Чарльз де Линт - Зелёная мантия

— Меня не одурачишь. И потом, по-моему, тебе просто нравится беспокоиться.

— Вот спасибо!

Али проводила взглядом уходящую к себе в спальню мать и снова уселась на одеяло. За окном была ночь. «Кто там, в ночи? — подумалось ей. — Что там происходит, когда мне не видно? Или просто я начиталась фэнтези?»

Она не знала ответа, но твёрдо решила отыскать его.

Примерно тем же путём текли мысли возвращавшегося домой Валенти. Ему никогда не приходило в голову попробовать записать музыку. Зато он видел маленькую дикарку за домом Али — видел её совсем близко. «Если сложить вместе, что знает каждый из нас, может, что-нибудь да выйдет», — думал Тони.

А может, дикарочка и теперь следит за ним из-за деревьев. Никакое предчувствие не отзывалось у него в спине, но Валенти догадывался, что странная девочка может стоять в двух шагах от него, а он и не будет подозревать о её присутствии, пока та не захочет.

— Все равно я тебя найду, — тихонько проговорил он, прежде чем войти в дом и запереть дверь. — Вот увидишь.

В тени дома невидимкой двигалась маленькая фигурка. На лисьей мордочке играла улыбка. Её тянуло к девочке, что поселилась в доме Тёмного Человека, но и к этому мужчине тоже тянуло. В обоих горел огонь. Оба слышали музыку, и та возвращалась от них отражённым эхом, вдвое сильнее прежнего. А сегодня… Подумать только, музыка Томми слышалась одновременно с Волдова холма и из дома!

Та машинка, с которой иногда ходит девочка… Она решительно тряхнула головой, и кудряшки выбились из-под шляпы. Надо добыть такую машинку и научиться ею пользоваться. Вот удивится Льюис, заранее радовалась она, когда услышит этого волшебного пересмешника. То-то сделает большие глаза!

Последний раз заглянув в окно Валенти, она скользнула прочь, в сторону дома Тёмного Человека.

10

Прошло уже два месяца с того вечера, когда ему попалась на глаза заметка в «Стар», а Шоу только теперь выдался случай поискать свою бывшую супружницу. Время ушло на устройство дела между парнями из Колумбии и Майами. Шоу всегда знал, на чем можно заработать, хотя предпочёл бы сам раздавать куски.

Вообще-то он был не против крутить чужие деньги. Так даже безопасней, только вот ребята, с которыми он спутался на этот раз, были со связями. Слишком уж большие проценты запросили. Они были при делах в своём Нью-Йорке — старинное предприятие, — а вот наркотиками занялись недавно. Шоу вовсе не улыбалось встревать между ними и прежними хозяевами рынка, но что поделаешь. Уж больно выгодное подвернулось дельце.

Выигрыш Френки для Эрла оказался вроде новой дозы в нужную минуту. Проще простого выжать из неё кусок, расплатиться с парнями из Нью-Йорка, а уж потом отыграть своё у колумбийцев.

В Нью-Йорке дело оказалось тягомотным. Сколько раз Эрл встречался с consigliere[19] Магаддино, с этим Джо Фуччери Бродвеем, пока наконец-то уломал его. Черт побери, кто ещё предложил бы им такую выгодную сделку, тем более теперь, когда у парней с наличными туговато! К середине июня, устроив дела, Шоу вылетел в Оттаву, и тут вышла первая заминка. Френки и след простыл.

Эрл до сих пор не сумел её найти. За несколько месяцев до того, как они разбежались, жёнушку словно подменили, и Шоу все ещё не мог понять, в чем тут дело. Черт возьми, поначалу она не меньше его любила хорошую тусовку! И что с ней стряслось?

В общем, её уже не радовала толпа народу в их квартирке, а потом до неё ещё и дошло, что его ночная работёнка не имеет никакого отношения к мытью лестниц. Он по уши увяз в сбыте порошка. Да провались оно — надо же зарабатывать на хлеб с маслом! Чтоб Эрл Шоу махал метлой в какой-нибудь занюханной конторе — нет, это не жизнь. И что такого в том, чтобы доставлять людям лекарство? Жить становилось опасно, и приходилось прикрывать задницу, чтоб тебя не растоптали большие парни. И ведь он всегда тащил навар домой!

Но Френки хоть кол на голове тёши. Напустилась на него. А потом и разговаривать перестала. И как-то утром приходит он домой — никого. Смылась на запад и подала на развод. Надо было её изловить — просто чтоб знала своё место, — но тут как раз подвернулось дельце и пришлось смотаться в Колумбию. Ну а потом его носило… Майами, Лос-Анджелес, Нью-Йорк, Ван, Торонто… Он нарастил мясца и уже не выглядел тощим хиппи, каким был, когда ввязался в этот бизнес. За эти годы Эрл не раз поднимался, случалось и падать, и никогда он не вспоминал ни о малышке, ни о Френки, пока не наткнулся на ту фотку в «Стар». Вроде как судьба, рассуждал Эрл. Долгонько ему не везло, но теперь-то он снова приподнимется.

И все бы хорошо, да только прошло уже две недели, как он должен был вылететь в Боготу, а они с Хови все тыркаются без толку. И только часов в десять субботнего вечера, который они убивали за пивом в забегаловке на Уильям-стрит, во мраке невезухи наконец показался просвет.

— Эрл? Эрл Шоу?

Эрл взглянул в нависшее над ним пьяное незнакомое лицо. Ну и шут! Длинная морда, оттопыренные уши, большие очки в роговой оправе, аккуратный кримпленовый костюмчик — надо же, кто-то их ещё носит!

— Мы с тобой знакомы? — спросил Эрл.

— Да я же Боб. Боб Гольдман, Эрл! Жил прямо над вами году в семьдесят третьем — помнишь?

Эрл примерил парню волосы подлиннее, заменил роговые очки дешёвой проволочной оправой… Есть!

— Точно, — сказал он. — Я тебя помню. Выпьешь?

— Не прочь, Эрл, не прочь. Такой денёк выдался, знаешь ли. Такой денёк, когда все, аб-со-лют-но все идёт прахом.

Эрл сочувственно кивнул:

— Чем ты нынче живёшь?

— Да вот, перебрался сюда из Торонто пару лет назад. Занялся компьютерами. Консультантом работаю.

— Хорошо платят?

— Да, платят неплохо. Не жалуюсь. Квартирка на западном конце города, и женился, знаешь ли. Джой ждёт нашего первого.

Эрл нацепил на лицо радостную улыбочку.

— Эй, так это ж здорово! Что может быть лучше сём…

Гольдман недослушал.

— Ну вот, понимаешь, — продолжал он, — пришлось сегодня выйти на работу, да ещё задержаться, а Джой, видишь ли, против. Ну и что мне делать? Кого слушать — её или начальство? Ну я и сказал себе, хрен с ней, пошло оно все, и не вернусь домой, пока не упьюсь в стельку. Раз уж все равно будет скандал, так уж дам ей настоящий повод.

— Ну, не знаю, — проговорил Эрл. — Слушай, я сам когда-то все испортил, и, знаешь, мне до сих пор не хватает Френки и Алисы. Все бы отдал, чтобы у нас снова наладилось.

Он тяжело вздохнул, тут же обдумывая, правильно ли разыграл карту. Этот Гольдман жил прямо над ними, он, должно быть, помнит скандалы у соседей внизу. К тому же он тогда заглядывался на Френки — всегда держал её сторону. А может, она и переспала с ним разок-другой.