Инна Живетьева - Черные пески

– Это мое дело, – Митька попытался уйти, но Юдвин не выпускал.

– Нет уж, не хватало еще, чтобы Динов щенок у нас за спиной с этими сговаривался.

Митька вырвался, сказал через плечо:

– Я не собираюсь драться. Не время и не место. Чешутся кулаки – поищи другого.

Глава 4

Солдат кутался в два одеяла. Его уже растерли самогоном и дали принять внутрь, а он все не мог согреться. Тут, ближе к Дарру, теплее и горные реки не сковывает льдом, но вода в них обжигающе-студеная. Глядя на трясущегося солдата, княжич сам был готов закутаться в плащ по уши.

Темка сидел на мешке, привалившись к колесу лафета. Рядом суетился Шурка, обтирая взмыленного Каря. Сегодня коню и порученцу досталось, немало отмахали по каменистым тропам. Еще и за королем приходилось гоняться – армия наступала, и если пару часов назад штаб был в одном месте, то по исполнении поручения вполне мог оказаться в другом, ищи-свищи. Но тут если не сам Эдвин, то кто-нибудь из его свиты появится непременно, рано или поздно. Княжич повел носом в сторону походной кухни. Хорошо бы – попозже, успеть перекусить горячего. А что хоть кто-нибудь да явится – можно не сомневаться. Разведка еще утром ушла через мост, по единственной в этих местах дороге. Уже за полдень, но известий пока не было никаких. Солдат, что трясся под одеялами, единственный добрался с той стороны, вплавь через реку. Войска, втягивающиеся в предгорье, готовы двигаться дальше, а значит, вернувшегося поторопятся выслушать.

Каша, видно, еще не готова. Повар заглянул в котел, понюхал и даже пробовать не стал – опустил крышку. Темка шмыгнул с досады. От сухарей уже в глотке першит, так хочется горяченького!

– Шурка! Марка не видел?

Мальчишка помотал головой.

Темка снова уставился на повара. Подумалось: Марка бы сейчас не каша занимала, он бы как пень сидеть не стал, а отправился искать короля. Кажется, князь Лесс воюет каждую минуту и вообще не признает привалов. Темка так не умеет. Он поудобнее привалился к колесу и натянул шапку пониже: не поест, так хоть поспит.

– Ваше величество!

Темку выдернул из полудремы возглас. Он разлепил глаза и увидел, как вскочил солдат, теряя наброшенные на плечи одеяла. Кружку, однако, не выпустил. Порученец поднялся, отряхнул штаны.

– Докладывай! – велел солдату Эдвин и сел на бревно, лежащее у костра.

Адъютант уже суетился, расставляя охрану. Темка шагнул за пушку, надеясь, что ему дадут послушать.

– Атаковали нас сразу.

Капитан Георгий выругался шепотом, солдат испуганно втянул голову в плечи, и адъютант процедил сквозь зубы:

– Продолжай.

– Князь Ренс успел закрепиться на горке, как раз на повороте дороги, – поторопился оправдаться посланец. – Прут к мосту, шакальи дети. Князь пока сдерживает, но один отряд успел обойти, с тыла поджимают, – он показывал широкой ладонью, как проползли мимо высотки, как наступали, и капитан все больше мрачнел. Солдат косил испуганно на адъютанта. – Там с одной стороны речка, но до нее дотянуть надо, с боем только прорываться.

– Покажи на карте, – перебил король.

Капитан Георгий развернул бумагу. Солдат тупо глянул на испещренный пометками лист, ткнулся к карте с кружкой, сконфузился. Наконец с помощью королевского адъютанта разобрался, отчеркнул ногтем небольшую горку.

– Меня, значит, предупредить послали. Как совсем стемнеет, отходить будут. Вот тут, по дороге.

– Поздно! – Эдвин провел ладонью по карте, точно хотел стереть мост – единственный путь к Дарру.

Солдат вытянулся, спрятав кружку за спиной.

– Георгий, собирай штабных.

Капитан дернулся было, но король остановил:

– Постой, нет, не надо. – Эдвин смотрел на солнце, неизбежно плывущее к горизонту. – Теперь им отходить уже нельзя, дорогу потеряем. Как там князь, сможет?

– Так… если на то милость Росса будет, – затоптался солдат. – Прут, прям хорошо прут, шакальи дети. Они же того…

Король отмахнулся, повернулся к адъютанту.

– Георгий, когда сможем переправиться?

– Не раньше, чем завтра к полудню. Вот чего у Кроха не отнять, так это ума. Вывернулся, гад! Недаром в горах еще за Адваром гонялся.

«Ладно бы вывернулся, – подумал Темка. – Он еще и нас прижал. Росс-покровитель, неужто ты благоволишь такой сволочи?!»

– Ренс должен удержать дорогу.

– Прикажете вернуться? – солдат постарался не лязгнуть зубами. – Да только, ваше величество, князь четверых послал, а, видать, я один дошел.

– Хоть двадцать, – голос короля был ледянее Букового ветра. – Кто из порученцев есть?

– Я! – Темка выглянул из-за пушки.

Эдвин лишь кивнул на знакомый голос. Он уже писал, примостивши лист на колене.

– Капитан, на вашу ответственность. Князь Ренс не должен уйти оттуда. Даже если вы положите всех порученцев.

Дальше его провожать не будут. Темка раздевался, поглядывая на свинцовые перекаты с белыми ошметками пены. Шурка торопливо увязывал одежду в узел, мундир он сложил подкладом внутрь, чтобы хоть немного сохранить тепло. В тюк же засунул пистолет и ножи.

Холодные камни с тонким слоем снега обжигали подошвы, Темка не раз помянул шакала, пока спустился к воде.

– Ну, благослови тебя Росс. – Капитан Георгий быстро обнял княжича. Кольнули голую грудь ледяные пуговицы мундира.

Темка пристроил узел на голове и по скользкой гальке вошел в реку. Главное, чтобы не свело ногу, а то бултыхнется как подстреленный поросенок. Вода хлестнула, сразу обхватив по щиколотки. Княжич выругался вполголоса. Но другого пути нет – в обход через мост не успеет, да и наверняка его уже перекрыли те мятежники, что прорвались под выстрелами князя Ренса. Войска их вышибут и не поморщатся, но некогда ждать. Что же, на переправе через Неру не теплее было.

Течение сбивало, норовило уволочь за собой. Перестало чувствоваться под ногами дно, и княжич поплыл. Наверное, когда парни из окрестных Торнхэлу деревень добывали с островка маальву, вода была уже не такой ледяной. Да и ждали их по возвращении теплые кожухи, согретые у костров, и ядреный самогон. Порученцу же предстоит сначала добраться до занятой князем горки.

Темка то погружался в ледяную воду, то выныривал – мокрые плечи тут же драло холодом. Как ни старался княжич, его сносило, и те, кто провожал, наверняка давно потеряли его из виду за скалами. Пора было выбираться, но речушка, набиравшая мощь в горах, билась о камни и не давала пловцу приблизиться к берегу. Темка все хуже чувствовал ноги, руки казались облитыми липким дегтем – так медленно они стали подниматься. Он уже не пытался плыть наперерез, отдался течению, опасаясь только, чтобы не ударило о крутой берег. Узкий проход меж скал открылся неожиданно, и за несколько отчаянных гребков, что сделал порученец, ему показалось – не успеет. Но все-таки зацепился за скользкий валун, подтянулся, выбрасывая себя на гранитную площадку.