Михаил Катюричев - Путь Долга

Видимо, все как–то наложилось одно на другое — дикая усталость, Тин в луже крови, забрызганная дерьмом и кишками площадь, парочка юных влюбленных… глаза заволокла кровавая пелена. Десятника я выкинул в окно, остальное помню смутно. Когда очнулся, живых врагов уже не было. Только какие–то кровавые ошметки, разбросанные по комнате. Пленницы прятались за спиной Матеуша, забившись в угол.

— Свяжи их хотя бы для порядка и пошли, — киваю Мэту на пленных.

На сегодня с меня достаточно.

Глава 6

— Какого лешего ты вообще туда поперлась, овца тупая?! — сорвав ремень, провожу воспитательную беседу с ученицей. Особо даже не сдерживаюсь, только по голове стараюсь не бить, — воительницей себя возомнила, дура малолетняя? Я тебе покажу бой, ты у меня не то, что сидеть, ходить не сможешь!

— Хватит! Достаточно! — Софья перехватывает мою руку. Я и не заметил, как она появилась в палатке. Рэйчел всхлипывает в углу, прикрыв голову руками.

— Достаточно?! Да из–за этой идиотки вы все чуть не погибли!

— Не погибли же! А ты девочку покалечишь сейчас.

— Да я как вспомню ту картину, мне с нее шкуру содрать хочется! Медленно, кусочками. И перца туда подсыпать периодически!

— Прекрати я сказала! — когда злится, Софья похожа на валькирию, — все живы! И Тин восстановится через пару дней! И сколько бы ты тут ремнем не размахивал, девочку я все равно вылечу! А на твои вопли уже пол–лагеря собралось.

Хм… — я задумался.

— Что? — напряженно поинтересовалась целительница.

— Да вот думаю, что я действительно зря стараюсь. Рэйчел все побои вполне способна вылечить самостоятельно, — всхлипы в углу стали заинтересованными, — Как думаешь, что лучше — выпороть один раз, но качественно и заблокировать силу или пороть каждый день? Заодно и печать исцеления потренирует.

Рев в углу возобновился.

— Совсем ненормальный? — Софья перешла на крик, — посмотри, что ты уже с ней сделал! Видят боги, я не вмешивалась в твои отношения с ученицей, но ты переходишь границы!

— Ну и возись с ней сама, — ярость прошла, так что теперь я и сам понял, что немного переборщил.

— Слышишь ты, пародия на боевого мага? — обратился я к ученице, — с этого момента ты помогаешь в госпитале, пока я не отменю наказание. Подчиняешься мэтрессе Биен, и не дай боги я услышу от нее хоть одну жалобу!

— И что она там делать будет? — удивленно посмотрела на меня Софья.

— Воду кипятить, дерьмо убирать, перевязки делать, — пожал я плечами, — у вас там что, лишних рук много?

Софья уводит Рэйчел, укутав в какой–то плащ. Снаружи слышатся радостные вопли. Они что там — ставки делали, р–раздолбаи?

До самого вечера бойцы собирали трупы, чужие и наши, помогали раненым. Два полковых священника прибывшие вместе с лордом–хранителем, читали молитвы, провожая павших в последний путь. Жак принес тело брата, желая похоронить отдельно. Помог вырубить могилу в скале. Для меня это не сложно, а парень бы до утра с киркой промучился.

У могилы собрался весь десяток. Даже Эрцель приковылял на костылях. Тиану принесли на носилках — девчонка была слаба, но уже в сознании.

— Он был. Хорошим братом. Был мной, частью меня. — Жак с трудом проталкивал слова сквозь сжатое спазмами горло. Смотреть на него было больно. Недоумение в абсолютно сухих, лихорадочно блестящих глазах, неотрывно смотрящих на тело брата и паузы. Словно великан до сих пор ждал чужой реплики, — мы всегда вместе. Были. Нас даже наказывали всегда поровну, не разбираясь, кто именно виноват. Он ни разу не пытался свалить вину на меня. Мы… мы мечтали вырасти и стать великими воинами. Чтобы в доспехах, на коне. Вернуться потом в село и чтобы все ахнули. Теперь этого не будет. Ты прости меня брат. Я и правда не знаю, как жить. Без тебя.

Жак замолчал. Остальные тоже не могли вымолвить ни слова. Леди плакала, Софья тихонько гладила великана по плечу, успокаивая. Глаза ее тоже были влажными.

— Знаешь парень, — нарушил молчание Эрцель, — я, наверное, не смогу представить, что ты сейчас чувствуешь, мы с братьями не очень ладим. Но если позволишь совет — сделай это. Стань рыцарем, настоящим королевским гвардейцем в сверкающей броне. И за себя и за брата. Пусть он порадуется. Пока жив ты — жив и он.

Парень задумался, потом кивнул и бросил в могилу первую горсть земли. Флягу с вином пустили по кругу, поминая ушедшего.

— Прощай, брат, — Жак сделал последний глоток, а остальное выплеснул на могилу, — отныне я буду жить за нас двоих. И зовите меня Жан–Жак. Теперь только так.

До самой ночи солдаты очищали крепость, хоронили умерших. Я помогал копать братские могилы, нарезая камень на кирпичики. В образовавшуюся яму складывали тела, а кирпичи шли на строительно–восстановительные работы. Обращенная к Гальдору стена крепости была сильно разрушена, и следовало укрепить ее хоть как–то. Софья хлопотала в госпитале, а остальные мелькали где–то здесь же. Пленниц просто загнали в одну из палаток и, взяв слово не пытаться бежать, оставили в покое до утра.

Софья дрыхла до полудня и все остальные старались вести себя как можно тише, чтобы не прерывать ее сон. Вчера целительница здорово вымоталась, но зато большинство членов отряда уже в порядке и снова готовы к активным действиям. Даже сэр Эрцель достаточно бодро ковыляет по лагерю, опираясь на позаимствованную у Элеандора тросточку. Увы, полностью нога у него уже не восстановится — сложный перелом и отсутствие медицинской помощи сразу после повреждения. По крайней мере, Софья только руками развела и честно призналась, что большего она сделать не в силах. Как только проснувшаяся целительница покинула шатер, я тут же заглянул проведать Тиану. Девушка лежала закутанная в одеяло по самые ноздри.

— Привет, ты как? — поинтересовался я, — тебе что–нибудь принести?

— Воды, — слабым голосом попросила девушка, — и вина. И большое–большое пирожное. А еще новый костюм, ту золотую уздечку, что мы видели в Гайтстате, и кольцо с рубинами. Чтоб не меньше восьми. Нет, два кольца! И брошь!

Она еще и шутит!

— Да все со мной в порядке, — уже нормальным голосом пояснила Тиана, — правда слабость страшная, но завтра уже буду абсолютно здорова. Софья говорит, это ты меня лечил? Спасибо, конечно, но ты в следующий раз хоть магию крови используй! Я покажу как.

— Надеюсь, следующего раза не будет, — проворчал я, — мне и одного хватило.

— Да ладно тебе, все ведь обошлось! — бодро откликнулась девушка, — выйди, дай мне одеться.

— Даркин, а что ты собираешься делать с пленными? — поинтересовался Эл за завтраком.