Ник Демин - Туман. Квест «Похититель Душ» 1

— Здорово, Убогий. Зачем пришел?

Я, лучась радостью, говорю ему:

— Все то ты злишься, мрачный тип, все не по твоему. Ты посмотри вокруг, как жить хорошо! Нужно творить добро и помогать людям.

Мрачный тип, по недоразумению прозванный Муха, хмыкает и больше ничего не говоря кивает мне на кучи мусора, по ошибке названные товаром.

Часа два-три я ковырялся в тряпках, сваленных в углу и наконец подбираю себе комплект одежды, небогатого горожанина, даже почти по размеру. Несколько кровавых пятен и дырки в некоторых местах не очень смущают меня. Набрать золы, замочить и отмыть это не проблема, а заодно и вымыться хоть как-то.

— Сколько?

— Откуда у тебя деньги, Убогий?

Вопрос ленивый и насквозь обычный, но я насторожился. Внешне это проявилось в том, что я застенчиво улыбнулся и пробормотал себе под нос непонятно что. Муха положил руку на товар и переспросил меня:

— Ну?

Я поднял голову, улыбнулся и выдал:

— Хочу под мост попроситься и с Святой Петрой поговорить, а деньги мне зеленщик дал. Немного, правда, но на одежду должно хватить.

Муха немного расслабился.

В принципе поднятие своего статуса, это понятное дело, — цинично подумал я. — А вступив в гильдию Святой Петры, я буду защищен гильдейскими законами. Другое дело, что таким как трудновато работать, но мне могут выбить глаз, отрезать ноги, чтобы мне давали побольше. Что же врать дальше, я не знал, но за меня все рассказал Муха:

— И ты надеешься подействовать на её сердце, если придешь в нормальной одежде? — в голосе хозяина звучало сочувствие.

Я радостно кивнул.

— Ну-ну, — его ладонь сгребла протянутые мной монетки.

Я побежал в порт, где под причалом мне удалось постираться и поплескать на себя воды. На следующее утро я собирался в «Приют бродячих собак».

7

Выйдя из трактира, я привычно увернулся от ведра помоев, которым в меня пытается попасть Эльза, старая проститутка, живущая в соседнем доме. Привычно выматерившись и выслушав ответную ругань, я направился дальше. Кстати, мне кажется, что она со мной заигрывает. Ну как умеет.

В Приюте было людно. Зайдя, я с трудом подавил желание согнуться и бочком пробраться к неприметному «нищему» углу. Напомнив сам себе, что человек звучит гордо и посомневавшись применимо ли данное слово ко мне, я направился прямо к стойке.

— Хозяин, — негромко позвал я, настороженно ожидая первое испытание.

Кабатчик народ приметливый, необходимо посмотреть как он ко мне отнесется.

Подошедший пузатенький мужичок, улыбчиво взглянул на меня и спросил:

— Чего изволите?

— Из еды что есть?

На секунду задумался и просиял улыбкой:

— Овощное рагу, котлеты, на первое суп из чечевицы. Пиво, эль.

— Рагу и суп, — степенно ответил я. — К еде… пива, наверное…

Хозяин еще раз осчастливил меня своей улыбкой и повернулся к окну кухни:

— Рагу, чечевицу и пиво! — угодливый человечек исчез, появился Хозяин.

Я удовлетворенно вздохнул и пошел искать стол, подальше от развлекающейся золотой молодежи.

Еда была вкусной, не зря это заведение любимое среди представителей богемы. Надо поесть и посмотреть сколько с меня сдерут, только тогда можно будет выяснить как выглядит моя маскировка.

Могучая деваха, каких любят маленькие люди, типа хозяина, ловко протащила сквозь толпу мой заказ и быстренько все расставила. Кинула в центр стола деревянную тарелку с хлебом, порезанным здоровенными кусками, небрежно брякнула тарелку с рагу и аккуратно выставила передо мной суп:

— Пять соток меди.

Я чуть не подавился, хотя потом дошло, что с меня не требует пять сотен монет медью, а всего лишь пять сотых от цельного рубля, по нашему пять копеек, достав полотняный мешочек, который использовал в качестве портмоне и отдал пять маленьких медных монеток. Девица сгрузила оставшуюся кружку, небрежно кинула полученные мной деньги в центр липкого подноса, где плескалась лужица от пива и покинула меня, напоследок бросив презрительный взгляд на мой тощий кошелек, страдающий дистрофией в последней стадии. А я сидел и радовался, видимо мной внешний вид и поведение полностью соответствовало, представлениям хозяина, о небогатом посетителе.

Поев, я схватил кружку пива и откинулся на спинку лавки. Умиротворение, вот пожалуй то слово, которым я могу описать свое состояние. Я сидел в приличной ресторации и потягивал пиво, лениво посматривая на окружающих. Подошедший ко мне высокий мужчина с седой гривой, осведомился, столь громогласно, что на мгновение заглушил шум в зале:

— У Вас свободно?

Я чуть не оглянулся, пытаясь понять кого «нас» имел в виду этот человек. Оказалось, меня. Я даже немного разомлел, настолько давно ко мне никто не обращался на «Вы».

— Конечно, конечно, — засуетился я, пытаясь сдвинуть на край стола свою подъеденную посуду.

Тот устроившись за столом, царственным жестом подозвал к себе монстроподобную деваху и заказал все то же самое, что и у меня. После того, как выпил половину принесенного кувшина он начал жаловаться мне на жизнь:

— … и вы представляете, это быдло получает мою роль, аргументируя это тем, что я в момент распределения ролей я оказался немного подшофе. Но ведь согласитесь, что это не повод, чтобы менять меня на эту бездарность, — и он возмущенно посмотрел на меня.

Я согласно кивал головой, успевая вникать во второстепенные подробности и успевая подливать товарищу чего покрепче. Естественно покрепче уже заказывал я, незаметно для себя выйдя из роли небогатого горожанина, впервые в жизни решившего посетить богемное местечко. Я не успел вовремя уйти и считал этого актера подарком богов. Мне именно такой и нужен, еще не успевший опуститься, но уже довольно давно переваливший пик своей славы, если она у него была. То есть мне нужен был твердый профессионал, способный сыграть крупного алхимика-затворника, которому не с руки общаться с людьми. Для этого я усердно накачивал его спиртным. Хозяин, поначалу отнесшийся ко мне без особого пиитета, теперь благосклонно посматривал в мою сторону. Я уже набрал на хорошую сумму, расплачиваясь за каждый заказ, что здесь непринято, но ему очень нравилось. Я же с нетерпением ждал когда клиент дозреет, поэтому считал каждый заказ последним, и расплачивался, чтобы иметь возможность уйти по-английски — не прощаясь. Но эта бездонная бочка, лишь по недоразумению носящая звание артиста, пожирала мои честно заработанные деньги с ужасной скоростью. Я начинал с тревогой ощупывать свой кошелек, стараясь выяснить, сколько же там осталось денег и хватит лит на сегодня. Боже мой! Это алкаш, сори, актер выпил столько, сколько не пьет матросня пару месяцев невидавшая рому! Надеюсь он сумеет окупить мои затраты.