была моя ровесница.

— Но хоть Клох-то стоит? — мрачно спросил Бага у лесорубов. Эти чудеса ему совсем не нравились.

— Стоит, слава богам. Герцог Бардольф — ничего, справедливый господин, и охоты не любит, не то что ихний папенька, посевы не топчет. Разве что в гости кто приедет… Я почему знаю: мой старший со своим тестем ему дрова возят…

— Ты еще не передумала? — Бага перебил старика, обращаясь к Вирте.

— Что — не передумала?

— Возвращаться сюда.

— А ты?

— А мне что? Для меня ничего не изменилось. Едва ли тут кто еще железом с двергами торгует. Если после нас кто-то и ушел в Дверь, так назад будет лет через двадцать. Я за это время успею на ноги встать. — Бага ухмыльнулся. — Да, если Гаахт помер, жалко, что не простился, он меня вырастил все-таки. Ну, так идем?

Вирта кивнула. Если их мир изменился за эти двадцать лет, то и они сами не остались прежними. Они снова взялись за поводья нагруженных мулов, и, под удивленными взглядами старика и его сына, пошли по дороге вниз, к городу Клоху, — осваивать свой новый старый мир.

Москва, июль 2004 г.

[1] На древних монетах часто встречаются изображения богов, в том числе богини Эпоны, вследствие чего и сама монета могла называться эпоной.

[2] Легендарный престол древней Ирландии, так называемое Королевское Место, иначе Ло-Риен. Остальное вы сами поняли.

[3] Мэд — древнее обращение к девушке

[4] Норны — богини судьбы, которые появлялись при рождении ребенка. Позднее трансформировались в фей, которые приходят на крестины принцессы.